Читать онлайн «Археология оружия. От бронзового века до эпохи Ренессанса». Страница 85

Кинжал с «яйцами» (вклейка, фото 21, b) был так же популярен, как и баселард, его тоже чаще всего предпочитали носить вместе с гражданской одеждой, хотя есть множество случаев, когда он висел и на доспехах. Хороший пример первой ситуации — это поминальная доска одного вполне гражданского человека, находящаяся в церкви Кингс-Сомборна, Гемпшир, в то время как прекрасная гробница Бофора в капелле Св. Михаила Кентерберийского собора представляет собой пример последней. Сохранилось достаточно экземпляров такого оружия, некоторые из них (как, например, превосходный образец из коллекции Уоллеса, № 113) вместе с ножнами, где в маленьких кармашках с обратной стороны хранился один или два дополнительных инструмента (если отделение было одно, то это был нож, если два — нож и шило или пробойник).

Кинжал, который очень часто использовали в Англии второй половины XIV в., был снабжен коротким лезвием, обычно с двухсторонней заточкой, уплощенного четырехстороннего сечения, с рукоятью как у маленького меча. Большинство наверший принадлежали либо к типу I, либо к типу J, крестовины в основном встречаются короткие и толстые. Один из них, очень хорошо сохранившийся, находится в Копенгагене, в коллекции мистера Кристенсена; его отличие заключается в длинной, тонкой, изогнутой крестовине стиля 7 и короткой рукояти, на которой сохранилась обтяжка; на ней борозды для пальцев, такие же как и на римских мечах.

Кинжалы с крестообразной рукоятью редко использовали в течение всего XV в. Превосходный большой экземпляр, датированный 1460 г., нашли в Лондоне; теперь он в городском музее. У этого кинжала интересное, выделяющееся из ряда других навершие, похожее на высокую остроконечную шляпу, и длинный крепкий клинок четырехугольного сечения. В целом оружие напоминает один из мечей типа XVIII.

Рис. 177. Рондель. Начало XV в. Лондонский музей

В первой половине XV в. самым характерным из военных кинжалов был так называемый рондель, названный так из-за того, что крестовина и навершие у него оба сделаны в форме дисков, горизонтально посаженных с каждой стороны рукояти (рис. 177).

Больше всего найдено коротких однолезвийных ножей с крестовиной в стиле 5, горизонтально изогнутой в виде буквы S, и прямоугольным навершием, обычно с чем-то вроде ушка с одной стороны. Некоторые из них сделаны довольно тонко, но в большинстве своем они грубы и вульгарны и выглядят тем, чем и являются на самом деле, — обычными средневековыми охотничьими ножами.

Рис. 178. Кинжал с рукоятью из резной слоновой кости. Парижская школа конца XIV в. Эрмитаж, Санкт-Петербург

Таковы основные типы кинжалов, которые использовали в 1350–1500 гг., но все это оставляет достаточно простора для проявления личного вкуса. И реально, и на иллюстрациях сохранилось множество кинжалов, которые выглядят почти уникальными. Рукоять одного из таких, прекрасное произведение искусства из слоновой кости, находится в Музее Виктории и Альберта, а еще один, целый, с чуть-чуть другим оформлением (из того же источника, если не сделанный одним мастером), хранится (или хранился) в музее Эрмитаж, в Санкт-Петербурге. С ним вместе сохранились ножны и ремешки для крепления к поясу (рис. 178).

Оружие, которое всегда причисляли к кинжалам, но которое обладает многими признаками меча, настолько выделяется, что его следует рассматривать отдельно. Приблизительно до 1460-го или 1470 г. о нем, по-видимому, не знали. Нет ни одного образца, о котором было бы точно известно, что он сделан до 1520 г., и все они изготовлены исключительно в Италии. Его всегда называли «чинкуэда» из-за исключительной ширины клинка (пять пальцев шириной у рукояти). Иногда еще встречается название кинжала «бычий язык». Рукоять сделана в стиле неизвестном до этого, но явно основанном на древних моделях в греческом и микенском стиле; единственное отличие — это короткая и резко выгнутая крестовина (вклейка, фото 22). Почти каждый экземпляр снабжен тремя маленькими, превосходно выложенными кругами ажурной работы, похожими на изделия XIV в. (вклейка, фото 13, а).

