Читать онлайн «Стратегия для России - Повестка дня для Президента-2000». Страница 51

2.10. Только каждый второй сибирско-дальневосточный регион (точно так же, как и во всех других экономических районах России, включая Центральный) отдает в федеральный бюджет больше, чем получает из него. При этом если в среднем по России доля помощи из федерального бюджета в доходах региональных бюджетов составляет 11%, то на территории Сибири и Дальнего Востока только треть субъектов Федерации получает менее этой средней "подпитки", а среди остальных двух третей она значительно больше: в Сахалинской области в 2,5 раза, в Магаданской - в 3 раза, в Амурской - в 4 раза, в Чукотском автономном округе в 5 раз и т. д. Так что говорить о "полуколониальных отношениях" Сибири и Дальнего Востока с Центром можно лишь с большими оговорками.

2.11. Сибирь и Дальний Восток были и остаются территорией размещения относительно новых, мощных и, главное, работающих предприятий. И это относится не только к крупнейшим в мире ГЭС, алюминиевым заводам, Норильскому горно-металлургическому комбинату, предприятиям нефте- и газодобычи, а также нефтепереработки, портовым и железнодорожным хозяйствам. Среди 15 регионов России, лидирующих по производству на крупных и средних предприятиях, шесть мест принадлежат Сибири и Дальнему Востоку.

По объему промышленного производства в 1998 г. эти же шесть регионов Сибири и Дальнего Востока входили в число двадцати первых в России, а 1-е место в этой группе промышленных лидеров занимал Ханты-Мансийский автономный округ (почти 6%). Столько же регионов Сибири и Дальнего Востока лидируют по объему розничного товарооборота. Из двадцати российских регионов, которые понесли наименьшие потери за все годы реформ (1991-1998) по объему промышленного производства, каждый второй расположен в Сибири и на Дальнем Востоке.

2.12. Если учесть, что значительная часть продукции промышленных предприятий Сибири и Дальнего Востока уходит на экспорт, что доля "теневой экономики" в этом регионе не уступает общероссийской, что сбор полагающихся налогов ниже, чем в европейской части страны, то стереотипный тезис о "перекачке" основной части сибирско-дальневосточных ресурсов в федеральный Центр становится еще более сомнительным. Сибирь и Дальний Восток представляют один из наиболее продуктивных и своеобразно самодостаточных компонентов экономической структуры России. Этому способствует и реально сложившаяся в Сибири и на Дальнем Востоке ситуация ресурсного самообеспечения (в первую очередь энергетического). Это - важнейший фактор, формирующий взаимоотношения Федерации с ее восточной частью, что должно обязательно учитываться в разработке стратегии этих отношений за порогом XX столетия.

2.13. Широко распространены и далеко политически не безобидны утверждения о слабой транспортной связи главных индустриальных центров Сибири и Дальнего Востока как главной причине резкого сокращения грузопотоков между европейской и западной частями России, а также о хронической нехватке энергетических ресурсов как главной причине замерзания сибирских и дальневосточных городов. Как показано далее, транспортные и энергетические проблемы Сибири и Дальнего Востока - это не следствие неразвитости транспортной инфраструктуры и энергетики, а результат той экономической политики, которая формируется и реализуется вне контекста геополитических интересов России и ее территориальной (преимущественно северной и широтной) конфигурации.

В то же время, по оценкам авторитетных специалистов, ситуацию в сфере железнодорожных перевозок определяет не состояние самой железнодорожной сети, локомотивного и вагонного парков, а ряд причин системного характера. Во-первых, одна (весьма значительная) доля грузопотоков, сформировавшихся в социалистическое время (транспортировка неконкурентоспособных грузов, встречные перевозки и т. п.), оказалась просто невозможной с переходом к новым экономическим условиям, а другая их часть (преимущественно ресурсного характера) поменяла направление с европейской части России на зарубежные рынки Азиатско-Тихоокеанского региона. Во-вторых, опережающий рост тарифов на перевозки (в два раза по сравнению с общим ростом цен) стал мощным фактором снижения конкурентоспособности продукции, особенно такой, как лес, уголь, руды, концентраты металлов. В-третьих, вызванное этими и другими факторами снижение объемов грузоперевозок, в свою очередь, стало мультипликатором цепной реакции роста тарифов, поскольку две трети затрат на перевозку единицы любого груза составляют условно постоянные расходы (содержание путевого хозяйства, парка подвижного состава и т. п.). В-четвертых, стремление сохранить доступность железнодорожных услуг для населения привело к так называемому "перекрестному субсидированию", при котором значительная часть затрат по перевозке пассажиров компенсировалась за счет тарифов на грузовые перевозки.

