Читать онлайн «История Швеции». Страница 107

117

[117] Весной 1902 г. во время обсуждения в риксдаге условий избирательной реформы в Швеции была объявлена забастовка, в которой приняло участие около 120 тыс. рабочих (в том числе в Стокгольме свыше 40 тыс. человек). Забастовка продолжалась три дня и оказала решающее влияние на принятие проекта реформы избирательного права. — Прим. ред.

[118] И. Андерссон выступает защитником шведского великодержавия и поэтому склонен недооценивать значение норвежского вопроса. В. И. Ленин в статье «О праве наций на самоопределение» (1914 г.) посвящает отдельный параграф (6) вопросу отделения Норвегии от Швеции. Как указывает В. И. Ленин, «Норвегию отдали Швеции монархи по время наполеоновских войн, вопреки воле норвежцев, и шведы должны были ввести войска в Норвегию, чтобы подчинить ее себе» (В. И. Ленин, Соч., изд. 4-е, т. 20, стр. 397). Несмотря на то, что Норвегию сближают со Швецией географические условия, экономические и языковые связи, и несмотря на то, что Норвегия пользовалась чрезвычайно широкой автономией и конституцией (более демократической, чем шведская конституция), норвежский народ никогда не прекращал борьбы против ига шведской аристократии. В продолжение всего XIX в. норвежский вопрос занимал одно из первых мест в шведской политике. — Прим. ред.

[119] Согласно пропорциональной системе выборов депутаты той или иной партии избираются не путем состязания с другими партиями в пределах одного избирательного округа, когда выбирается представитель партии, получившей наибольшее число голосов в данном округе, а путем подсчета голосов, поданных за эту партию в пределах всей страны. При этой системе представители партии меньшинства могут пройти в парламент, даже если во всех округах кандидаты этой партии не получили количества голосов, необходимого для избрания. Ясно, что «меньшинство», о котором говорит здесь И.Андерссон, — это имущее меньшинство. — Прим. ред.

[120] И. Андерссон, описывая события, щадит самолюбие носителей идей шведского великодержавия, которые потерпели жестокое поражение. Народное голосование в Норвегии по вопросу об отделении состоялось 13 августа 1905 г.; результаты голосования при очень активном участии народных масс (около 80 % имеющих право голосовать) показали непопулярность в Норвегии унии; за расторжение было подано 368 200 голосов и только 184 — за сохранение унии со Швецией. Шведское дворянство и буржуазия готовились к войне. «Шведские аристократы были за войну против Норвегии, попы тоже…» — указывает В. И. Ленин в статье «О карикатуре на марксизм» (В. И. Ленин, Соч., изд. 4-е, т. 23, стр. 40). В. И. Ленин отмечает, что «война Швеции против Норвегии, проповедовавшаяся реакционерами Швеции, не удалась как в силу сопротивления шведских рабочих, так и в силу международной империалистской ситуации» (там же, т. 22, стр. 319). — Прим. ред.

[121] Эти ограничения касались прежде всего рабочих, сельских батраков и женщин. Первые две категории, как не имеющие постоянной оседлости, почти целиком исключались из действия новой системы Стааффа. — Прим. перев.

[122] Реформы, о которых говорит И. Андерссон, были проведены шведским правительством из боязни перед ростом рабочего движения, которое развивалось, несмотря на оппортунизм руководителей социал-демократической партии. Эти реформы оставляли неизменной систему эксплуатации трудящихся шведской буржуазией. — Прим. ред.

[123] Правые партии раздували шовинизм и всячески использовали воображаемую русскую опасность, чтобы отвлечь внимание народных масс от вопросов внутренней политики и подавить мощный подъем рабочего движения (всеобщая забастовка 1909 г.). Либералы и социал-демократы типа Брантинга понимали сущность политики правых партий, но не хотели выступить против демагогии правых, ибо сами были напуганы ростом революционных тенденций в рабочем классе. С другой стороны, военный психоз в Швеции раздувался извне агентами Германии и стран Антанты, усиленно готовившихся к войне и поэтому не жалевших средств для подготовки скандинавского плацдарма. — Прим. ред.

[124] Этой телеграммой Брантинг открыто выступил за классовый мир и за соглашение с буржуазией; он фактически поддерживал увеличение средств на усиление военных сил Швеции. Его заявлением немедленно воспользовалась шведская буржуазия. — Прим. ред.

[125] Шведские правые социалисты и центристы, открыто проповедуя «гражданский мир», должны были считаться с настроением рабочих и поэтому не всегда решались открыто голосовать за военные реформы. В данном случае ассигнования на армию проводились голосами буржуазных партий — консерваторов и либералов, а Социал-демократы своей демагогией старались сохранить доверие рабочих. Они воспользовались этим доверием для отвлечения пролетариата от классовой борьбы, для пропаганды идеи гражданского мира. — Прим. ред.

[126] На самом деле нейтралитет Швеции во время первой мировой войны был только кажущийся. Шведские капиталисты нажили громадные состояния на незаконной торговле военными материалами с Германией, Англией и Россией. — Прим. ред.

[127] Возобновившаяся во время первой мировой войны пропаганда скандинавизма по-прежнему имела своей целью подчинение Норвегии и Дании господству шведского финансового капитала и по-прежнему была направлена против России, естественным союзником против которой считался германский империализм. В наши дни пропаганда скандинавизма направлена против СССР; финансовый каптал в скандинавских странах, поддерживая идею «скандинавизма», ориентируется на США. — Прим. ред.

[128] Свои стратегические планы Англия строила, исходя не из желания помочь России, а из стремления отвоевать после окончания войны важные стратегические позиции против России. Проводившаяся Дарданелльская операция преследовала именно такую цель. — Прим. ред.

[129] Автор говорит лишь о затруднениях времен первой мировой войны, но обходит молчанием золотой дождь, который полился из воюющих стран в карманы шведских капиталистов, получавших огромные барыши на военных поставках Германии, Англии и России. — Прим. ред.

[130] Шведское правительство открыто способствовало финским белогвардейцам и германским интервентам в их борьбе против Советской России. Советская власть еще 31 декабря 1917 г. решением Совета Народных Комиссаров признала независимость Финляндии; 4 января 1918 г. по докладу тов. Сталина ВЦИК утвердил декрет о признании независимости Финляндии. Однако буржуазное правительство Свинхувуда превратило Финляндию в плацдарм, используемый германским империализмом для нападения на Советскую Россию. Через Швецию из Германии пересылали вооружение финским шюцкорам, в Финляндию направлялись отряды финской буржуазной молодежи, проходившие специальную военную подготовку в Германии. Когда же в самой Финляндии пролетарская революция ликвидировала буржуазное правительство и власть перешла к совету народных уполномоченных, Германия организовала интервенцию с целью захвата Финляндии под предлогом ее полного отделения от России. Швеция, формально оставаясь нейтральной, не препятствовала вербовке добровольцев, а в феврале 1918 г. пыталась захватить Аландские острова, принадлежавшие России. — Прим. ред.

[131] И. Андерссон боится говорить о влиянии Октябрьской социалистической революции в России на ход классовой борьбы в Швеции. Реформа избирательного права мыслилась шведской буржуазией как наиболее дешевый способ успокоения народных масс, активизировавшихся под влиянием всемирно-исторических побед русского пролетариата и крестьянства. — Прим. ред.