Некоторые из чинкуэд были совсем крохотными, с клинками всего 6 дюймов длиной; другие побольше (около 9 дюймов), но по большей части это очень массивный предмет, с огромным лезвием 15–20 дюймов длиной и 3½—4 дюйма шириной у рукояти. Некоторые из этих рукоятей впоследствии приделали к мечам. У меня был один такой (он изображен на вклейке, фото 19, b, но там только рукоять, без клинка). Похожий длинный меч с рукоятью от чинкуэды находится в лондонском Тауэре.

Клинки большинства настоящих чинкуэд тщательно воронили, протравливали и покрывали позолотой; во многих случаях травление считали работой Эрколе де Фидели, но есть группа, которую, по-видимому, сделал другой феррарский мастер, Эрколе Гранди. Большую часть из этой группы составляет оружие средних размеров (два из них находятся в коллекции Уоллеса, а один — лучше всего сохранившийся — в коллекции мистера Клейнбуша, вклейка, фото 22, а). В 1951 г. об этом оружии еще не знали; его выставили на распродажу в Лондоне, и я купил чинкуэду за смехотворную цену — она была слишком хороша для подлинника. Однако мое мнение о том, что с ней все в порядке, было потом подкреплено; двумя годами позже я отдал ее своему другу в обмен на два очень хороших меча (они изображены на вклейке, фото 19, а, b).

Как показано на фотографии, качество травления не оставляет желать лучшего, а состояние практически превосходное; эффект богатой темной синевы с легким оттенком багрянца на фоне золотого блеска поражает воображение. Рисунок на одной из сторон, самый важный, представляет собой герб герцогов Колонна, пронзенный Мальвецци из Мантуи, сделан немного более мастерски, чем остальные, — там всего лишь гербы и нашлемный знак Мальвецци. Этот факт заставляет предположить, что мастер работал над самой важной частью клинка, другую поручил доделать менее способному человеку.

Отличительная черта этой чинкуэды и двух похожих из коллекции Уоллеса в том, что вместо того, чтобы поставить обычную для нее рукоять, здесь предпочли сделать мечевые в стиле, похожем на изделия из группы Борджиа.

Рис. 179. Кинжал. III в. до н. э. Из Италии. Британский музей

Пока не появятся документальные свидетельства, невозможно будет сказать наверняка, какой выверт моды породил это короткоживущее оружие в конце XV в.; оно совершенно не соответствует основному потоку развития средневекового оружия и не оставило следа ни в одном из последующих течений. Неизбежно напрашивается вывод, что реальную возможность его появления следует искать в возрождении интереса к классической культуре, поскольку рукоять чинкуэды не похожа ни на что, кроме греческих и этрусских изделий, примеры которых находили и исследовали с помощью скульптур и росписи на вазах в Италии XV в. Единственное другое оружие, которое хоть чем-то напоминает это, — популярный на юге Европы в латенский период экземпляр (последние два столетия до нашей эры), очень похожий на чинкуэду. В Британском музее есть такой (рис. 179), и это доказывает, каким близким было родство между древним оружием и оружием позднего Средневековья.

В предыдущих главах я сделал беглый очерк некоторых аспектов и разделов археологии оружия, но, несмотря на много сотен слов и 241 иллюстрацию, это все же не более чем набросок. Сюда многое вошло, но гораздо больше интересных вещей пришлось оставить за кадром. Я вовсе не упомянул о том, как впервые были использованы пушки, или о развитии ручного огнестрельного оружия в XV в., или о фортификации и осадах. Извинением мне может служить только то, что поле деятельности археологии безгранично, но объем книги или терпение читателя — отнюдь нет.

Любая работа такого типа вынужденно является докладом, ограниченным по времени и в пространстве; через несколько лет новые открытия добавят нам знаний о предмете и при этом могут перевернуть или кардинально исправить некоторые из наших умозаключений. Создавая эту работу, я должен был, как и любой другой, кто оказался бы в подобном положении, вскарабкаться на плечи многих других ученых, для того чтобы чуточку лучше увидеть, что есть что в основах истории. Я надеюсь, что для других людей моя работа послужит стимулом к продолжению их деятельности и, в свою очередь, они смогут взять в руки телескоп и заглянуть чуточку глубже, еще дальше проникнуть в прошлое.