Общее снижение производства продукции, экономически оправданная предпочтительность внешнего рынка и отмеченные особенности тарифной политики стали главными объективными причинами ослабления транспортно-грузовой и пассажирской интеграции России по оси "запад - восток". По этим причинам почти не используется уже построенная Байкало-Амурская магистраль и существенно снизились грузопотоки по Транссибирской железнодорожной магистрали.

2.14. Главным содержанием энергетических проблем Сибири и Дальнего Востока является парадоксальное несоответствие гигантского энергетического потенциала и острейшего дефицита электрической и тепловой энергии на многих предприятиях и, главное, в городах и поселках этого региона. Комплекс причин, породивших эту ситуацию и ее многочисленные и хорошо известные проявления, во многом тот же самый, что и в транспортном комплексе. Однако энергетическая ситуация дополнительно обостряется и переходит в разряд социальной и даже политической в связи с тем, что перебои в электро- и теплоснабжении сказываются на самом населении, объектах социальной сферы - больницах, детских садах, школах. Совершенно недопустимым с точки зрения военной безопасности страны являются периодические прекращения электро- и теплоснабжения объектов оборонного комплекса Сибири и Дальнего Востока, в первую очередь, размещенных на Тихоокеанском побережье. И население, и социальные объекты, и оборонные комплексы в Сибири и на Дальнем Востоке (так же, как и во всей России) являются наиболее ненадежными и бюджетно-зависимыми плательщиками за электроэнергию и тепло. Они никогда полностью не расплачивались за соответствующие ресурсы, а в настоящее время в большинстве регионов и не в состоянии это сделать.

Современная кризисная ситуация в сферах транспорта и энергетики Сибири и Дальнего Востока порождена не случайными или частными, а системными причинами. И разрешение этой ситуации возможно только на основе использования системных же механизмов, в том числе на основе институциональных и организационных преобразований в транспортном и энергетическом комплексах, инициированных и самостоятельно проводимых органами власти отдельных регионов Сибири и Дальнего Востока, а также ассоциациями межрегионального сотрудничества.

2.15. Социальная ситуация на территории Сибири и Дальнего Востока существенно отличается от положения на европейской части страны; эта ситуация сильно дифференцирована и внутри рассматриваемых регионов. Резкие социальные контрасты одновременно наблюдаются между севером и югом, районами ресурсообеспеченными и не обладающими рыночно привлекательными ресурсами, территориями компактного проживания малочисленных народов Севера и остальными территориями.

В целом за весь период реформ (1991-1998 гг.) самые неблагоприятные изменения социальной ситуации произошли именно в регионах Сибири и Дальнего Востока; это прямо противоположно тому, что произошло в сфере экономики. Среди 20 субъектов Российской Федерации, в наименьшей степени пострадавших от снижения реальных денежных доходов, нет ни одного сибирского или дальневосточного региона. И, наоборот, в число 20 российских регионов с наихудшей динамикой реальных денежных доходов входят 14 сибирских и дальневосточных территорий. Если в самом депрессивном регионе европейской части страны реальные денежные доходы населения снизились в 17 раз, то в Чукотском автономном округе - почти в 50 раз, в Корякском автономном округе, на Сахалине и Камчатке - в 25 раз и т. д.

2.16. В регионах Сибири и Дальнего Востока не столь остра, как в европейской части страны, проблема старения населения. Все регионы, где население старше трудоспособного возраста составляет более 25%, находятся в Европейской части России (это Псковская, Ивановская, Рязанская, Тверская, Тульская, Воронежская, Курская и Тамбовская области). И, напротив, все регионы с наиболее молодым населением (доля людей старше трудоспособного возраста меньше 10%) находятся в Сибири и на Дальнем Востоке (это Ханты-Мансийский, Ямало-Ненецкий, Чукотский, Таймырский, Эвенкийский автономные округа, республики Тыва и Саха (Якутия), Магаданская область).