Читать онлайн «ЦРУ. Правдивая история». Страница 42

Сотрудники ЦРУ в Ираке получили приказ активизировать работу с политическими лидерами, военачальниками, министрами безопасности и политическими брокерами, предлагая им деньги и оружие в обмен на антикоммунистические альянсы. Но 14 июля 1958 года, когда группа вступивших в заговор армейских офицеров свергла проамериканскую иракскую монархию Нури аль-Саида, Багдадская резидентура спала крепким сном. «Мы были полностью застигнуты врасплох», – сказал посол Роберт К.Ф. Гордон, в дальнейшем политический консультант посольства.

Новый режим во главе с бригадным генералом Абделем аль-Карим Куасимом «раскопал» архивы прежнего правительства. Они отыскали доказательства того, что ЦРУ, подкупив лидеров старой гвардии, тесно сотрудничало с роялистским правительством. Один американец, работающий на ЦРУ по контракту, изображая из себя писателя, состоящего в одной из организаций «Американских друзей на Ближнем Востоке», был арестован в гостинице и бесследно исчез. Сотрудники местной резидентуры разбежались.

Аллен Даллес стал называть Ирак «самым опасным местом в мире». Генерал Касим потихоньку открывал дорогу в Ирак для советских политических, экономических и культурных делегаций. «У нас нет никакого подтверждения, что Касим – коммунист», – известило ЦРУ Белый дом, но, «если не предпринять никаких действий по обузданию коммунизма и до тех пор, пока коммунисты не допустят крупную тактическую ошибку, Ирак, по-видимому, рискует превратиться в прокоммунистическое государство». Лидеры ЦРУ в беседах между собой признали, что понятия не имеют о том, что делать с этой угрозой: «Единственной эффективной и организованной силой в Ираке, способной противостоять коммунизму, является армия. В настоящее время наша разведка не может дать надежных сведений по поводу ситуации в иракской армии». ЦРУ, проиграв одно сражение в Сирии, а другое – в Ираке, не находило себе покоя, терзаясь раздумьями о том, что же сделать, чтобы помешать Ближнему Востоку окраситься в «красные» тона.

После иракской неудачи Ким Рузвельт, шеф ближневосточного подразделения ЦРУ с 1950 года, ушел в отставку, чтобы попытать счастья в качестве частного консультанта американских нефтяных компаний. Его сменил Джеймс Кричфилд, много лет служивший связующей нитью агентства с генералом Рейнхардом Геленом в Германии.

Кричфилд сразу заинтересовался партией Баас (партией Арабского социалистического возрождения) после того, как ее головорезы попытались убить Касима. Но покушение провалилось. Сотрудники Кричфилда участвовали в другом неудачном покушении. Здесь был использован отравленный носовой платок, а идею именно такого убийства поддержали на всех уровнях ЦРУ. Потребовалось еще пять лет напряженной работы, но агентство наконец смогло организовать успешный государственный переворот в Ираке во имя будущего американского влияния в регионе.

«Мы въехали во власть на локомотиве ЦРУ», – сказал Али Салех Саади, партийный министр внутренних дел партии Баас в 1960-х годах. Одним из пассажиров этого поезда был многообещающий террорист по имени Саддам Хусейн…

Представление США о мире от Средиземноморья до Тихого океана было черно-белым: твердая американская рука была необходима в каждой столице от Дамаска до Джакарты, чтобы ни одна из значимых «фигур» не выпала из игры. Но в 1958 году усилия ЦРУ по свержению правительства Индонезии обернулись такими неприятными последствиями, что привели к возникновению самой крупной коммунистической партии в мире за пределами России и Китая. Чтобы одолеть такую силу, понадобилось бы развязать настоящую войну, в которой погибли бы сотни тысяч людей.

После Второй мировой войны Индонезия боролась за освобождение от голландского колониального правления и добилась своей цели в конце 1949 года. Соединенные Штаты поддерживали независимость Индонезии при ее новом лидере, президенте Сукарно. Эта страна оказалась в поле зрения ЦРУ после корейской войны, когда в агентстве поняли, что у Индонезии имеется «всего ничего» – около 20 миллиардов баррелей неиспользованной нефти, а вдобавок к этому лидер, не склонный идти на сближение с Соединенными Штатами, и крепнущее коммунистическое движение.

