Читать онлайн «История Швеции». Страница 106

99

[99] Нет никакого основания для утверждения, будто древнее шведское самоуправление в первой половине XIX в. было «еще больше укреплено». Именно средневековая форма самоуправления — сельская община — была уничтожена генеральным размежеванием и разделом общинных земель в 1757–1827 гг. В первой половине XIX в. основой сельского самоуправления стал церковный приход. На собраниях прихожан под председательством пастора пользовались правом голоса местные землевладельцы. Законом 1842 г. приходу были подчинены народные школы. В 1843 г. постановления приходских собраний получили обязательную силу для всего населения. Несколько расширился круг лиц, участвующих в городских самоуправлениях, но во всех случаях при распределении прав строго соблюдался имущественный ценз. — Прим. ред.

[100] В данной формулировке выражается мысль, будто политический скандинавизм с момента своего возникновения в 30-х годах XIX в. имел единственной целью сохранение нейтралитета трех скандинавских стран, но в следующих фразах автор вынужден признать, что скандинавизм — политическое направление, открыто враждебное России. В то же самое время скандинавизм, как его понимали руководители внешней политики Швеции, стал угрозой государственной независимости Дании и оправданием национального угнетения союзной Норвегии. — Прим. ред.

[101] Вместо прямого ответа автор распространяется о культурном сотрудничестве скандинавских стран, он боится признать печальные последствия игры в скандинавизм, и в первую очередь — для Дании, которую в 1849 г. спасла Россия. Враждебная России политика «нейтралитета» скандинавских стран во время Крымской войны заставила царскую дипломатию пересмотреть свое отношение к шлезвиг-гольштейнскому вопросу. Этим и воспользовался Бисмарк, подготовляя военный разгром Дании. Одновременно с этим был нанесен сокрушительный удар планам шведского короля Оскара I и его преемника, хотевших создать «скандинавскую великую державу», иными словами — великодержавную Швецию. Крушение этих великодержавных планов обострило внутреннее политическое положение Швеции. Дворянство было вынуждено уступить буржуазной оппозиции в вопросе о превращении сословного риксдага в буржуазный парламент (1866 г.). — Прим. ред.

[102] В первой половине XVIII в. финны иммигрировали в Швецию в качестве колонистов и поселились в пустынных местах Вермланда и Далекарлин.

[103] Как видно из дальнейшего, в данном случае речь идет не о крестьянстве, а об аграриях, объединенных в партию «сельских хозяев». — Прим. ред.

[104] Под «инициативными» крестьянами Андерссон понимает кулаков, располагавших средствами для улучшения своего хозяйства. Беднякам «размежевание» принесло только ухудшение их экономического положения. — Прим. ред.

[105] Партия «сельских хозяев» отнюдь не являлась крестьянской партией; это была типичная организация аграриев-помещиков. Наличие значительной кулацкой прослойки не дает права считать ее крестьянской партией. — Прим. ред.

[106] Под «земледельцами» Андерссон понимает кулаков и часть помещиков, переводивших свое хозяйство на капиталистические рельсы. — Прим. ред.

[107] Описываемый здесь Андерссоном процесс роста промышленного населения как раз и является отражением все большей пролетаризации деревни, разоряющемуся населению которой оставалось только идти в промышленность, давая фабрикантам рабочую силу. — Прим. ред.

[108] И. Андерссон хочет создать у читателя впечатление, что в дальнейшем положение изменилось. На самом деле шведские господствующие классы проводили социальную политику в своих интересах. Профессиональные союзы и социал-демократическая партия в Швеции были заражены оппортунизмом. Только с появлением коммунистической партии Швеции шведский рабочий класс смог по-настоящему начать борьбу за свои права, против предательской политики правых социал-демократов. — Прим. ред.

[109] В 1883 г. в Стокгольме был образован центральный комитет профсоюзов, руководство которым находилось в руках либералов и социал-демократов. Либералы были выведены из руководства только в 1886 г. В 1889 г. состоялся учредительный съезд социал-демократической партии. В программе партии в качестве одной из основных задач выставлялась борьба за всеобщее избирательное право. Съезд предусмотрел возможность сотрудничества с буржуазией. Таким образом, еще в самом начале существования социал-демократической партии в Швеции в ней были сильны оппортунистические настроения. — Прим. ред.

