Читать онлайн «Евреи России. Времена и события. История евреев российской империи.». Страница 198

При чтении рукописи меня поразили некоторые особенности ее текста. В нем попадались орфографические ошибки, а главное, обороты речи не были французскими… Несомненно одно: рукопись была написана иностранцем… "Госпожа К., – сказал Нилус, – очень долго жила за границей, именно во Франции. Там, в Париже, она получила от одного русского генерала рукопись и передала ее мне. Этому генералу удалось извлечь "Протоколы" из масонских хранилищ".

Я осведомился, является ли тайной имя этого генерала. "Нет, – ответил Нилус, – это генерал Рачковский, смелый человек, очень активный, который в свое время многое сделал, чтобы вырвать жало у врагов Христовых"… Близилась полночь. Взгляд Нилуса, его голос, его жесты, похожие на маниакальные, – всё это создавало ощущение того, что мы движемся по краю пропасти, нужен еще лишь миг, и его рассудок растворится в безумии". (Впоследствии А. дю Шайла уточнил: "госпожа К." – это Н. Комаровская, любовница С. Нилуса.)

Инициатором создания документа о "еврейском заговоре" являлся П. Рачковский‚ заведовавший заграничной агентурой департамента полиции России. Его резиденция была в Париже; в своей работе он использовал фальшивки‚ подделывал документы‚ разоблачая мнимые заговоры, в своих книгах, изданных под псевдонимом во Франции, провозглашал либеральные движения орудием в руках евреев. (Впоследствии Рачковский стал вице-директором департамента полиции‚ одним из инициаторов создания Союза русского народа‚ под его руководством печатались погромные листовки в тайной типографии департамента полиции.)

"Протоколы сионских мудрецов" изучали многие исследователи; на основании упомянутых там конкретных событий – в частности‚ строительства метрополитена в Париже – они пришли к выводу‚ что "Протоколы" были сфабрикованы после 1895 года (возможно, в 1900-1901 годах). Их изготовлением занимался литератор М. Головинский‚ а помогал ему журналист И. Манасевич-Мануйлов – платные агенты охранного отделения‚ которые вели слежку за русскими эмигрантами.

В Париже в то время жила польская княгиня Е. Радзивилл; она была свидетелем подлога и в 1921 году сообщила в американской газете: "Однажды Головинский показал мне и нескольким приятелям сочинение‚ над которым он работал с Рачковским и Мануйловым. Он сказал‚ что книга эта имеет целью установить существование обширного еврейского заговора против общего мира... Мне неоднократно пришлось видеть эту рукопись; видели ее и некоторые мои друзья‚ среди которых была одна американка‚ находящаяся сейчас в Нью-Йорке. Рукопись эта была составлена на французском языке и писана рукой‚ но разными почерками‚ на желтоватой бумаге. Помню отчетливо‚ что на первой странице было огромное синее чернильное пятно. Позднее я узнала‚ что рукопись эта целиком включена Сергеем Нилусом в знаменитую книгу‚ напечатанную в типографии Красного Креста в Царском Селе".

Журналисты разыскали "американку из Нью-Йорка" – Г. Херблет‚ и она подтвердила в печати‚ что встречалась с Головинским в Париже‚ в доме у княгини Радзивилл‚ куда он приходил из Национальной библиотеки. "Помню тот раз‚ когда он пришел с законченной рукописью‚ – вспоминала Херблет. – Помню‚ она была на французском языке‚ но написана разными почерками. Она была на желтоватой бумаге... на первой странице большое синее пятно..." И далее из свидетельства Херблет: "Я – антисемитка. Когда я услышала про "Сионские протоколы" и прочитала о них‚ то немедленно раздобыла себе эту книгу. Мне тогда не приходило в голову‚ что она может находиться в какой-нибудь связи с моими парижскими друзьями. Но как только я раскрыла книгу‚ немедленно сказала себе: "А‚ я вижу моего друга Головинского"... Не подлежит сомнению‚ что документ Головинского и "Протоколы" – одно и то же".

Директор департамента полиции А. Лопухин утверждал‚ что "Протоколы" подготовили агенты Рачковского‚ и это не было секретом в правительственных кругах. Товарищ министра внутренних дел жандармский генерал П. Курлов свидетельствовал в эмиграции: "Я глубоко убежден‚ что "Сионские протоколы" были сфабрикованы... Рачковский дал мне понять‚ что "Протоколы" сфабрикованы‚ сказал‚ что доложит мне о них подробно по возвращении из деревни‚ куда он уехал на один день. Приехав в деревню‚ он умер..."

