Читать онлайн «Обвиняет земля. Организация украинских националистов: документы и материалы». Страница 27

Далее Стецько прочитал декрет С.Бандеры о назначении его председателем Краевого правления (через неделю оно было переименовано в Украинское государственное правление — УГП), а также сделал заявление о том, что он приступает к формированию своей правительственной администрации. Принципиальная деталь — с теплыми приветствиями и пожеланиями успеха новому премьеру на собрании выступил советник А. Розенберга по украинскому вопросу и одновременно сотрудник центрального абвера профессор Ганс Кох.

После его выступления, воспринятого присутствующими с большим энтузиазмом, на собрании был зачитан «привет немецким воякам и вождю народа Адольфу Гитлеру. Восклицания «Слава!» и «Хайль!» свидетельствовали о наших настоящих чувствах» (Самостийна Украина. 1941.10 июля). А вот как передавала атмосферу сбора официоз Головного провода ОУН газета «Сурма»: «Еще речь д-ра Ганса Коха. По-немецки и по-украински. К гражданам города Львова. Чтобы были задания на высоте:

— Пусть живет проводник немецкого народа!

— Хайль! Хайль! Хайль! (Сурма. 1941. 2 июля. — ЦГАОР УССР, ф. 3833, on. II, д. 104, с. 2).

Комментарии к этим документальным материалам может сделать читатель.

Между прочим, немало членов организации, в том числе соучастников Акта, категорически отмежевались от откровенного заигрывания с фашизмом и осудили одиозный коллаборационистский курс Стецька на поддержку гитлеровцев. Приведем в связи с этим несколько откликов на события 30 июня со стороны зарубежных украинцев.

Иван Чинченко. Научный сотрудник Института растительной физиологии в Эймсе (США), профессор, в прошлом участник Организации украинских националистов:

— «Национальные», «Народные», «Великие» сборы 30 июня 1941 года. Так пишет пресса стецьковой партии. Категорически заявляю, что это не были никакие «Национальные» сборы. Участников тех сборов никто не избирал. Это был случайный сход части интеллигенции Львова. Провозглашение 30 июня было только зачитано участникам, никакого обсуждения или голосования не было… Сам Я.Стецько заявляет, будто бы «Национальные сборы» призвали Я.Стецька на председателя правления или на «премьера Украинского правительства!». Я был «депутатом» на тех «Великих» или «Национальных» сборах. Председателем Краевого правления назначил Я.Стецька Степан Бандера диктаторским способом, а присутствующим на этом собрании наспех созванным гражданам это было лишь сообщено к сведению… Поэтому когда Стецько называет себя председателем правления или «премьером Украинского правительства», то это демагогия и самозванство.

Свой отклик об Акте 30 июня профессор Иван Чинченко заканчивает такими словами: «Когда бы бандеровцы пришли к власти в Украине, то это было бы НКВД в вышитой рубашке. Бандеровцы — это гангрена на нашем украинском национальном теле» (Наше слово. Мюнхен — Лондон, 1980. С. 42–43, 45).

Олекса Яворский, доктор философии, бывший посол польского сейма, многолетний председатель Украинского национально-демократического объединения, преемник партии либеральной буржуазии, которая действовала в Галиции в довоенный период:

«В писаниях Стецька об Акте 30 июня, где он выступает создателем этого Акта, к сожалению, очень мало освещаются правдивые события, и поэтому больше самовосхваления и партийной буффонады. В некоторой мере его книга (речь идет о воспоминаниях Стецька под названием «30 июня 1941 г.». — Авт.) напоминает «Майн кампф» Гитлера, с той лишь разницей, что Гитлер написал свою книгу, когда пришел к власти, а Я.Стецько написал свою, так сказать, «пост фактум», то есть 25 лет позже, в честь серебряного юбилея своего «премьерства». Если речь идет об исторических фактах, то в ней их нет, а из тех документов, на которые ссылается Я.Стецько, выкраивалось только ему нужное так, как портной отрезает куски со старой, изношенной одежды, чтобы сшить одежду детскую».

Степан Куропась — инженер, в прошлом руководящий деятель организации взаимопомощи «Украинский народный союз» (США), один из лидеров «Организации государственного возрождения Украины», многолетний редактор чикагского журнала «Самостийна Украина»:

«Провозглашение Акта 30 июня было подготовлено партией, которая инсценировала бунт Бандеры, расправилась с братьями и не была вдохновлена идеями, которые имелись в актах провозглашения… Акт 30 июня 1941 года нельзя считать государственным актом. Это был необдуманный, неподготовленный акт… Никто не провозглашает Акт, который уже был провозглашен. Такой Акт в силе, и не нужно его еще раз провозглашать или возобновлять… Партийная скорлупа хотела лишь захватить власть, обуздать всех, кто не с ними, и без взгляда на консеквенцию править народом и рубить противников».