В ЦРУ сначала подняли тревогу по поводу Индонезии. Она сквозила в донесении, отправленном Совету национальной безопасности 9 сентября 1953 года. Выслушав мрачный отчет ЦРУ о ситуации, Гарольд Стассен, в то время директор Агентства взаимного обеспечения безопасности[17] (организации военно-экономической помощи, которая фактически пришла на смену плану Маршалла) посоветовал вице-президенту Никсону и братьям Даллес «хорошенько подумать о мерах, которые следует предпринять правительству, чтобы свергнуть новый режим в Индонезии, поскольку очевидно, что он никуда не годится. Если он настолько пропитан коммунистами, как это представляется ЦРУ, было бы более разумным избавиться от него, нежели поддерживать». Но когда Никсон инструктировал сотрудников ЦРУ в Вашингтоне через четыре месяца после встречи с Сукарно во время своего кругосветного турне, он сообщил, что индонезийский лидер обладает «огромным влиянием на людей; кроме того, его никак нельзя отнести к коммунистам; нет сомнения, что именно он – главный «козырь» Соединенных Штатов».

У братьев Даллес слова Никсона вызвали сомнения. Сукарно объявил, что не участвует в холодной войне, а, по их мнению, нейтральных сторон в таком деле быть не может.

Весной 1955 года ЦРУ всерьез рассматривало вопрос о покушении на Сукарно. «Такая возможность планировалась, – вспоминал Ричард Бисселл. – Но этим планам не суждено было сбыться, их так и не довели до этапа практической оценки. Трудность заключалась в самой невозможности ситуации, в которой потенциальный агент-исполнитель получит доступ к цели».

Пока ЦРУ размышляло над возможностью покушения, Сукарно созвал международную конференцию с участием двадцати девяти лидеров Азии, Африки и арабских государств. Они предложили народам во всем мире выбирать собственный путь развития, не советуясь ни с Москвой, ни с Вашингтоном. Через девятнадцать дней после окончания конференции в Бандунге ЦРУ получило от Белого дома новую директиву NSC 5518 о проведении еще очередной секретной операции. Детали этого приказа были рассекречены в 2003 году.

Агентству предписывалось использовать «все пригодные секретные средства и методы», включая взятки, для подкупа индонезийских избирателей и политических деятелей, средства политической войны, чтобы привлечь к себе как можно больше сторонников и ослабить потенциального противника, а также военные средства, чтобы воспрепятствовать Индонезии встать на путь левых.

Получив исчерпывающие инструкции, ЦРУ в 1955 году, во время национальных парламентских выборов, проводящихся впервые в постколониальной Индонезии, «закачало» в казну наиболее сильных политических противников Сукарно, партии Машуми, около 1 миллиона долларов. Операция, однако, не привела к успеху: партия Сукарно одержала победу, Машуми заняла второе место, а Коммунистическая партия Индонезии – лишь четвертое с 16 процентами голосов. Эти результаты встревожили Вашингтон. ЦРУ продолжало финансировать избранные политические партии и «ряд политиков» в Индонезии, вспоминал Бисселл.

В 1956 году «боевая тревога» была объявлена вновь, когда Сукарно посетил Москву и Пекин, а также Вашингтон. В Белом доме застыли от удивления, когда Сукарно заявил, что восхищается американской системой государственного управления. Но потом США почувствовали себя преданными, когда оказалось, что Сукарно не собирается принимать западную демократию в качестве модели для управления Индонезией.

Этот огромный архипелаг, состоящий почти из тысячи густонаселенных островов, растянулся более чем на 3 тысячи миль. В населении страны, преимущественно исламском, выделялось тринадцать главных этнических групп. Индонезия с ее 80 миллионами жителей занимала в 1950-х годах пятое место в мире.

Сукарно был талантливым оратором; он выступал по три-четыре раза в неделю. Стремясь объединить страну, он сплачивал людей своими патриотическими речами. Те немногие американцы, которые работали в Индонезии и понимали местный язык, сообщали, что в один день Сукарно мастерски цитировал Томаса Джефферсона, а во второй – излагал принципы коммунистической теории. В ЦРУ так до конца и не поняли Сукарно. Но полномочия агентства в соответствии с директивой NSC 5518 были настолько широки, что можно было оправдать практически любое действие против него.