Читать онлайн «Тюрки и мир. Сокровенная история». Страница 121

Безусловно, влияние мусульманского Востока на события в России было, отрицать его нельзя. И шло оно через Крым, который по-прежнему стоял на страже ислама. Другой вопрос, каким было это влияние. К сожалению, литературные источники о нем говорят очень неопределенно. Однако если учесть, что в 1670 году впервые на Западе заговорили о мусульманстве в России, то можно смело утверждать о наличии еще одного «белого пятна» в истории тюрков и Востока.

Тот год, возможно, и был годом официального начала ислама в России!.. Вот когда Казань стала мусульманской. Но где прочитать подробности тех важных событий? Кто исследовал их? Только иезуиты, которым важно было раздробить страну, разрушить ее единство.

В ответ царь Алексей показал невиданную доселе жестокость, он уверенно шел дорогой, проторенной папской инквизицией. Ничего нового в его действиях не было, да и быть не могло. Копировали трагедию европейских тюрков средневекового периода. В России тоже им меняли веру. Теми же самыми приемами – силой. И ложью.

Горели деревни и города вместе с их обитателями, особенно к востоку от Москвы. Земля краснела от невинной крови. Тысячи и тысячи людей больше не видели света, их ослепляли, бросали в подземные тюрьмы, семьями топили в реках и озерах… И так каждый день.

Кровавые дни складывали кровавые годы, которые повторяли приход христианства в Болгарию, но и они почему-то «белым пятном» лежат на российской дороге Времени, не привлекая исследователей… А сколько воевод тогда прославилось подвигами, престол не скупился на привилегии им, уничтожавшим сограждан. Царь давал в награду крепостных христиан, должности, поместья, благородные титулы. На крови и трупах поднималась поросль славянской аристократии – новое дворянство, которое открыло свои гербовники с XVII века.

Любой негодяй мог получить тогда титул и то, что полагалось вместе с ним – души. Сотни и тысячи христианских душ…

Тогда же пришли в Россию и другие новшества, одно из них – конторки, что открылись на улицах городов. О них узнали быстро. Там день и ночь сидел тихий человек, к которому подойти мог каждый. Надо было постучать в окно, створка приоткрывалась, и, не меняя голоса, можно доносить на любого соседа или попа, нарушавшего христианские правила. Каждый человек, кроме царя, разумеется, в два счета мог угодить в концлагерь или на тот свет.

Доносчиков звали стукачами, они стали частью нового государства. Его глазами и ушами… Более века продолжалась в России карательная экспедиция, перед которой блекла папская инквизиция с ее жалкими кострами на площадях городов.

Утверждение славянской культуры принесло славу роду Долгоруких, Лопухиных, Суворовых, героям и полководцам, получавшим ордена, воинские звания за убийство соплеменников. Они, усмиряя народ, сметали с лица земли казачьи станицы, татарские, башкирские, ногайские деревни. Уральские рудники переполнили рабами, которые до самой смерти больше не видели неба… История башкир, ногайцев, татар как раз об этом, но она не написана, потому что за нее не давали ученых степеней и званий.

Эта кровавая драма, которая захватила страну, толкала духовно чистую периферию к исламу. Басурманы тянулись к новой религии, как к живительному роднику. Тысячи русских принимали ислам. Разумеется, они меняли не веру, а обряд служения Ему. Чтобы не стать славянами! Как заметил греческий патриарх Макарий, то были «искренние в вере» люди… Он знал и это, но не приветствовал принятие ислама в Поволжье.

Путевые записки патриарха открывают завесу над этим важным историческим эпизодом. И не одним. В ислам, оказывается, переходили, не принимая царских подарков! По убеждению. Сами. Переходили те татары, кто в середине XVII века (до 1654 года) «исповедовал Единого Бога», так записано у Макария в арабском оригинале рукописи и его английском переводе. То есть были тенгрианами!

Русские переводчики и редакторы этот факт исказили. Слова о тюрках Поволжья, которые исповедовали Единого Бога (Тенгри), заменены, мол, те были мусульманами. Тогда зачем же им снова принимать ислам? Зачем восставать против церковных реформ патриарха Никона? Зачем еще раньше было отправлять в Москву своего духовного пастыря Гермогена и поддерживать его в трудную минуту?..

Нет, они как раз не были мусульманами, что и отметил грек.

