Читать онлайн «Империя Карла Великого и Арабский халифат. Конец античного мира». Страница 63

2. Германское влияние ощущалось лишь в северных пограничных районах государства Меровингов, причем оно было очень слабым и проявлялось лишь в некоторых областях законодательства, основывавшихся на германских обычаях и традициях.

3. Между наивысшим уровнем развития меровингского периода, когда государство Меровингов достигло своего расцвета, продолжавшегося до середины VII в., и началом каролингского периода лежало столетие упадка и потрясений, в ходе которого были утрачены многие традиции античной цивилизации, в то время как ряд сохранившихся традиций получил свое дальнейшее развитие; именно этот период упадка, распада и потрясений и лежал в основе начавшегося периода правления Каролингов. Правители династии Каролингов были преемниками не королей меровингской династии, а майордомов. Карл Великий, с какой точки зрения ни смотреть, ни в чем не был преемником Дагоберта; он был наследником Карла Мартелла и Пипина.

4. Нас не должен вводить в заблуждение титул короля франков — повелитель франков. Надо правильно понимать его реальное содержание. Новое королевство простиралось до Эльбы и включало в себя часть Италии, и среди подданных короля франков было почти столько же римлян, сколько и германцев.

5. Наконец, в каролингский период отношения государства с церковью были совершенно иными, чем в меровингский. Государство Меровингов, как и Римская империя, было светским. Короли династии Меровингов носили титул «повелитель франков». Короли же династии Каролингов носили титул «Божьей милостью повелитель франков»[251].

Это небольшое добавление несло в себе очень глубокий смысл и показывало серьезное изменение в отношениях между государством и церковью. Это изменение было чрезвычайно глубоким, но последующие поколения не понимали его и не осознавали его значение. Позднее переписчики и откровенные фальсификаторы «приукрасили» название титула королей Меровингов, добавив к нему «Божьей милостью», считая, что по-иному он и не мог выглядеть.

Таким образом, между этими двумя монархиями — а королевство Каролингов, как я попытался продемонстрировать в данной книге, возникло в известной степени благодаря тому, что в европейский мир нахлынули арабы-магометане, — не только не существовало никакой преемственности, но они были прямой противоположностью друг другу.

В ходе глубочайшего кризиса, приведшего к тому, что созданное Хлодвигом государство рухнуло, весь римский фундамент, лежавший в его основе, был полностью разрушен и канул в небытие.

Изменилось само понятие королевской власти; у Меровингов и Каролингов оно наполнено совершенно разным содержанием. Конечно, надо отметить, что в государстве Меровингов король не обладал такой же абсолютной властью, как римский император, стоявший во главе стройной системы абсолютизма; власть короля не была простым перенесением на почву меровингского государства системы римской императорской власти. В то же время, хотя короля династии Меровингов нельзя было назвать абсолютным монархом, я соглашусь с утверждением, что монархия Меровингов в значительной степени представляла собой фактическую деспотию. И для короля, и для его подданных действовало фактическое правило, что вся власть в государстве сконцентрирована в руках монарха.

Все, что принадлежало королю или находилось под его покровительством, считалось священным; он мог ставить себя над законом, и никто не смел перечить ему; он мог наказывать своих врагов и конфисковывать их владения под предлогом нарушения ими закона об оскорблении величества[252].

Король мог не считаться ни с кем и ни с чем. Его фактическая власть напоминала власть византийского императора, однако следует учесть, что тут речь идет о двух цивилизациях, находившихся на разных уровнях развития.

При всех королях династии Меровингов система управления сохраняла, хорошо это или плохо, тот же бюрократический характер, что и в Риме, — все назначения делались сверху. Королевская администрация, включая королевскую канцелярию, в которую входили советники и помощники из мирян, была буквально «списана» с римского образца; король сам выбирал людей, которые должны были служить в его окружении, даже из числа своих рабов[253].

