Читать онлайн «Во времена фараонов». Страница 58

Доски шириной 12–14 дюймов и высотой 6–7 футов устанавливали вертикально так, чтобы они заходили одна за другую, образуя панель. Когда ночная роса или сирокко[27] расширяли или сжимали дерево, доски свободно перемещались относительно друг друга, так как они связаны были только по краям. Дверные проемы делались со всех сторон, чтобы помещение хорошо проветривалось в тихую и теплую погоду. Вдоль стен устанавливались ложа, где спала стража вождя. По такому же образцу, но только из кирпича (курсив мой. — Л. К.) строился дом вечности умершего вождя. Этот стиль сохранился до XVIII династии.

Жилки пальмовых листьев или тростник связывали в пучки, скрепляли глиной и использовали как колонны до того, как для этой цели стали применять дерево или камень. Даже в наши дни можно увидеть такие колонны, поддерживающие тяжелый шадуф, водоподъемник, используемый феллахами для подъема воды из нижнего канала в верхний. Интересно отметить, что когда египтяне начали возводить свои монументальные строения в камне (около 2800 г. до н. э.), то по-прежнему придерживались старых форм. Так, в Саккара, рядом со Ступенчатой пирамидой Джосера, можно видеть колонны с желобками, которые предвосхитили дорические на две тысячи лет. Возможно, что своей формой они обязаны связкам тростника, поддерживавшим крышу в домах из кирпича-сырца. Жилки пальмовых листьев и тростник смешивали также с илом и укладывали поперек деревянных стропил. Такие крыши до сих пор еще строят в Египте. Бревна использовались в додинастические времена для дверных перемычек. Вы можете увидеть их каменную имитацию над «фальшивыми дверьми» более поздних каменных мастаб.

Другая характерная особенность всех египетских домов, за исключением самых бедных, в древние времена и поныне — это двор. В такой жаркой стране, как Египет, двор — неотъемлемая принадлежность дома. Поэтому почти перед каждой моделью дома вы увидите двор, окруженный стеной, а более богатые дома имели внутренние дворы. Часто посреди двора располагался небольшой бассейн. Подобное расположение двора можно видеть в римских виллах Помпеи. Там, так же как в Египте, окна выходили во двор, а не на улицу. Внешне египетские дома выглядели неприглядно: голые стены из кирпича-сырца, под крышей крохотные оконца. В Египте такое яркое солнце, что маленькие окошки вполне достаточны, чтобы освещать внутренние помещения дома. Комнаты, обращенные во внутренний двор, часто вообще не имели окон. Отраженного солнечного света вполне хватало, чтобы освещать комнаты, которые обычно не имели стены со стороны двора. Просторные лоджии, поддерживаемые колоннами, выходили в прохладный, тенистый сад, отгороженный высокими стенами от внешнего мира.

Со временем некоторые характерные особенности египетских домов стали исчезать: дома вельмож стали просторнее и удобнее, колонны из жилок пальмовых листьев заменили колонны из камня и дерева, а стены из кирпича-сырца покрывали нарядной штукатуркой и украшали цветными фресками. Однако дома бедного люда мало изменились.

Развитие городов за редким исключением почти не планировалось. Большие города, такие, как Мемфис и Фивы, росли беспланово, подобно средневековому Лондону. Даже в «новом» городе Эхнатона в Тель-эль-Амарне, хотя основные улицы и были вчерне разработаны, пригороды все же представляли собой сплошной лабиринт узких улочек. Исключения бывали только в том случае, если фараон приказывал произвести крупные общественные постройки, и для рабочих возводили новый город. Такой город я видел в Мединет-Абу. Прямые узкие улицы пересекаются под прямым углом, а сотни небольших домов барачного типа практически мало чем отличаются друг от друга. Питри описал еще один город подобного типа, построенный в Кахуне во времена XII династии:

Дома были разной величины: от четырехкомнатных до шести-комнатных, но на одной и той те улице все дома были одинаковые. Улицы отличались длиной. На улице длиной 62 фута располагались два дома, на улице длиной 230 футов — восемь-девять домов… Ширина улиц колебалась от 11 до 15 футов. Посреди улицы были выкопаны сточные капавы наподобие староанглийских. Тротуара не было, так как в городе не было транспорта.

Дома попроще имели открытые дворы со стороны, противоположной входу. С одной стороны располагалась одна общая комната, с другой — кладовые, лестница из которых вела на крышу. Более просторные дома для ремесленников имели открытый двор. Четыре комнаты выходили во двор, а пять других располагались по внешней стороне дома… Двери были деревянные, пороги и перемычки, встроенные в стену, тоже. Когда отверстие под шкворень изнашивалось, в него подкладывали кусок кожи, обычно старые сандалии…

Учитывая различие в климате и обычаях, такие дома для ремесленников были, несомненно, лучше домов для рабочих на промышленном севере Англии.

