Читать онлайн «Опиумные войны. Обзор войн европейцев против Китая в 1840–1842, 1856–1858, 1859 и 1860 годах». Страница 43

После окончания дела на северном форту правого берега во время пожара произошел взрыв порохового погреба, причинивший захватчикам значительный урон. Пока десантные войска разрушали форты обоих берегов и сосредотачивались в северном форту правого берега, две английские и две французские канонерские лодки получили приказание овладеть батареей, расположенной весьма выгодно на ближайшем изгибе реки. Отсюда китайцы, обстреливая продольно течение реки, серьезно беспокоили канонерские лодки, стоявшие перед занятыми фортами. Вдоль берега реки был направлен особый отряд для овладения этой батареей с тыла.

Одновременное движение канонерских лодок и пехотного отряда заставило гарнизон батареи поспешно удалиться без всякого сопротивления. После этого успеха оборона устья реки была окончательно уничтожена и канонерские лодки направились вверх по течению мимо деревни Дагу, растянутой по берегу. В разных местах на берегу виднелись батареи, предназначенные для обстрела фарватера реки. У западной оконечности деревни канонерские лодки встретили заграждение, состоявшее из джонок, связанных между собой цепями, и прикрытое батареей в 15 орудий. Китайских войск не было видно нигде, ими владела паника.

Оба адмирала решили не разрушать этого заграждения, которое могло предохранить канонерские лодки от спускаемых по течению брандеров. Оборона заграждения была поручена четырем канонерским лодкам, между тем как остальная эскадра стала на якорь в изгибе реки, против батареи, занятой в конце боя. По полученным сведениям китайские войска отступили к Тяньцзиню, а императорские комиссары удалились в деревню Сыгу, лежащую в трех верстах выше Дагу.

После столь блестящего успеха, доставшегося союзникам так легко, они пожелали воспользоваться им в максимально возможной степени. Уже 22 мая две английские канонерские лодки прошли заграждения и произвели первую небольшую рекогносцировку реки. Показания лота и общие условия берегов предвещали возможность подняться вверх по течению.

Поутру 23 мая эскадра из шести канонерских лодок под начальством обоих адмиралов, предшествуемая двумя вышеупомянутыми малыми канонерками, двинулась вперед. На всех судах находился значительный десант, а на буксире – большое число шлюпок и спасательных лодок. Плавание по реке было чрезвычайно трудно из-за извилистого фарватера, требовавшего осторожного и внимательного управления судами. Жители прибрежных деревень дружелюбно встречали эскадру, впервые появившуюся на реке Байхэ. Все встречные джонки получили приказание немедленно спуститься к устью реки, так как адмиралы опасались, что из этих лодок будет устроено новое заграждение между Дагу и Тяньцзинем. Сложенные на берегу кучи хвороста и соломы, которыми можно было воспользоваться для снаряжения брандеров, также сжигались по приказанию адмиралов. Из предосторожности эскадра подвигалась только во время прилива, желая использовать поднятие воды в реке, чтобы легче сниматься с мелей. Плывя с такими предосторожностями, оба адмирала достигли Тяньцзиня через четыре дня, 26 мая, в 8 часов вечера, сделав, считая от устья, 54 мили (94 версты). Во время этого движения китайские войска не оказывали никакого сопротивления, иногда только приближались к берегу партии маньчжурской конницы, которые быстро удалялись после нескольких брошенных в них гранат. Подойдя к Тяньцзиню, шесть канонерских лодок пристали прямо к набережной в том месте, где в Байхэ впадает Императорский канал, а две малые канонерки прошли вперед и бросили якорь в одной миле от эскадры, при слияния Байхэ с каким-то незначительным притоком.

Выше последнего пункта река Байхэ становилась совершенно мелководной и доступной только для небольших лодок.

