Майкл Дэвид-Фокс - Витрины великого эксперимента. Культурная дипломатия Советского Союза и его западные гости, 1921-1941 годы

Читать онлайн «Витрины великого эксперимента. Культурная дипломатия Советского Союза и его западные гости, 1921-1941 годы». Страница 129

Автор Майкл Дэвид-Фокс

Беатрис Вебб потребовала от ВОКСа и НКИД предоставить ей официально опубликованные документы с целью избежать «ошибок и неверного понимания статистических данных из других источников» (28 ноября 1933 года) — см.: ГАРФ. Ф. 5283. Оп. 3. Д. 347. Л. 5.

Выжив во времена Большого террора, как и Эренбург, Майский так же активно способствовал десталинизации во время оттепели. English R.D. Russia and the Idea of the West: Gorbachev, Intellectuals, and the End of the Cold War. New York: Columbia University Press, 2000. P. 91, 283 [примеч. 192].

Последняя из этих встреч произошла в марте 1937 года с писателями-антифашистами из республиканской Испании — Рафаэлем Альберти и Марией Тересой Леон (Максименков Л. Очерки номенклатурной истории. С. 279). Полный список посетителей Сталина см. в публикации: Алфавитный указатель посетителей кремлевского кабинета И.В. Сталина // Исторический архив. 1998. № 4. С. 16–203.

Нежелательное, однако вполне демократическое боготворение все еще отсталым народом — стандартное объяснение для иностранцев и антифашистов (таких, как Лион Фейхтвангер в 1937 году), обеспокоенных всепроникающим прославлением вождя.

Приложение к «Путешествию» содержит «официальную» запись разговора со Сталиным, который редактировал ее лично и затем переслал Роллану, когда тот приезжал в СССР вместе с Горьким; Роллан внес в нее еще несколько изменений. Ранее историки обращались исключительно к подобным «продезинфицированным» вариантам на французском и русском языках. Я в другой публикации старался доказать, что варианты данного текста необходимо сравнивать, так как неотредактированная часть крайне показательна и именно здесь Роллан наиболее отчетливо предстает обожателем Сталина. См.: David-Fox M. The «Heroic Life» of a Friend of Stalinism: Romain Rolland and Soviet Culture // Slavonica. 2005. Vol. 11. J* 1. P. 3–29.

Гёте являлся культовой фигурой в германофильской антифашистской культурной среде того периода.

Против такой тенденции выступал Франсуа Фюре, считавший коммунизм великим мифом XX века. Фюре подчеркивал гибкость коммунистической доктрины и ее способность апеллировать к самым разным и непохожим фигурам. Furet F. The Passing of an Illusion: The Idea of Communism in the Twentieth Century / Trans. D. Furet. Chicago: Chicago University Press, 1999.

Указывая на провалы других универсальных теорий об интеллектуалах и коммунизме, Лилла выдвигает собственную, которую можно назвать психологическим толкованием: интеллектуалы по природе своей склонны отказываться от умеренного самоконтроля, попадая в объятия тирании и, таким образом, приходя к «состоянию, могущему превратиться в безрассудную страсть» (с. 214).

В ключевом пассаже Шмитта о разграничении понятий «друг» и «враг» («важнейшими в политике являются моменты синхронизации, в которые враг с определенной ясностью воспринимается как враг») он одобрительно указывает на атаки Ленина против «буржуазного и западного капитализма». Schmitt С. The Concept of the Political / Trans. G. Schwab. Chicago: University of Chicago Press, 2007. P. 67. Интересно, что у Шмитта понятие друга было выведено из его же идеи врага — это во многом напоминало позицию большевиков (Strong T.B. Foreword: Dimensions of the New Debate around Carl Schmitt // Schmitt С The Concept of the Political. P. xxiv).

В 1924 году советскому посольству в Берлине было указано, что в Объединенном бюро информации и Комиссариате просвещения считают «крайне желательным» посещение Шпенглером СССР. О.Д. Каменева, Пред. Комиссии заграничной помощи Президиума ЦИК — Советнику Полпредства в Германии СИ. Бродовскому, 30 сентября 1924 г. // АВП РФ. Ф. 082. Оп. 7. Д. 52. Папка 18. Л. 14. Ставилось только одно условие: чтобы Шпенглер «не использовал путешествие для политической или пропагандистской деятельности».

Эрик ван Ри выступает за более узкое определение национал-большевизма, применяя его лишь к небольшой группе «твердолобых» поклонников оригинального коктейля из национализма и коммунистической экономической программы, а не ко «всем тем, кто надеялся объединять правых и левых экстремистов на националистической платформе», — см.: Van Ree Е. The Concept of «National Bolshevism»: An Interpretative Essay// Journal of Political Ideologies. 2001. Vol. 6. № 3. P. 289–307. Однако если пытаться не определить это понятие, а проанализировать его историю, то открывается вся глубина привлекательности советского проекта для немецких националистов.

