Читать онлайн «Новая история стран Азии и Африки. XVI–XIX века. Часть 3». Страница 70

Ремесло в племенной среде носило домашний характер и еще не выделилось в самостоятельный вид хозяйствования. В городах касты ремесленников уже работали на заказ и на рынок, что способствовало специализации ремесла и совершенствованию его технологий. Наиболее распространенными видами ремесла были кузнечное, оружейное и кожевенное дело. Архитектурный стиль, планировка и отделка зданий (особенно культовых и общественных построек) испытывали влияние Марокко и Алжира, а также соседних африканских государств. Ксары отличались непритязательностью жилищ, а также высокой плотностью застройки. Традиционным жилищем кочевников служил шатер из шерстяной ткани, а у негроидных народов – глинобитные или сложенные из ветвей хижины с травяной крышей.

Духовную жизнь арабов, берберов и в меньшей степени негроидов пронизывали законы и установления ислама. Трансформируя местные верования, исламское вероучение само впитывало специфику местного культурного наследия. Сплав элементов арабо-берберской и негрской традиции проявился в деятельности мистических (суфийских) братств, внесших решающий вклад в исламизацию приатлантической Сахары. Братства имели собственные пути познания Бога, обители и центры религиозного обучения. Будучи «письменной» религией, ислам стимулировал научную и литературную деятельность в городах, где работали коранические школы и трудились переписчики. Некоторые местные очаги исламской религии и культуры (городки Валата, Шингетти) были известны далеко за пределами Западной Африки.

Первыми из европейцев в регион прибыли португальцы, искавшие во второй половине XV столетия морской путь в Индию. В 1448 г. португальские мореплаватели обосновались на острове Арген у сахарского побережья и наладили торговый обмен с местными племенами. Обмен носил натуральный характер: ткани, ковры, серебряные изделия, кукурузу торговцы выменивали на рабов и золотой песок. В XVI в. с Аргена в Португалию ежегодно вывозилось до 1 тысячи невольников. Почти два столетия остров был одной из главных баз португальского присутствия в Западной Африке.

Господство португальцев на острове Арген закончилось в XVII в., когда пустынные берега Сахары привлекли колонизаторов «второй волны» – голландцев, французов и англичан. Особым предметом их интереса было редкое в то время растительное сырье – камедь (гуммиарабик) – вязкий сок акации, собиравшийся в долине реки Сенегал и использовавшийся в текстильной промышленности и в медицине. В 1638 г. голландский военный флот изгнал португальцев с Аргена. С этих пор у сахарских берегов не прекращалась морская война из-за камеди, в которой голландцы соперничали с французами. Стремясь ослабить позиции голландской фактории на Аргене торговые дома Марселя, Бордо и Руана выстроили в 1659 г. город-крепость на острове Сен-Луи, находящемся поблизости от районов сбора камеди – в устье реки Сенегал. Благодаря монополии на торговлю и освобождению от налогов, предоставленному королями Франции, они получали высокие прибыли (до 800 %). Стремясь освободиться от посредников, французские купцы во второй половине XVII в. установили прямые связи с вождями арабских племен долины Сенегала – бракна и трарза.

Торговое проникновение европейцев вызвало в местных обществах настоящую лихорадку обогащения. Политическое равновесие между племенами нарушилось, а вожди долины Сенегала всецело предались работорговле с европейцами, обращая подданных в рабов. Приход «неверных» расценивался в мусульманских кругах приатлантической зоны как главная причина общественного кризиса и межплеменных конфликтов.

В 40-х годах XVII в. берберские племена региона, страдавшие от произвола и грабежей арабских воинов-хасанов, стали центром религиозного движения за возврат к истокам ислама и борьбу против власти «плохих мусульман». К ним берберские лидеры причисляли как арабские племена, так и негроидов юга, ведших дела с европейцами и угнетавших единоверцев-мусульман. Вскоре движение возглавил молодой мурабит Абу Бекр ибн Абхом, принявший имя Насир ад-Дин и избранный духовным руководителем (имамом). Этот талантливый полководец и проповедник придал религиозному по сути движению политическое значение и выступил за создание в приатлантической Сахаре теократического государства (имамата).

