Читать онлайн «Россия и русские. Книга 1». Страница 89

Получив отказ на свое предложение перевести на современный русский язык Библию, митрополит Филарет был отстранен от работы в Священном синоде. Вслед за этим он без официального одобрения основал свой собственный скит недалеко от Троице-Сергиевой лавры, назвав его Гефсиманская обитель. Филарет провел в Гефсиманской обители более десяти лет. Он вернулся в Санкт-Петербург только после смерти Николая I43.

В начале XIX в. Платон, митрополит Московский, восстановил разрушенный скит Оптина Пустынь неподалеку от маленького городка Козельска в Калужской губернии. В Оптиной Пустыни, ставшей главным центром духовного подвижничества, обитали три старца — Леонид, Макарий и Амвросий. Они придерживались квиетистских традиций почти сто лет (1828–1911). Продолжая и расширяя деятельность Серафима Саровского, они давали душевное утешение простым людям. Оптина Пустынь привлекала не только простой люд. Многие известные русские интеллектуалы и писатели совершали туда паломничество.

Теоретик славянофильства Иван Киреевский регулярно посещал Оптину Пустынь. Киреевский переводил на русский язык труды отцов церкви и часто консультировался по этому поводу со старцами, но не только это приводило его к ним. Он, как и все простые люди, нуждался в духовном наставничестве.

Во время своего религиозного кризиса Гоголь как минимум дважды посетил Оптину Пустынь. У религиозных философов Владимира Соловьева и Константина Леонтьева также были духовники в этом скиту. Лев Толстой несколько раз приезжал туда, несмотря на то что он отвергал Православную церковь как недостойный образец христианства. Перед смертью в ноябре 1910 г. он вновь отправился в Оптину Пустынь, но по дороге скончался44.

В 1878 г. в Оптиной Пустыни три дня провел Федор Михайлович Достоевский. Он приехал туда после смерти своего маленького сына. Его жена вспоминала, что Достоевский вернулся с вновь обретенной верой и миром в душе. Писатель видел знаменитого старца отца Амвросия три раза, один раз среди толпы народа и дважды наедине. Он ощутил на себе сильное положительное воздействие старца45. Амвросий стал прототипом отца Зосимы в знаменитом романе Достоевского «Братья Карамазовы»:

«Итак, что же такое старец? Старец — это берущий вашу душу, вашу волю в свою душу и в свою волю. Избрав старца, вы от своей воли отрешаетесь и отдаете ее ему в полное послушание, с полным самоотрешением… К старцам нашего монастыря стекались, например, и простолюдины, и самые знатные люди, с тем чтобы, повергаясь пред ними, исповедовать им свои сомнения, свои грехи, свои страдания и испросить совета и наставления…Они повергались пред ним, плакали, целовали ноги его, целовали землю, на которой он стоит, вопили, протягивали к нему детей своих, подводили больных кликуш. Старец говорил с ними, читал над ними краткую молитву, благословлял и отпускал их»46.

В романе Достоевского у Зосимы возникают трудности с монастырским начальством и некоторыми из монахов. Он не придерживался строго правил монастыря и пускал на его землю грешных людей. Квиетистское движение и особенно его вовлеченность в жизнь простых людей никогда не получало поддержки Священного синода, но отдельные епископы поддерживали квиетизм. Он продолжал оставаться экзотическим ответвлением Православной церкви, хотя таил в себе огромный потенциал для русской культурной и религиозной жизни, привлекая все социальные слои русского общества.

В самом начале реформ Александра II в наиболее нестабильных пунктах Российской империи начались волнения. Александр восстановил статус польской автономии, способствовал распространению начального образования, собирался вновь открыть Варшавский университет и рассматривал вопрос об освобождении крепостных крестьян. Все это позволило польской элите вновь почувствовать себя самостоятельным лидером потенциальной нации.

В польском национально-освободительном движении существовало два направления. Первое возглавлял маркиз Александр Велопольский, придерживавшийся умеренных взглядов. Он считал, что полякам следует сотрудничать с русским правительством и развивать реформы дальше вплоть до восстановления независимой Польши.

