Читать онлайн «Открытия, которые изменили мир». Страница 61

Гален родился в Пергаме (расположенном на территории современной Турции) в 129 г. н. э., и его навыки вызывали такое восхищение, что он был приглашен на должность врача при сыне знаменитого римского императора Марка Аврелия. Однако славу и влияние, которые он сохранил на протяжении 12 веков, Гален заслужил благодаря многочисленным открытиям в анатомии и физиологии, а также трактатам о медицине и этике. Со свойственным ему страстным правдолюбием, граничащим с высокомерием (так, он однажды написал: «Мой отец научил меня презирать мнение и оценки других и искать лишь правду»), Гален исследовал каждую сферу медицины, которую можно было изучать в то время, и стал знаменит благодаря своим навыкам врача, препарации животных и лекциям. Среди его многочисленных великих открытий была идея о том, что артерии переносят кровь, а не воздух, а мышцы контролируются нервами, идущими из мозга. К сожалению, Гален также верил во многие ложные идеи. В частности, он считал, что печень — а не сердце — центральный орган кровеносной системы. Так что вместе с гениальными открытиями в историю на 1300 лет вошли и его заблуждения.

Лишь в эпоху Возрождения люди начали подвергать сомнению античные труды, которые долго считались истинными. В этот период многие великие мыслители начинали менять видение мира. Николай Коперник выдвинул в 1543 г. теорию о том, что Земля вращается вокруг Солнца, а не наоборот. Однако величайшие перемены в медицине начались с появлением работы двух врачей — Андреаса Везалия и Уильяма Гарвея, — чьи исследования человеческого тела опровергли традицию и положили начало революционно новому направлению в медицине.

Андреас Везалий — бельгийский врач и анатом, родился в 1514 г. и в детстве развлекался препарированием не только мелких животных, но и тел казненных преступников, оставленных на земле, неподалеку от дома его семьи. Этот опыт самостоятельной работы был ему необходим к моменту, когда он закончил обучение, был назначен профессором хирургии и анатомии в итальянской Падуе и понял, что то, чему его учили, не соответствовало тому, что он видел сам. Так что по завершении обучения Везалий продолжил препарировать трупы и вскоре заслужил восхищение благодаря не только своим внимательным и детальным секциям, но также лекциям и демонстрациям. Везалий изначально пытался объяснить различия с работами Галена, но в конце концов начал разочаровываться: он нашел более 200 ошибок в работах Галена, включая веру в то, что в основании мозга есть спираль из кровяных сосудов (на самом деле ее там нет). И хотя многие ошибки были объяснимы — Гален препарировал животных, а Везалий работал с человеческими трупами, — он решил расставить все точки над i.

И вот в 1543 г., в возрасте 29 лет, Везалий опубликовал семитомный труд «О строении человеческого тела» (De Humani Corporis Fabrica), в котором описал годы работы по препарированию. Эта книга, составленная из более чем 300 подробнейших иллюстраций человеческой анатомии, была первой в своем роде, сразу признанной шедевром.

Многим не нравилось, что работа Везалия противоречит текстам Галена, но беспрецедентная детализация и обоснованность его трудов говорили сами за себя. Демонстрируя ошибки Галена, он установил новый стандарт, который не смогли забыть следующие поколения: детальное наблюдение и записанные факты должны предшествовать непроверенным предположениям. А несколько десятилетий спустя английский врач Уильям Гарвей решил найти истину самостоятельно и обнаружил столь же шокирующие ошибки в анатомии. Раньше ученые не подвергали сомнению идеи Галена о том, как кровь циркулирует в теле. Например, Гален заявлял, что кровь не движется по телу непрерывно благодаря работе сердца, а постоянно создается в печени, направляется по телу «приливами и отливами» сердца и идет к тканям, которые ее «потребляют». Также Гален считал, что, оказавшись в сердце, кровь проходит через поры в стенке между его нижними отделами (желудочками). Но Гарвей, который родился в 1578 г. и вырос во времена, когда его кумиры, включая Везалия, продвигали идею экспериментов, решил изучить этот вопрос подробнее.