«Неполные две недели, — писал далее С.Куропась, — действовало правительство или правление Я.Стецька: это правительство даже не приняло присягу. Революционная (бандеровская. — Авт.) ОУН хочет провести перерождение украинского народа. Такое перерождение она проводила на Украине в стиле сенкевичевого «Огнем и мечом»… Став союзником Адольфа Гитлера, революционная ОУН сделала преступные шаги, потому что должна была провозгласить то, что провозгласила, но не должна была приветствовать «фюрера» Гитлера, который еще в «Майн кампф» считал Украину колониальной местностью третьего рейха. Ярослав Стецько в газете «Жовкивские вести» кричал; «Слава героической немецкой армии и ее фюреру» (Самостийна Украина. Чикаго, США, 1984. № 7–9. С. 1–2).[20]

Вот такая политическая оценка Ярослава Стецька и его правительственной доминации была дана ведущими западными учеными и деятелями украинской эмиграции — людьми, хорошо осведомленными об истории Акта, фальсификаторских делах относительно его реабилитации и «очищения» от профашистских постулатов и славословия «великому фюреру», и дело читателя, как отнестись к тем оценкам и какие выводы сделать для себя. Но возвратимся к наполненным болью и тревогой первым дням нацистской оккупации Галиции. Уже в начале июля некоторые общественные деятели поняли, что правительство Я.Стецька «дышит на ладан». Несмотря на послушность УГП относительно оккупационного начальства, громкое восхваление бандеровцами «Великогермании и вождя Адольфа Гитлера», правящие круги Берлина, упиваясь первыми успехами вермахта и продвижением на Восток, и слушать не хотели о самостоятельности Украины даже в форме какой-либо карикатурной автономии или протектората. В связи с этим местные подразделения СД уже 8 июля (на девятый день после провозглашения Акта) получили категорический приказ — «прекратить правительствование УГП» и срочно доставить Я.Стецька в Берлин. На следующий день Стецько был задержан и отправлен в столицу рейха Еще раньше — 5 июля — в Кракове был, по словам Стецька, «наложен почетный арест («еренгафт») на проводника организации Степана Бандеру. Тогда же он был вывезен в Берлин, где 14 июля его освободили с запретом покидать Берлин с обязательным согласием на полицию» (ЦГАОР УССР, ф. 3833, on. I, д. 5, с. 2).

Стецько не случайно применил юридический термин «еренгафт». Известные своей грубостью и кровавыми преступлениями гитлеровцы относились к Бандере, Стецьку и их ближайшему окружению с исключительным вниманием и благосклонностью. Первые недели их пребывания в Берлине гитлеровцы, а в частности сотрудник политического отдела министерства занятых восточных территорий профессор фон Менде и упомянутый выше профессор-абверовец Ганс Кох, в процессе многодневных переговоров ставили перед Стецьком и Бандерой конкретные вопросы дальнейшего использования организационных структур ОУН и их кадров в интересах третьего рейха.

Окончательным результатом этих переговоров стал подписанный лично Я.Стецьком «Комуникат». В этом документе (он датирован 4 августа 1941 г.) на 1,5 машинописных страницах изложено отношение ОУН-бандеровцев к Акту 30 июня и ситуации, которая сложилась на оккупированных землях республики после декрета правительства фашистской Германии о присоединении Галиции к польскому генерал-губернаторству и передаче Буковины под контроль румынской администрации. «По инициативе ОУН, — отмечается в «Комуникате», — во Львове дня 30 июня 1941 г. было провозглашено возобновление Украинской державы и создание Украинского правительства, которое в своей первой декларации заявило о тесном сотрудничестве с Немецким государством и Немецкой армией, которая вошла на украинские земли… Украинское государственное правление надеется, что после освобождения всей украинской территории из-под московской оккупации… Немецкое государство отнесется благосклонно к нашим государственным делам и будут налажены длительные приязненные отношения и союз между Украинской Самостийной Соборной Державой и Великонемецким рейхом… Украинское государственное правление призывает весь украинский народ вести дальше непоколебимо безоглядную борьбу всякими способами, всегда и всюду, против Москвы и большевизма. Украинское государственное правление призывает одновременно украинский народ помогать всюду Немецкой армий разбивать Москву и большевизм» (ЦГАОР УССР, ф. 3833, on. I, д. 6, с. 2–3).