[110] Карл Яльмар Брантинг (1860–1925), лидер шведской социал-демократии и один из вождей II Интернационала, ревизионист, сторонник соглашения и политического сотрудничества с буржуазными партиями. Во время первой империалистической мировой войны стал социал-шовинистом англо-американской ориентации; злейший враг Октябрьской социалистической революции и соучастник вооруженной борьбы против Советской России; он был министром финансов в кабинете Эдена, оказавшего в 1918 г. поддержку белофинскому правительству Свинхувуда в кровавом подавлении пролетарской революции и советской власти в Финляндии. В 1920, 1921 и 1929 гг. трижды формировал социал-демократические министерства, каждый раз подавляя революционное течение в шведском рабочем движении, выступая в роли цепного пса шведской буржуазии, «причем, разумеется, по косности часть рабочей массы идет некоторое время за этой буржуазной сволочью» (В. И. Ленин, Соч., изд. 4-е, т. 30, стр. 16). Именно поэтому И. Андерссон, как и все остальные шведские буржуазные историки, с похвалою отзывается о Брантинге. — Прим. ред.

[111] Свеи Хедин — известный шведский путешественник по Азии. Во время первой мировой войны выступил открытым агентом германского империализма; враждебно относится к Советской России. — Прим. ред.

[112] Когда первая и вторая палаты принимали разные решения по государственным вопросам и вопросам налогового обложения, вопрос решался путем общего голосования.

[113] Принятие закона об охране труда было результатом борьбы шведских рабочих за свои права, а вовсе не туманного «обсуждения» этого вопроса. — Прим. ред.

[114] Автор стремится доказать, что лучшее будущее для рабочих возможно при существовании капиталистического общества. Он пользуется приемами фальсификации фактов и статистических данных, выработанными Эд. Бернштейном, Яльмаром Брантингом и другими «теоретиками» оппортунизма и предательства интересов рабочего класса. — Прим. ред.

[115] Открытый К. Марксом закон постоянного снижения реальной заработной платы и обнищания народных масс в капиталистическом обществе, вопреки мнению И. Андерссона, сказывается также в истории Швеции. Об этом можно судить по данным о движении эмиграции из Швеции в США: в среднем ежегодно эмигрировало в 60-х годах XIX в. 8900, в 70-х — 10 140, в 80-х — 32 000, в 90-х годах — 20 000, в начале XX века — 22 000 человек. Массовая эмиграция из Швеции, конечно, свидетельствует о том, что реальная заработная плата и жизненные условия трудящихся не улучшились, вопреки тому, что хочет показать Андерссон. — Прим. ред.

[116] В 1893 г. радикальные интеллигенты и социал-демократическая партия собрали «народный риксдаг». В выборах в этот «народный риксдаг» приняло участие 150 тыс. человек, на 40 тыс. человек больше, чем на предыдущих выборах в риксдаг. — Прим. ред.

[117] Весной 1902 г. во время обсуждения в риксдаге условий избирательной реформы в Швеции была объявлена забастовка, в которой приняло участие около 120 тыс. рабочих (в том числе в Стокгольме свыше 40 тыс. человек). Забастовка продолжалась три дня и оказала решающее влияние на принятие проекта реформы избирательного права. — Прим. ред.

[118] И. Андерссон выступает защитником шведского великодержавия и поэтому склонен недооценивать значение норвежского вопроса. В. И. Ленин в статье «О праве наций на самоопределение» (1914 г.) посвящает отдельный параграф (6) вопросу отделения Норвегии от Швеции. Как указывает В. И. Ленин, «Норвегию отдали Швеции монархи по время наполеоновских войн, вопреки воле норвежцев, и шведы должны были ввести войска в Норвегию, чтобы подчинить ее себе» (В. И. Ленин, Соч., изд. 4-е, т. 20, стр. 397). Несмотря на то, что Норвегию сближают со Швецией географические условия, экономические и языковые связи, и несмотря на то, что Норвегия пользовалась чрезвычайно широкой автономией и конституцией (более демократической, чем шведская конституция), норвежский народ никогда не прекращал борьбы против ига шведской аристократии. В продолжение всего XIX в. норвежский вопрос занимал одно из первых мест в шведской политике. — Прим. ред.