Читать онлайн «Африка. История и историки». Страница 68

– Есть ли что-нибудь, что Вам хотелось бы забыть?

– В моей личной жизни – безусловно. Но в публичной жизни – нет. Я надеюсь, я сделала все, что могла. Этого никогда не может быть достаточно, но таков результат.

– Как Вы считаете, мы все обречены?

– Обречены на что? На ядерный взрыв? На то, чтобы делать атмосферу не пригодной для дыхания? Меня беспокоят загрязнение окружающей среды и мощь ядерного оружия, которое существует в мире, но я верю, что мы не обречены. Мы найдем и должны найти способы избежать этих катастроф.

© Перевод на русский язык М. С. Курбак, 2013

Изучение истории в Сомали имеет ряд особенностей в силу продолжительного периода отсутствия официальной системы письменности в стране и влияния колониального раздела Сомали между Британией, Францией и Италией на формирование сомалийской национальной идентичности.

Корпус источников по истории Сомали можно условно разделить на три основных типа:

• свидетельства арабских путешественников (в том числе переводы трудов греческих путешественников на арабский язык) и работы мусульманских историков;

• труды европейских исследователей (в период колониального освоения и после получения Сомали независимости);

• свидетельства сомалийцев (главным образом устные поэтические произведения до официального введения сомалийской письменности и более поздние опубликованные «академические» работы сомалийских исследователей на западных и сомалийском языках).

Арабские свидетельства являются основными письменными источниками по ранней истории Сомали. Согласно этим источникам, сомалийцы мигрировали на территорию современного Сомали около Х в. из южных районов побережья Красного моря, оттеснив на юг бантуязычное население. В то время как устная традиция Северного Сомали повествует о двух арабских старейшинах, вступивших в брак с местными женщинами клана Дир, потомки которого мигрировали из Аденского залива в северную Кению в Х в. Некоторые современные исследователи утверждают, что сомалийцы пришли не из Аравии, а из областей между южной Эфиопией и северной Кенией. Благодаря арабским источникам мы узнаем о прототипе политического управления среди сомалийцев, сложившемся к XIII в. Хеер, социальный контракт, включал в себя элементы мусульманского законодательства и обычного права, при этом окончательное решение принимали мужчины общины.

По мере укрепления позиций ислама в Сомали арабские исследователи описывали сомалийцев как часть уммы – мусульманской общины. По их мнению, сомалийцы были единым народом, произошедшим от двух предков. Благодаря проникновению ислама сомалийцы освоили арабский язык и получили возможность письменно фиксировать различные факты своей истории[699]. Начала складываться местная мусульманская элита, которая со временем стала авторитетом в решении различного уровня конфликтов в стране и в целом влияла на складывание отношений Сомали с окружающим миром.

В колониальный период изучение Сомали происходило по нескольким направлениям: западных исследователей интересовали в первую очередь возможности наиболее эффективного освоения принадлежащей им территории. Так большинство итальянских работ посвящено проблемам и потенциалу развития сельского хозяйства в долинах рек Джубы и Шабееле, британские исследователи изучали эффективность скотоводческих хозяйств и угодий на севере страны, в то время как французов интересовало наиболее эффективное освоение ресурсов Красного моря. Однако все исследователи непременно изучали проблемы общественного устройства принадлежавшей им территории для выработки более эффективной системы управления. Французские, итальянские и британские исследователи редко интересовались работами друг друга, целостной картины об истории Сомали в колониальный период не сложилось. Впоследствии, когда на колониальных территориях под воздействием различных традиций изучения и обучения начало складываться национальное самосознание, оно обладало четкими территориальными особенностями. В итальянском, французском и британском Сомали перед получением независимости представления о способе управления страной, системе образования, роли светского и религиозного права в управлении обществом и т. п. существенно отличались. Так, даже сама идея о Великом Сомали (объединении пяти территорий, населенных этническими сомалийцами) первоначально принадлежала колониальной администрации итальянского Сомали (1930-е годы), а после Второй мировой войны с той же идеей выступал уже британский министр иностранных дел Бевин. И дело было не в национальной идее объединения, которую отстаивала Лига сомалийской молодежи, а в интересах расширения и передела колониальных территорий.