Королевские дружинники-телохранители, как их называли, верные, напоминали личную стражу римского императора. И по правде сказать, те, кем управляли короли, просто не знали другой формы правления, кроме монархической. Короли правили тогда везде — и у остготов, и у вестготов, и у вандалов. Следует отметить, что, даже когда короли убивали друг друга в ходе междоусобицы, это не вызывало возмущения в народе. Одержимые тщеславием и гордыней, люди убивали друг друга, а народ безмолвствовал.

Причиной упадка государства Меровингов была все возрастающая слабость королевской власти. А слабость эта была вызвана беспорядком в управлении денежно-финансовой системой, которая была полностью позаимствована у Рима. Как мы уже убедились, королевская казна пополнялась главным образом за счет налогов и пошлин. А с исчезновением золотой валюты в результате сильнейшего кризиса, произошедшего в VIII в., прекратились также и налоговые поступления в казну. Само понятие общественного налога, обязательного к взиманию на всей территории королевства и идущего в государственную казну для использования к общественной пользе, было практически забыто с исчезновением городских куриалов — тех, кто непосредственно отвечал за обеспечение налоговых поступлений.

Чеканщиков монет, непосредственно доставлявших налоги в виде золотых солидов в казну, больше не существовало. Мне кажется, что последний раз они упоминались во время правления Пипина. Таким образом, майордомы больше налоговых поступлений не получали. Монархия, которую они создали в результате государственного переворота, представляла собой форму правления, в которой римское понятие общественного налога было упразднено.

У королей новой династии, как и у других королей Средневековья, правивших долгое время спустя после них, единственным источником регулярных поступлений в казну были доходы от принадлежавших им земель[254].

Конечно, повинности и сборы (почтовые и транспортные сборы, подушная подать с крестьян), существовавшие еще в римскую эпоху, все еще действовали, особенно торговая пошлина. Но поступления от них все уменьшались. Право на постой использовалось лишь самими приближенными короля к их собственной выгоде, а в казну это средств никаких не давало, да и непосредственно сам король со своими людьми этим правом не пользовался. А что касается торговой пошлины, то из-за сокращения оборота товаров средств от нее поступало все меньше и меньше и короли разрешали монастырям и крупной земельной аристократии оставлять эти средства у себя.

Некоторые авторы пытаются доказать, что в государстве Каролингов существовал сбор налогов. Действительно, в германской части империи существовала практика ежегодных «даров». Также король издал указ об уплате податей серебром во время вторжений норманнов. Но это были разовые мероприятия, которые не стали правилом и не получили продолжения. В реальной жизни единственным источником королевских доходов были его земли; королевское хозяйство и являлось королевской казной, если хотите. Если взять время правления Карла Великого, то к этому источнику пополнения казны можно также добавить и военную добычу, полученную в ходе войн. Но в мирное время основой королевской власти были сельскохозяйственные угодья; главной опорой власти была земля. Именно поэтому майордомы конфисковывали так много земель у церкви. Король для того, чтобы сохранить свою власть, должен быть крупнейшим землевладельцем в королевстве. Не было больше службы земельного кадастра, не было сборщиков налогов и составителей списков плательщиков и неплательщиков, не было финансовых контролеров и ревизоров; соответственно, не велось больше записей и архивов, не существовало финансовых учреждений, не было бухгалтерского учета и финансовой отчетности. У королей больше не было денежных ресурсов, им на смену пришло нечто новое. Короли из династии Меровингов подкупали людей или оплачивали их услуги золотом; короли из династии Каролингов рассчитывались частью своих земельных владений. Это было причиной серьезного ослабления королевской власти, и если это как-то компенсировалось военной добычей во времена правления Карла Великого, когда государство практически постоянно вело войны, то после него пагубные последствия подобной политики становились все более и более ощутимыми.

И, повторимся еще раз, в этом аспекте мы видим явный разрыв с римской традицией.

К этому первому существенному различию между государствами Меровингов и Каролингов следует добавить еще одно. Король новой династии, как мы видели, был королем по милости Божьей. Обряд освящения королевской власти, или венчания на царство, который стал осуществляться начиная с правления Пипина, придавал королевской власти священный ореол и в известном смысле накладывал на короля личную ответственность перед Богом и церковью[255].