Читать онлайн «Постижение России; Опыт историософского анализа». Страница 21

Основными источниками конфликтов здесь становятся куда более фундаментальные феномены истории - различия в самих архетипах культуры, социальности, духовности, в самом способе их проживания в истории. А потому границы, разделяющие цивилизации, могут превратиться в границы столкновений их системных интересов - геополитических, демографических, экономических, социальных, различия в которых будут подпитываться принципиальными различиями цивилизационного масштаба - цивилизационными противоречиями, противоречиями в самих способах понимания и отношения к миру, в самой системе исходных ценностей, определяющих сам способ проживания жизни в истории и истории в своей жизни. История человечества может превратиться в историю столкновений цивилизаций, разных исторических потенциалов развития, разных вариантов исторического развития, разных представлений о самой истории.

Соответственно, логика цивилизационных столкновений будет подчинена действию иной, не формационной, а цивилизационной логике истории, с иными источниками противоречий, самих противоречий, с иной субъектной базой, этнокультурной, с иными способами их разрешения и масштабами последствий, по сравнению с которыми все, что было до сих пор трагического в истории, будет казаться лишь жалкой прелюдией подлинного апокалипсиса всемирной истории. Не исключается и другое: тенденция к единству истории человечества, взаимозависимости локальных цивилизаций станет мощным противодействующим фактором для разрастания цивилизационных различий и противоречий до стадии конфликтов, столкновений и взаимоуничтожения цивилизаций. У цивилизационной логики истории уже только потому, что она является цивилизационной, должно быть больше возможностей для цивилизованного способа исторического развития, для разрешения средствами культуры если не всех, то главных противоречий человеческой истории.

Как сложится всемирная история - покажет будущее, но уже сейчас не вызывает сомнений более фундаментальный характер цивилизационной логики истории по сравнению с формационной, цивилизационных противоречий по сравнению с формационными, цивилизационной исторической реальности по сравнению с формационной. В любом случае не вызывает сомнений другое: наступающая историческая эпоха становится эпохой господства цивилизационных закономерностей, временем цивилизационного самоопределения истории, историей консолидации и размежевания локальных цивилизаций - освобождения от всего того, что им не принадлежит и ими не является и интеграции со всем тем, что им принадлежит и ими является.

Отражением именно этих тенденций стала идея многополюсного мира как основы представлений о строении современного мира и природе межгосударственных отношений в нем, имеющая, таким образом, локально цивилизационную основу. Идея многополюсного мира является иным, доктринальным выражением в принципах внешнеполитической деятельности двух взаимосвязанных и фундаментальнейших фактов новейшей исторической реальности: первый - современный мир состоит из истории множества взаимосвязанных локальных цивилизаций; второй - отношения между ними составляют и в научно обозримой перспективе будут составлять основное содержание не просто текущей политики, но и на этой основе мировой истории в целом.

Все это указывает на феномен локальной цивилизации и цивилизационную логику истории как на историческую реальность, место, роль и сущность которой в мировой истории до сих пор в полной мере не осознается, а потому и в полной мере не учитывается в практике исторического творчества. Не в меру ангажированные универсалистскими схемами истории, навязанными формационной логикой истории, мы заметно преуспели в преодолении цивилизационной реальности истории и как реальности нашего исторического сознания, и как реальности самой истории. Итогом этого стало то, что стало: нет, не просто примитивизация представлений об истории, но примитивизация и хаотизация самой истории, те цивилизационные тупики и потрясения, которые мы с неослабевающими усилиями втягиваем на евразийские просторы СССР, а теперь и России.

При этом справедливость сказанного нисколько не колеблет справедливости другого - бесспорной фундаментальности феномена общественно-экономической формации и формационной логики истории. Формационная историческая реальность - это реальность, которая была, есть и остается. Другое дело, она не является единственной, которой исчерпывается вся историческая реальность, вся логика истории. Это становится очевидным при сравнительном анализе феноменов локальной цивилизации и общественно-экономической формации. И, в первую очередь, основ их бытия в истории.

3. ОСНОВЫ ЦИВИЛИЗАЦИОННОЙ ИСТОРИЧЕСКОЙ

РЕАЛЬНОСТИ

Действительно, локальная цивилизация и общественно-экономическая формация отличаются друг от друга, прежде всего, основами своего бытия в истории. В этой связи для понимания исторической сущности любой формации определяющее значение имеют ведущие формационные качества любого общества отношения собственности и власти, группирующиеся вокруг и на основе формационнообразующего основания любой формации - способа производства материальных благ, этого исторически конкретного способа существования общества в природе, производства и воспроизводства основ его материального бытия. Но непосредственно именно господствующая форма собственности определяет историческое качество господствующих в нем экономических отношений, а господствующая форма политической власти - историческое качество господствующих в обществе социально-политических отношений.

Что же касается всех остальных явлений и процессов общественной жизни, то они оказываются производными от отношений собственности и власти, но при этом таким образом, что все они, не исключая и самой власти, приобретают социальное качество в зависимости, в конечном счете, от господствующей формы собственности, пронизываются ее содержанием, определяются ее исторической сущностью. Материальное бытие и в нем отношение собственности ведет за собой все остальные формы бытия человека в обществе.

Так складывается целостная органическая система общества, объединенная единым основанием, ведущими формационно-образующими качествами, придающими соответствующее формационное качество всем остальным явлениям общества, его свойствам, связям и отношениям, превращая его из общества вообще в исторически конкретное общество, в общество определенной формации-стадии исторического развития. Естественно, все это базируется на исторически определенном характере и уровне развития производительных сил определенном типе и уровне отношения с природой, формационная разновидность и конкретность которых порождает формационную разновидность и конкретность всех отношений людей друг к другу - экономических, социальных, политических?

Все это достаточно общеизвестные положения, как и то, что с точки зрения своих оснований формация фактически полностью выражает материальные основы общественной жизни. Формационное бытие общества есть, прежде всего, его материальное бытие, а формационная логика истории, соответственно, есть логика производства и воспроизводства материальных основ бытия общества в природе. Естественно, все это затрудняет поиск специфических материальных основ локальной цивилизации, на которых она базирует свое бытие не как формация, а как именно локальная цивилизация. Очевидно, что они должны быть, ибо общество не может жить одной культурой, как не могли жить одной философией Древняя Греция, одним правом - Древний Рим, одной религией Средние Века, одной политикой - Новое и Новейшее время, а вся мировая история одними войнами. Любой период истории человечества был, есть и всегда будет периодом производства и воспроизводства обществом материальных основ своего бытия и, следовательно, периодом экономического бытия общества. Однако поиски материальных основ локальной цивилизации, специфичных по отношению к формационным, пока не завершились нахождением таковых. Если не считать попыток специфику материальных основ цивилизации связать с технико-технологическим базисом, а формации - с экономическим.

Технико-технологический базис своими корнями восходит к производительным силам, есть их предметная, вещественная составляющая. Он есть результат опредмечивания технологических функций человека посредством превращения вещества природы и естественных процессов в рабочее вещество и технологические процессы. Корни экономического базиса восходят к производственным отношениям, то есть к той социальной форме, в которой существуют производительные силы. А потому лишь в абстракции можно отделить технико-технологический базис общества от экономического, как лишь в абстракции могут существовать отдельно друг от друга производительные силы общества от производственных отношений.