Читать онлайн «Постижение России; Опыт историософского анализа». Страница 227

Это несколько неожиданно, но это именно так: даже современные ультралиберальные политические силы России, так много сделавшие для разрушения устоев исторической и национальной России, как ни странно, пытаются продолжить специфически национальную традицию поиска особой миссии России в современной мировой истории. Национальное оказывается труднопреодолимым началом истории. Попытка его отрицания в итоге завершается его новым воспроизводством, правда, только во все более и более отчужденных от своей истинной национальной сущности формах. На этот раз особая миссия России в современном мире определяется глобальной миссией "замкнуть Северное Кольцо (Европа - Россия - Япония - Северная Америка). Тем самым Россия призвана внести решающий вклад в создание единого пространства развитых демократических стран, разделяющих ответственность за мировое развитие и мировую безопасность".

Так ли это на самом деле, в этом ли состоит действительная историческая миссия России в переживаемый момент ее истории - это одна сторона проблемы. Другая заключается в весьма показательных совпадениях: в начале XX века Россия взвалила на себя миссию по социальному освобождению всего человечества и вхождения вместе с ним в новую, коммунистическую стадию формационного развития; в начале XXI - вновь вхождение "в цивилизацию" - "замкнуть Северное Кольцо" и на этой основе внести решающий вклад в дело тотальной демократизации человечества. Странная тяга к всемирности и исторической тотальности: в начале века к тотальной коммунизации, в конце - к тотальной демократизации человечества.

Как говорится, можно почувствовать различие, но можно увидеть и сходство, и оно заключается не только в том, что процессы демократизации и социализации социально-экономических и политических основ современного общества ничуть не противоречат друг другу; не только в том, что обе эти задачи в той форме, в какой они ставились и ставятся - задачи с весьма неопределенной локально цивилизационной сущностью, но и в том, что все это вариации на одну и ту же тему - особой исторической миссии России в деле решения общечеловеческих проблем, и прежде всего в объединении человечества.

В данном случае мы не хотим сказать, что всего этого в той или иной форме нет в ментальной и исторической реальности России. Речь о другом, что если это и есть, то есть в качестве стойких системных иллюзий, и далеко не безобидных, поскольку именно они инициируют процессы слома цивилизационной идентичности России и в ней национальной русской нации, на этой основе не позволяя сосредоточиться России на самой себе как России, а русским на самих себе как русских, на базовых структурах своей цивилизационной и национальной идентичности, на их сбережении и развитии в истории.

В самом деле, это весьма завышенная, а потому и неадекватная самооценка считать, что истинно русский человек чуть ли не "всечеловек", лишенный своей национальной "особости". Мало того, что таким представлениям мало что соответствует в действительности, но они, в конечном счете, ведут к утрате собственной национальной специфики и весьма значительной, но лежащей в плоскости русскости, а не всеобъемлющего сочетания в себе черт всех национальностей, своеобразной вселенской смеси. Даже если она и имеет место быть, то она существует на русской этнокультурной основе, на основе воспроизведения базовых архетипов русской национальной идентичности. Равным образом и Россия, хоть это и целая Вселенная, но это русско-российская локально цивилизационная вселенная. Это совершенно ложная цивилизационная идентичность полагать, что Россия в себе и для себя не сосредоточенный феномен, а конгломерат востоко-западных черт, такого сочетания всего, которое завершается ничем, цивилизационной аморфностью.

Хотя в действительности России просто не дают сосредоточиться на себе как на России, и это, между прочим, оказывается результатом форм активности не кого-нибудь, а собственной властной и интеллектуальной элиты, во всяком случае, той и, похоже, большей ее части, которая к концу ХХ столетия окончательно заблудилась в собственной национальной и мировой истории. И это в то время, когда речь должна идти об элементарном и очевидном: Россия, при всех попытках ее преодоления в истории в качестве России, есть не больше, но и не меньше как только Россия - локальная цивилизация с русско-российской цивилизационной основой. Это глубоко национальный феномен, правда, радикально заблудившийся в истории и отчужденный от основ своей подлинной русско-российской идентичности, но от этого не перестававший быть национальным, больше того, как никогда нуждающийся в национальном самоопределении и самососредоточении для того, чтобы наконец-таки стать Россией.