Мой анализ членства в Арплане, приводимый ниже, основан на «Mitgliederliste», присланном Фридрихом Ленцем в ВОКС летом 1932 года: ГАРФ. Ф. 5283. Оп. 6. Д. 172. Л. 190. Этот документ представляет собой первый вполне надежный источник о членстве в данной организации.

Два члена Арплана из Гейдельберга, Гизельхерт Висинг и Эрнст В. Эшманн, по политическим взглядам также были крайне правыми, при этом первый был близок к «Die Tat», второй — к нацистам.

Каганович — Сталину, 3 августа 1932 г. // Сталин и Каганович. С. 259, 304. Составители этого издания отмечают, что указание на рост могущества Гитлера не вызвало особых комментариев со стороны Сталина, озабоченного внутренними советскими катаклизмами и желавшего избежать открытого разрыва с Германией. См. также: Политбюро ЦК РКП(б) и Коминтерн. С. 666–667. О Нидермайере см.: Seidt H.-U. Berlin, Kabul, Moskau: Oskar Ritter von Niedermayer und Deutschlands Geopolitik. Munich: Universitats-Verlag, 2002. Советское посольство в Берлине было крайне заинтересовано в Ревентлове и в 1932 году активно искало контактов с ним (Норре В. In Stalins Gefolgschaft. S. 315, 315 [примеч. 131]).

Голландское отделение Арплана располагалось в Амстердаме, имело среди своих членов более тридцати серьезных ученых и было представлено в составе делегации своим основателем, экономистом X. Фрийдой.

Как уже отмечалось в главе 3 настоящего издания, Зара Уиткин посетил колхоз «Верблюд» несколькими месяцами ранее, в мае 1932 года, и вынес из этой экскурсии впечатление полной катастрофы.

Двое других его спутников, Даби и Гийу, оба были независимо мыслящими писателями, вовлеченными в пролетарско-литературное движение во Франции (Talks F.L. Andre Gide's Companions. Ch.3–4).

ВОКС, советское посольство в Вашингтоне и лондонское общество друзей СССР (Британское общество культурных связей) постоянно превозносили Робсона как большого и верного друга советского государства, тем более что он был довольно активным членом Британского общества, — см.: Беседа с Полем Робсоном, 23 мая 1937 г. // Там же. Оп. 1а. Д. 371. Л. 51; [Первый секретарь советского посольства в США Д. Чубахин — главе англо-американского сектора ВОКСа Кисловой], 15 марта 1940 г. // Там же. Оп. 2а. Д. 4. Л. 102.

Профессиональный состав иностранцев, которых ВОКС «обслуживал» в течение десяти месяцев 1935 года, показывает: крупнейшая группа (205 чел.) состояла из артистов и писателей, далее следовали педагоги (117 чел.), ученые (108), врачи (102); гораздо меньше было инженеров (31 чел.), экономистов (14) и архитекторов (6) (см.: Там же. Оп. 1. Д. 278. Л. 12).

Выражение заимствовано из подзаголовка книги: Максименков Л.В. Сумбур вместо музыки.

Подобным же образом в 1947 году вдохновленная ждановщиной кампания по ужесточению секретности полностью дезорганизовала повседневную административную работу. См. об этом: Gorlizki Y. Ordinary Stalinism: The Council of Ministers and the Soviet Neopatrimonial State, 1946–1953 // Journal of Modern History. 2002. Vol. 74. P. 721–722.

В 1935 году Главлит разрешил девятнадцати сотрудникам ВОКСа использовать «запрещенную» иностранную литературу, но воспрепятствовал Обществу в распространении «информсводок» о культурной жизни на Западе. См.: Проект организации ежедневных информсводок ВОКСа, 2 декабря 1934 г. // ГАРФ. Ф. 5283. Оп. 1. Д. 277. Л. 28–29; Зам. Пред. ВОКС Н. Кулябко — В.М. Волину, Главлит// Там же. Оп. 1а. Д. 283. Л. 5; Главлит — в ВОКС, 23 сентября 1935 г. // Там же. Л. 22; Список сотрудников ВОКСа, имеющих право пользоваться запрещенной ино-литературой, 1935 г. // Там же. Л. 35.

В Ленинградском коммунистическом университете книгосожжения начались несколько позже, чем в ВОКСе, — после того, как в мае 1936 года была для начала уничтожена «троцкистско-зиновьевская» литература: Halfin I. Stalinist Confessions: Messianism and Terror at the Leningrad Communist University. Pittsburgh: University of Pittsburgh Press, 2009. P. 204–208.

Пятаков, подвергавшийся пыткам в течение тридцати трех дней, был похож, согласно одному свидетельству, на «свою тень, на скелет с выбитыми зубами» (Tzouliadis Т. The Foresaken. P. 114).