И вот в 1616 г., после многочисленных экспериментов с разными животными, Гарвей объявил о своем изумительном открытии всему миру: «Кровь движется по кругу. Артерии — сосуды, несущие ее от сердца к органам тела, а вены возвращают ее от тела к сердцу». Это была совершенно новая концепция, отличная от той, которую описал Гален. И хотя Гарвей и столкнулся с критикой и недоверием, он в итоге опубликовал результаты своей работы в 1628 г. в небольшой книге «О работе сердца» (Exercitatio Anatomica de Motu Cordis et Sanguinis in Animalibus). Помимо подробных описаний того, как сердце получает и качает кровь, направляя ее к органам тела, он верно описал разные функции вен и артерий, а в одном знаменитом возражении к работе Галена заключил, что кровь не проходит через стенки в сердце, «потому что в них нет отверстий».

Сегодня это, возможно, звучит просто, но работу Гарвея иногда называют величайшим открытием в физиологии и медицине. Более того, как и переломные открытия Везалия, открытие Гарвея не просто устранило постыдные биологические неточности. Оно дало куда больше. После 1300 лет непоколебимой веры в старые авторитеты Везалий и Гарвей осмелились взглянуть на человеческое тело так, как никому не удавалось раньше. Отказавшись от традиций, они создали новый взгляд на мир. Это было начало медленной трансформации в медицине, продолжавшейся пять веков.

Веха № 3

Рождение научной медицины: лечение превыше заботы

Революционная работа Везалия и Гарвея продолжалась всего несколько десятилетий. Но научная медицина формировалась долго, а традиция оставалась живой и невредимой. Например, вплоть до 1800-х многие врачи практиковали медицину эпохи Гиппократа, включая использование слабительных, кровопусканий и рвотных для баланса гуморов. Однако две ключевые фигуры стоят особняком в рождении современной научной медицины: Амбруаз Паре, чей новаторский труд объединил традиции и инновации; и Рене Лаэннек, который в 1816 г. изобрел простое устройство, провозглашенное одним из величайших открытий — и ставшее страшным предзнаменованием поворота в западной медицине.

Амбруаз Паре был французским военным хирургом. В середине XVI века он «порвал» с традициями, и многие называют его отцом современной хирургии. Это справедливо: Паре помог превратить хирургию — которая традиционно рассматривалась как аналог мясничества и считалась уделом брадобреев-недоучек — в профессиональное искусство. Но если внимательнее взглянуть на его достижения, то мы поймем, что Паре относился к инновациям и традициям с должным уважением. Самое известное открытие было совершено им в 1537 г., когда он работал на поле боя в качестве военного хирурга и у него закончилось масло, традиционно используемое для обработки огнестрельных ран. Считалось, что при таких ранениях в тело человека попадает яд. Потому они и обрабатывались так же, как укусы змей: кипящим маслом. Не имея масла, Паре был вынужден импровизировать и в качестве замены создал странную смесь яичных желтков, розового масла и скипидара. К его восторгу, новая формула оказалась не только менее болезненной для солдат, но и более эффективной. Как он написал позже: «Я дал себе слово никогда больше не проявлять к бедным раненым такую жестокость и не обжигать их раны». Но при этом Паре испытывал искреннее уважение к традициям. Другим знаковым достижением Паре было возрождение древнего искусства наложения лигатуры (перевязки кровеносных сосудов для остановки кровотечения) вместо прижигания ран раскаленным железом. Это также оказалось более щадящим и эффективным способом остановить кровотечение и ускорить выздоровление.

Чуткий подход Паре к медицине — включавший также изготовление простейших деревянных ножных протезов для солдат, перенесших ампутацию и не способных позволить себе более качественные устройства, — объединил традиции и инновации, благодаря чему ученый в итоге заслужил титул «Бережный хирург». А заключительным поклоном традиции можно считать всем известный скромный комментарий Паре, который перекликается с аналогичной идеей, высказанной за 2000 лет до того Гиппократом: «Я его лечил, но исцелил его Бог».

Если достижения Паре в 1500-е свидетельствовали о переходной фазе, когда западная медицина захлестнула два мира, то ее переход к современности лучше всего символизирует знаковое изобретение французского врача Рене Лаэннека три столетия спустя — стетоскоп. Когда Лаэннек занимался медициной (в начале XIX века), врачи обычно прослушивали легкие и сердце пациента, чтобы обнаружить признаки болезни, прикладывая уши непосредственно к груди или через платок. Но в один прекрасный день в 1816 г. Лаэннек столкнулся с трудностями при использовании такого метода. Он обследовал очень полную молодую женщину, страдавшую от прогрессирующей болезни сердца. То ли из-за размеров дамы, то ли в силу скромности, то ли по обеим причинам он не смог приложить ухо к груди пациентки и прослушать ее сердце.