Другое, более радикальное крыло польского национально-освободительного движения требовало немедленной независимости для Польши и возвращения ей восточных территорий в Литве и Белоруссии, утраченных в XVIII в.

В течение года на улицах польских городов проходили демонстрации с национальными лозунгами. Своей кульминации этот процесс достиг летом 1862 г., когда польские радикалы попытались убить Велопольского и русского наместника в Польше великого князя Константина.

Чтобы уменьшить число сторонников радикального крыла в польском освободительном движении, Велопольский объявил призыв польской молодежи в российскую армию. Но потенциальные рекруты не спешили являться на призывные пункты. Они уходили в леса и формировали партизанские отряды.

Восстание началось в январе 1863 г. и длилось более года. В отличие от восстания 1831 г. здесь не было крупных сражений. На этот раз война была партизанской, и многое в ней зависело от позиции крестьян, которая оказалась неоднозначной. Некоторые крестьяне поддерживали восставших, помогали им продовольствием и информацией, но большинство все-таки держалось в стороне. Крепостные крестьяне не ощущали личной заинтересованности в польском национальном вопросе. Многие были уверены, что русское правительство освободит их от крепостничества на более выгодных условиях, чем их собственные помещики47.

Возможно, именно по причине нейтрального поведения большинства крестьян русской армии удалось восстановить контроль над ситуацией и подавить восстание. Лидеры восстания были схвачены и казнены. Однако сам факт восстания поставил под сомнение основные направления правительственной программы реформ — расширение местного самоуправления, поддержку образования, ослабление цензуры и т. д.

На повестке дня опять встал вопрос об усмирении Польши. Советники Александра II высказывали по этому поводу самые разные мнения Министр внутренних дел Валуев и министр иностранных дел Горчаков выступали за продолжение сотрудничества с польской аристократией. Это означало, что польские землевладельцы остаются господствовать в регионе. Российское правительство имело право преследовать только явных бунтовщиков.

Военный министр Милютин считал, что польские помещики доказали свою оппозиционность по отношению к России, поэтому они должны быть безжалостно экспроприированы и лишены власти. Польскими имениями должны управлять русские помещики, а сама Польша должна быть русифицирована.

Это был новый подход к польской проблеме. Он обходил национальную аристократию и стремился к превращению империи в единое национальное государство, ответственное за благосостояние населения в целом. Такие перемены в политике Российской империи имели далеко идущие цели. Один из оппонентов этой политики, Александр Кошелев, заметил: «Невозможно действовать в одной части страны в духе радикальной демократии, а в остальных ее частях придерживаться других, более здоровых принципов»48.

В конце концов была принята программа, предложенная Милютиным. Сотни польских аристократов были сосланы в Сибирь. Их земельные владения передали русским помещикам. Царское правительство освободило польских, а заодно белорусских и украинских крепостных крестьян на более выгодных условиях, чем русских. Польские крестьяне получили в свободное пользование участки земли. Помещикам была выплачена компенсация.

Польские сельские окружные советы, гмины, включали в себя все слои населения. Гмин не был исключительно крестьянским институтом, как, например, община в России. В конечном итоге все эти мероприятия заложили основу для межклассового гражданского сознания поляков, в то время как в самой России межклассового гражданского сознания еще не было49.

Непосредственные результаты подавления польского восстания 1863 г. отрицательно сказались на польской нации. Остатки статуса независимости Польши были ликвидированы. Бывшее Великое княжество теперь официально именовалось Вислинским краем России. Польские чиновники были заменены русскими. Официальным языком стал русский. Польской католической церкви было запрещено поддерживать переписку с Ватиканом, а епископы, не подчинявшиеся этому запрету, смещались со своих постов. В Литве и Белоруссии шло насильственное обращение униатов в православную религию50.

Русская интеллигенция искала научно обоснованную доктрину, которая смогла бы помочь ей служить народу. Наиболее подходящим оказался социализм. В Европе он уже существовал в самых разнообразных формах. В России они приобретали новые черты.