Санитария и канализация, насколько нам известно, были не на таком уровне, как у древних народов, например у минойцев Крита. В Кносском дворце Миноса, часть которого была построена за две тысячи лет до н. э., детально на научной основе разработана канализационная система. Дождевая вода стекала с крыш в трубы, проходившие по стене, а затем в подземные канализационные трубы такого большого диаметра, что сквозь них, согнувшись, мог пройти человек. Из ванных комнат использованная вода отводилась в трубы, а на половине царицы до наших дней сохранилась примитивная уборная, которая, как предполагает Артур Эванс, имела систему промывки «унитаза». Древние египтяне не имели такой канализационной системы по той простой причине, что она была им не нужна. Правда, крыши были снабжены стоками, чтобы вода не собиралась на них и не просачивалась в помещение, но в отличие от Крита в Египте так редко шли дожди, что в подземной канализации не было необходимости.

Другое дело — удаление нечистот и человеческих экскрементов. В кварталах, населенных беднотой, отбросы, по всей вероятности, оставляли бродящим по помойкам собакам и птицам, как это делают многие египтяне в наши дни. Мне кажется, что подобная точка зрения верна, потому что в древнем медицинском папирусе, дошедшем до нас, наиболее часто упоминаются глазные заболевания; и по сей день они являются бичом Египта. Трахома и офтальмия переносятся мухами, которые размножаются в отбросах. Широко сейчас распространенные болезни египтян — билхарзия или шистосоматозы встречались также и в Древнем Египте. Эти болезни вызывают небольшие черви, которые проникают в кровь. Своим распространением болезнь обязана антисанитарии — привычке феллахов испражняться вблизи ирригационных каналов. Крошечные организмы из кала и мочи зараженного поселяются в определенного вида улитках, где они размножаются, развиваются, выходят в воду и попадают под кожу и в кровь человека. Несколько экземпляров этих червей были найдены в древнеегипетских мумиях.

Но, прежде чем осудить бедного египетского крестьянина за его антисанитарные привычки, давайте ознакомимся с условиями его работы. Большую часть дня он проводил в поле. Это означает, что он все время находился в воде или возле нее, так как плодородие почвы зависит от ирригационных каналов. Даже если в доме феллаха была уборная, он мог ею пользоваться только ночью. Днем у него не было выбора.

Земляные уборные находят в развалинах больших и малых египетских домов. Однако неизвестно, были они связаны с подземной выгребной ямой или вычищались ежедневно. Лично я считаю, что египтянам были известны выгребные ямы. В нескольких деревнях Нижнего Египта египетские и европейские врачи, исследовавшие местные санитарные условия, показали мне придуманную феллахами систему удаления человеческих экскрементов, которая, несомненно, была очень древней. Крестьяне выкапывали глубокие ямы, обкладывали их обожженным кирпичом, не пропускающим воду, а поверх строили уборную. Через несколько месяцев они открывали яму, вычищали ее и оставляли на некоторое время открытой, чтобы солнце убило вредные организмы. Экскременты разбрасывали по полям в качестве удобрения. Такой способ мог применяться и во времена фараонов.

Дворцы царей и дома вельмож были, конечно, намного более красивы и удобны по сравнению с домами простых людей. Во времена XVIII династии, когда жил Рехмира, дома знати достигли таких удобств и изысканности, которые едва ли могут быть повторены в наши дни. Я думаю, что в некотором отношении они были более комфортабельны и намного лучше приспособлены к местному климату, чем дома европейского типа, в которых живут богатые египтяне в наши дни на окраинах Каира.

Они все еще строились из кирпича-сырца, но их стены украшали изящные фрески, на которых яркими красками были изображены звери, растения и птицы. Некоторые из этих восхитительных фресок были открыты Флиндерсом Питри в Тель-эль-Амарне. Сейчас их можно увидеть в Ашмолианском музее Оксфорда. От богатства и общественного положения владельца зависели размеры и планировка дома. Однако основные элементы домов оставались неизменными. Прежде всего, сад окружала высокая стена. В ней был один-единственный вход, пройдя через который посетитель оказывался у домика привратника. Если дом был очень большим, от домика привратника расходились три дорожки. Первая вела к самым лучшим комнатам: колонным залам для приемов и меньшим комнатам для еды и отдыха, вторая — на женскую половину, в гарем хозяина, третья — на половину слуг, где находились столовая, кухни и кладовые. Семья занимала примерно шестнадцать комнат, включая три зала с колоннами. Под женскую половину отводили двенадцать комнат или больше. Иногда там тоже был зал. Кухни и кладовые размещались в четырнадцати комнатах, включая помещение для слуг. Прямо за домом находился большой открытый двор с двойным рядом тенистых деревьев. Иногда и там были кладовые. Таким образом, дом насчитывал пятьдесят-шестьдесят комнат. Все они в целях безопасности имели одну узкую дверь. В подобных домах жили вельможи очень высокого общественного положения, такие, как Рехмира.