После получения независимости Сомали изучением его истории занялись западные социальные антропологи, наряду с ними начали появляться работы сомалийских авторов на европейских языках. Часть сомалийских авторов выискивала в сомалийском обществе предрасположенность к построению социализма в духе господствовавшей при Сияде Барре идеологии исламского социализма. Другие описывали преимущества зарождения капиталистических отношений среди сомалийцев.

Сомалийская устная поэтическая традиция представляет собой оригинальный и своеобразный источник по истории Сомали. Поэзия для сомалийцев не являлась способом развлечения, она была необходимым способом передачи разнообразных знаний. Официальная письменность на сомалийском языке была введена в 1972 г. правительством С. Барре. До этого времени сомалийцы писали на арабском или европейском языках, местные «лингвисты» предлагали собственные системы фиксации языка[700].

Поэзия на протяжении всей истории Сомали являлась надежным инструментом передачи информации, фиксацией исторических фактов, способом публичного изложения собственного мнения. Как отмечали итальянские исследователи, основной темой сомалийской поэзии до 1930-х годов были попытки уладить межклановые разногласия и конфликты по поводу владения территорией[701]. История кланов и их взаимоотношений с соседями, культурные традиции, социальная иерархия и обязанности четко фиксировались в народной поэзии. В колониальный период поэзия была чужда интересам администрации и развивалась самостоятельно и самобытно без вмешательства иностранцев исключительно для местных жителей. Сомалийский национальный герой Саид Мохаммед Абдилле Хасан, возглавив освободительное движение против британской администрации в конце XIX – начале ХХ в., смог привлечь сторонников благодаря красноречивому изложению своих идей именно в поэтической форме. В середине ХХ в. сомалийские женщины, добиваясь права на участие в политической жизни страны, активно использовали поэзию и песни.

Изменение поэтических сюжетов и появление новых жанров позволяет в свою очередь проследить исторические представления и уровень национального самосознания. Поэзия для сомалийцев актуальна и сейчас, даже после введения сомалийской письменности, появления в их жизни мобильных телефонов и Интернета. Новую жизнь получают старинные поэтические произведения, перенесенные на бумагу по памяти, услышанные в интервью со старейшинами родов. Значительное число сомалийцев – пользователей Интернета любого возраста – продолжают излагать собственные идеи в поэтическом виде: кто-то – в письменной форме, кто-то – публикует аудио– или видеофайлы записей. Основная тема поэзии членов диаспоры – ностальгия по родине, в то время как поэзия оставшихся на родине пропитана призывами к объединению всех сомалийских территорий и возрождению национальной сомалийской гордости[702].

Изучение своей истории в Сомали изначально сводилось к изучению истории собственного клана и его взаимоотношений с соседями. Знания передавались, как указывалось выше, в поэтической форме клановыми авторитетами. На приобретение знаний об окружающем мире большое влияние оказало распространение суфизма, приверженцы которого распространяли в Сомали религиозные тексты на арабском языке, новые молитвы, новое представление об общинных объединениях на основе исламских принципов и т. п. Сомалийская религиозная элита включалась в дебаты, циркулирующие в исламском мире, о религиозных реформах, современном образовании и т. п. Зейла, Могадишо и Брава задолго до прихода европейцев упоминались арабскими путешественниками как образовательные (преимущественно исламские) центры. Со временем появлялись сомалийские путешественники – матросы, пилигримы, торговцы. Они приносили новые знания и были не против изучения западных языков, оставаясь при этом убежденными мусульманами. Стоит заметить, что традиционное образование в Сомали на начальном уровне представляли собой коранические школы, в которых ученики (мальчики) обучались основам ислама и арабского языка. Учителя в таких школах практически не получали материального вознаграждения за свою работу. Авторитет-ность коранических школ в начальном образовании сохраняется в Сомали до настоящего времени.