В 1915 году один из участников подлога И. Манасевич-Мануйлов – в беседах с историком В. Бурцевым – "не раз говорил‚ смеясь‚ что только идиоты могут верить в эти "Протоколы"... Правительство никогда официально не решится признать подлинности "Протоколов" и не будет пользоваться ими для своих целей". Во время суда над М. Бейлисом нашлись желающие использовать "Протоколы" для обвинения еврейского народа‚ но власти не пошли на это. Товарищ министра внутренних дел С. Белецкий говорил: "Мы прекрасно понимали‚ что это значило наверняка провалить всё дело. Ведь это явная подделка! Нельзя же было срамиться! Разве с такими документами можно выступать на суде?"

Даже С. Нилус‚ похоже‚ не очень верил в их подлинность. Его спросили однажды: "Не предполагаете ли вы‚ Сергей Александрович‚ что‚ сами того не ведая‚ оперируете подлогом?" – "Пусть так‚ – ответил Нилус. – Но Бог и лжецов заставляет вещать правду‚ а вера наша и собачьи кости может превращать в чудотворные мощи". В предисловии к очередному изданию "Протоколов" в 1911 году он писал: "Меня могут‚ пожалуй‚ упрекнуть – и справедливо – в апокрифичности представляемого документа..."

"Протоколы сионских мудрецов" – после появления – не имели успеха в России‚ их не поддержали, за исключением немногих, церковные иерархи, даже антисемитская газета "Новое время" определила "Протоколы" как явную фальшивку. С. Нилус признавал: "Опубликование этого документа было встречено молчаливой ненавистью всей преданной Сиону прессы... и легкомысленным невниманием" правительственных кругов. О том же писал В. Бурцев в книге "Протоколы сионских мудрецов" – доказанный подлог": "В России в то время – и в обществе‚ и в правительстве – было много самых диких антисемитов‚ кто искренне верил даже в ритуальные убийства. Но и среди таких зоологических антисемитов я за всё время не встретил никого‚ кто бы решился открыто‚ за своим именем защищать подлинность "Сионских протоколов"... В тогдашних либеральных русских изданиях можно было встретить о них только иронические и брезгливые отзывы‚ как о ничтожном пасквиле. Серьезно к ним никто не относился".

Во время революционных волнений 1905-1906 годов нашлись люди‚ пожелавшие воспользоваться "Протоколами" для агитации против евреев. Как сообщал в эмиграции бывший начальник петербургского охранного отделения (по свидетельству В. Бурцева – генерал К. Глобачев)‚ экземпляр "Протоколов" представили Николаю II‚ и он сделал пометки на полях книги: "Какая глубина мысли! Какое предвидение! Какая точность исполнения! Наш 1905 год точно под дирижерство мудрецов!"

Сотрудники заграничной агентуры получили ордена и денежные награды за "розыск" "Протоколов"‚ а деятели правых кругов составили проект их широкого использования в политических целях. По указанию П. Столыпина два жандармских офицера провели секретное расследование‚ установили подлог и выявили истинных авторов "Протоколов". Узнав об этом‚ Николай II был поражен и письменно распорядился: "Протоколы изъять. Нельзя чистое дело делать грязными способами".

Всемирная "слава" к "Протоколам сионских мудрецов" пришла позднее.

4

Во время Первой мировой войны командующий Кавказским фронтом великий князь Николай Николаевич распорядился перевести "Протоколы сионских мудрецов" на английский язык и распространять среди союзников. Х. Вейцман вспоминал‚ как в 1918 году английский генерал показал ему несколько страниц машинописного текста‚ которые оказались выдержками из "Протоколов". "Я прочитал первую страницу и в недоумении поинтересовался‚ что означает вся эта галиматья... Он ответил медленно и с сожалением: "Вы можете найти это в вещмешках большинства наших офицеров – и они верят этому! Это привезла британская военная миссия‚ побывавшая на Кавказе в армии великого князя Николая Николаевича"…"

После Февральской революции 1917 года историк С. Сватиков был назначен специальным комиссаром Временного правительства для ликвидации заграничной агентуры департамента полиции. В Париже он допрашивал подданного Франции А. Бинта, агента русской тайной полиции. Сватиков сообщал: "Бинт сказал, что лет семнадцать тому назад по указаниям шефа, т. е. Рачковского, была создана еще и такая фальшивка, а именно "Сионские протоколы". "Что было в этих "протоколах"?.. – "Описание того, как евреи правят миром и совещаются между собой, как лучше это сделать..." – "Было ли это написано с погромной целью?" – "Не знаю". – "Ну, вообще, чтобы подстрекнуть русских против евреев?" – "О, да!.. "Охрана" (полиция) ничего не знала о затее Рачковского. Это было его индивидуальное предприятие..." – "Сам ли Рачковский писал эти "протоколы"?" – "Нет, писал их наш агент Головинский... Я ему, как и другим, платил деньги по приказанию "шефа", из рук в руки"…"