Призыв Насир ад-Дина к изгнанию европейцев и уважению ценностей раннего ислама встретил в племенной среде разноречивые отклики. Если многие берберские вожди поддержали имама, то верхушка хасанов, заинтересованная в вывозе рабов и камеди, выступила против него. Реформаторское движение Насир ад-Дина было неоднозначно встречено и в долине Сенегала. Местные правители в XV–XVI вв. придерживались ислама в основном из коммерческих соображений: принятие мусульманской веры помогало им успешно заниматься транссахарской торговлей и вести обмен с государствами Магриба. Поэтому ислам воспринимался в долине как «религия властей». Однако в 30-х – 40-х годах XVII в. торговые потоки в приатлантической Сахаре сменили свое направление. Транссахарская трасса «юг – север» уступила свою значимость обмену с европейцами по линии «восток – запад». Ценность ислама для лидеров долины Сенегала заметно снизилась. Зато с XVII в. ислам становится здесь народной и, по сути, оппозиционной властям верой. Низы берберских и негроидных племен долины с энтузиазмом поддержали реформаторов.

В этих обстоятельствах Насир ад-Дин принял тактически верное решение – избегать вооруженной борьбы с племенами воинов-хасанов и для начала накопить боевой опыт и средства в сражениях против негрских правителей. В 1673 г. он двинулся со своими сторонниками в государство Фута Торо, где сверг чуждую местному населению династию из народа фульбе. Затем при поддержке берберских отрядов и местных повстанцев он объединил под своей властью соседние негрские владения Вало, Джолоф и Кайор. В середине 70-х годов XVII в. его теократическое государство стало главной политической и силой долины и заметно укрепило свое войско за счет негрских воинов – тукулеров и волоф.

В 1674 г. Насир ад-Дин был вовлечен в конфликт с племенем трарза – одним из главных его противников. Вожди трарза не признали его права на имамат и при поддержке французской колонии Сен-Луи начали против него боевые действия. Вместе с трарза против Насир ад-Дина выступали также представители негрских династий Фута Торо, Джолофа и Кайора, свергнутых имамом. Стремясь нейтрализовать вмешательство Франции, вождь реформаторов направил в Сен-Луи посольство, которое призвало коменданта колонии к мирным переговорам и выразило готовность заключить с ним торговый договор. Однако эта уступка европейцам, ослабившая авторитет Насир ад-Дина в имамате, ни к чему не привела: французы предпочли ориентироваться на своих старых партнеров – бракна и трарза.

В то время как шли переговоры в Сен-Луи, сторонники и противники реформаторского движения сошлись на атлантическом побережье в сражении при Тертилла (1674 г.). Сторонники Насир ад-Дина одержали победу, однако в битве погиб сам вождь реформаторов и многие его ближайшие соратники. Эта потеря крайне негативно сказалась на судьбе движения. В 1675 г. к трарза присоединилось племя бракна, против имамата восстал низложенный правитель Вало, развернули партизанскую борьбу сторонники фульбской династии Фута Торо. Одновременно в конфликт вмешались французы: из Сен-Луи была направлена вверх по реке Сенегал военная экспедиция, нанесшая чувствительные поражения сторонникам реформ. В итоге крупного сражения при Тин Йедфад (1677 г.) преемник Насир ад-Дина был убит, а его силы разгромлены. В долине Сенегала восстановили свою власть свергнутые династии, развернувшие подлинную охоту на сторонников реформ.

Главными причинами краха религиозно-реформаторского движения были ненадежность его социальной поддержки и специфика развития присахарских обществ. Насир ад-Дин развернул движение в берберских племенах мурабитов, связанных с мирными профессиями и незнакомых с военным делом. В итоге, несмотря на завоевание долины, он так и не создал постоянной вооруженной силы, готовой к длительной войне. В то же время для воинов-хасанов война была привычным занятием и они обладали отличной боевой выучкой. Решающий перевес в борьбе с реформаторами хасаны получили при помощи французов, поставлявших им огнестрельное оружие, которого у реформаторов не было. Наконец, имамат охватил огромную территорию, населенную разными расами и племенами, исповедовавшими как ислам, так и традиционные верования. Управление столь сложным конгломератом территорий и народов оказалось непосильной задачей для реформаторов.