И самое главное, как можно быстрее снять с себя груз мессианства, все, что отчуждает от проживания своего бытия в истории в качестве национального, которое может быть либо национальным, либо мессианским, третьего здесь не дано, ибо национальное бытие становится мессианским как раз в той самой мере, в какой перестает быть национальным, в какой подчиняет свое бытие бытию наднациональных ценностей и смыслов истории, в какой связывает себя решением задач и проблем всемирного развития. Разумеется, мы должны жить во всемирной истории, но не всемирной же историей, а своей собственной, национальной. Иное будет иным переподчинением ценностей и смыслов своего бытия ценностям и смыслам бытия иного.

Соответственно, пора осознать: мы никого и ничего не можем объединить в мире сверх того, что является Россией, что, идентифицирует себя с основами локальности русско-российской цивилизации. В свое время мы не смогли объединить славянство, не смогли сохранить евразийский союз наций, доставшийся нам от Российской империи и Советского Союза, и даже с объединением восточного славянства возникают проблемы. И это несмотря на то, что этнокультурная сущность и границы восточного славянства образуют цивилизационную сущность и границы локальности России-цивилизации. И весь этот объединительный исторический опыт многое говорит о цивилизационных и геополитических пределах России и, следовательно, о пределах исторической миссии России в мировой и региональной истории.

России необходимо дистанцироваться от всех проектов осчастливливания человечества, один из которых - коммунистический - не только надорвал исторические силы нации, но и радикальнейшим образом хаотизировал основы цивилизационной идентичности России и национальные русской нации. Социальное освобождение человечества - это проблема всего человечества, и мы можем участвовать в этом не посредством освобождения человечества как такового, а только через освобождение себя самих. Мы тоже человечество, и только социально освобождая себя, мы освобождаем и человечество.

Не следует связывать себя с проектами осчастливливания человечества в масштабах, разрушительных для самих основ национального бытия, никак не считающихся с национальными интересами, всякий раз завершающихся насилием над основами национальной идентичности в истории и исторической в нации. Нет никакой необходимости входить и в лоно "общечеловеческой цивилизации", хотя бы потому, что мы оттуда и не выходили, на постоянной основе участвуя в решении общеевропейских и, в меньшей степени, общеазиатских проблем. Да и трудно войти в то, чего нет, ибо так называемая "общечеловеческая цивилизация" - это совокупность в той или иной мере связанных локальных цивилизаций, а не некая самостоятельная, сама по себе существующая цивилизация.

Следовательно, вопрос должен быть правильно поставлен: о вхождении России не в общечеловеческую, а в локальность иной цивилизации, неизбежным следствием которого станет изменение основ собственной, русско-российской, вплоть до их преодоления в принципе. А это больше, чем утопия в истории, это уже преступление против нации, ее истории и цивилизации. Нельзя иначе квалифицировать и попытку подменить национальные ценности общечеловеческими, признать примат последних над первыми и на этой основе чуть ли не обязать нацию вновь, как и с коммунистическими ценностями, жить по-новому понятыми общечеловеческими, жить тем, что отлучает ее от собственных национальных ценностей и интересов и в этом отлучении вновь находить особую миссию России и конечный смысл Русской идеи.

Не следует продолжать борьбу с очевидностью: мы не "народ-Мессия", "народ-богоносец" - мы абсолютно нормальный народ, вся ненормальность которого определяется только глубиной слома базовых структур цивилизационной, исторической и национальной идентичности, которая и создает условия для ложных форм идентичности в истории и для напяливания на себя мессианских комплексов, отчуждающих страну и нацию от обустройства себя во всемирной истории в качестве России-цивилизации. Нет у нас никакой особой миссии в человечестве по его осчастливливанию и объединению, хотя бы потому, что в течение последнего столетия мы оказались не в состоянии объединить и осчастливить даже самих себя в пространстве собственной истории и как раз потому, что превратили его в пространство слома основ своей цивилизационной и национальной идентичности, в пространство осуществления вненациональных целей, ценностей и смыслов бытия в истории.