Этот подлог, очень характерный для европейской исторической науки, интересен и другим. Греческого патриарха Макария не случайно влек восток России, он знал, что по христианскому уставу, утвержденному на Халкидонском соборе, Поволжье, Казахстан, Алтай, Средняя Азия, Северный Китай входили в Антиохийскую епархию Греческой церкви. И тот устав не отменили. Макарий имел тайные виды на эти земли, возможно, в том скрывалось объяснение невероятной активности греков в России, а также их высокомерие, с которым они молча смотрели на свою заморскую колонию.

Все знал греческий патриарх! Отлично знал и то, что греки с IV века вели здесь христианские проповеди. У него написано: «…весь северо-восточный край (Антиохийской епархии) заселяли ханифейцы». Иначе говоря, тюрки Дешт-и-Кипчака. Предки тех самых татар, что и сегодня не могут толком найти себя ни в исламе, ни в христианстве.

О них теперь известно мало – не хотят знать. Христианскому и мусульманскому духовенству они чужие и очень далекие. А напрасно. На Востоке о ханифах издревле ходят легенды, как о святых людях. Это позже, с приходом иезуитов, сведения о тюрках исчезли… Однако осталась Библия, Ветхий Завет. Вспомним Книгу Исайи, где говорится, как образ Бога Небесного входил в культуру Ближнего Востока: «от востока приведу племя твое» [Ис 43 5]… И в Коране написано о ханифах только хорошее.

Выходит, круг сомкнулся? Ислам в XVII веке вернулся к потомкам ханифов, тюркам Поволжья, на которых ополчилась Москва?.. Собственно, так и было на самом деле.

Доказательства не только в книгах, они есть в старинных мечетях. Это самые неопровержимые доказательства. Там на стенах, в узорах и орнаментах кирпичной кладки, можно встретить равносторонние кресты и восьмиконечные звезды, есть и шестиконечные. То – священные знаки тюркской истории… Когда община меняла обряд, она по алтайской традиции показывала это знаком: двумя треугольниками, наложенными один на другой. Восходящий (вершиной вверх), нисходящий (вершиной вниз). Бог одной рукой дает, другой забирает, вот что символизирует знак.

Восьмиконечная звезда, пришедшая в ислам от тюрков-ханифов, есть не что иное, как равносторонний крест, только выполненный иначе. Чтобы посторонний не догадался. Подобное вполне можно сказать и о шестиконечной звезде, ставшей «звездой Давида» после того, как евреи познакомились с духовной культурой тюрков.

Мечети, где встречаются эти звезды, построены, как правило, до XVII века, их называли «килиса». Потом «килиса-мечеть», потом просто «мечеть».

…Другая часть русского общества протестовала против новаций Никона иначе. Она не принимала ни христианство, ни ислам, она не меняла старую веру, шла ради нее в добровольную ссылку, в подполье или на смерть, принимая ее за волю Божию, за освобождение от земных мук. Тех людей назвали старообрядцами. Это совсем чистая страница российской истории, хотя о старообрядцах достаточно много известно. Есть даже диссертации. Но известно только то, что дозволили иезуиты. Ни строчкой больше… Сохранились старинные книги, однако люди разучились их понимать.

Пожалуй, самое странное, что есть в духовной культуре России, как раз эти люди.

Внутри общин старообрядцев свои деления, разобраться в которых не могут даже они сами, так лихо закрутила жизнь этих затравленных людей. Между общинами нескрываемая неприязнь и вражда… За что? Почему? Не объяснить. Их кто-то очень умело стравил, и они теперь «с чужим крестом не молятся», то есть никого не признают, кроме себя и свои крайне скудные знания о религии, о ее истории.

Кичатся тем, чего у них уже нет, – старой веры!

Ближе к той вере в Бога Небесного остались, видимо, «дырники», их небольшие общины сохранились в Сибири, они самые верные вере люди, по-прежнему молятся, соединяя два пальца и глядя на Вечное Синее Небо, как на Древнем Алтае. Они сами отправились в Сибирь, потому что среди них было распространено убеждение, что «где-то на Востоке и в иных странах существуют древлеправославные епископы, не принявшие никоновских новоприменений»… Эти люди уходили в сибирскую глушь и дичали там в отрыве от цивилизации и очагов духовной культуры. Жизнью на выживание веками жили они. Однако, не получив образования, сохранить себя и потомков в такой уединенной жизни очень трудно. Даже теоретически вряд ли возможно.

Карательные экспедиции не сломили этих рыцарей духа, Иисуса Христа они не признали за бога. Другие старообрядцы признали, чем и поставили себя в ранг катаров, альбигойцев и других «еретиков», которые когда-то отличали Западную церковь. По сути, «еретическая» история Запада в точности продолжилась в России, только еретиков здесь называли иначе. Однако обряды, философия там и там были одинаковыми.