Город Тяньцзинь представляет собой продовольственный рынок Пекина; с прекращением сообщения с ним китайской столице угрожал голод. От Пекина Тяньцзинь удален всего только на три перехода. Важным значением этого города объясняется уступчивость, обнаруженная китайским правительством после занятия фортов, оборонявших вход в Байхэ, и появления англо-французской эскадры перед Тяньцзинем. Китайское правительство поняло, что всякое дальнейшее сопротивление стало бессмысленным и могло иметь гибельные последствия, тем более что Тяньцзинь легко было разрушить, ибо он не укреплялся китайцами, которые считали невозможным взятие союзниками приступом фортов Дагу и дальнейшее их проникновение в Байхэ. Действительно, адмиралам немедленно по прибытии в Тяньцзинь было послано извещение, что китайский император назначил двух комиссаров с самыми обширными полномочиями для заключения мирного трактата. Вследствие этого барон Гро и лорд Эльджин отправились в Тяньцзинь на пароходе; плавание по реке было совершенно безопасно благодаря постоянному крейсированию канонерских лодок между Дагу и Тяньцзинем.

30 мая, по прибытии обоих уполномоченных, начались переговоры. Вслед за английским и французским уполномоченными прибыли также в Тяньцзинь граф Путятин и американский посланник Рид. Между тем адмиралы, не доверяя успешному ходу переговоров, нашли нужным потребовать значительных подкреплений, которые должны были расположиться в казармах на набережной Тяньцзиня. Адмирал Сеймур приказал генералу Страубензее, получившему подкрепление из Австралии и Индии, прислать из вверенного тому гарнизона города Кантона 1000 человек, а адмирал Женульи – привезти 500 человек, прибывших из Франции на транспорте «Дюранс» (Durance). Затем адмиралы решили изыскать меры для прочного занятия Тяньцзиня гарнизоном в 1000 человек, чтобы иметь остальные десантные войска в своем распоряжении для дальнейших действий.

Тяньцзинь лежит на правом берегу Байхэ, при слиянии ее с Императорским каналом. Собственно, город имеет форму прямоугольника, длинные стороны которого идут с запада на восток, а короткие – с севера на юг. Он обнесен стеной, имеющей от 20 до 23 футов высоты. По устройству своему стена Тяньцзиня весьма сходна с Кантонской; она также зубчатая и франкируется четырехугольными выступающими башнями. В каждом фасе, посередине, имелись ворота, прикрытые полукруглым равелином. У северных ворот Тяньцзиня начиналось шоссе, соединявшее этот город с Пекином. На каждом из четырех углов, образуемых городской стеной, находилась высокая башня. Между Байхэ и восточной городской стеной, отстоявшей от реки на 400 шагов, находится восточное предместье, а в промежутке, между северной стеной и Императорским каналом, – северное предместье. Точно так же на левом берегу Байхэ, напротив Тяньцзиня, находилось другое предместье, состоявшее преимущественно из складов риса и соли. Наружная ограда Тяньцзиня во время прибытия англо-французской эскадры была в неудовлетворительном состоянии: в одном месте стены имелась незалатанная брешь, в другом – несколько широких отверстий водостоков, и, наконец, на всем протяжении встречались оползни стены, позволявшие свободно атаковать ее. При враждебном настроении жителей и таком состоянии ограды, имевшей до 6 верст протяжения, нельзя было надеяться удержать город в своей власти со слабым гарнизоном. Оставалось выбрать такой пункт, который, находясь вблизи города, позволял бы постоянно угрожать ему и вместе с тем командовать над рекой и Императорским каналом.

Для означенной цели сочли вполне пригодным полуостров, образуемый изгибом Байхэ и упомянутым каналом. С этого полуострова можно было удобно обстреливать анфиладным огнем как верхнюю, так и нижнюю часть реки, а перешеек, соединявший его с материком, мог быть легко укреплен и перекопан водяным рвом. Находившиеся на нем постройки свободно вмещали тысячный гарнизон. В двух местах, а именно на левом берегу Байхэ и на противоположном берегу Императорского канала, предполагалось выстроить тет-де-поны, вроде блокгаузов, занятые караулами по 20 человек, которые обеспечивали бы переправу гарнизона на тот или другой берег. Так как эскадра не покидала Тяньцзиня, этот план остался невыполненным, а десантные войска на все время пребывания были расположены по квартирам в предместьях на самом берегу реки.

Китайские дипломаты оказались весьма уступчивыми по всем вопросам, исключая права иметь постоянные посольства в Пекине. Русский посланник и уполномоченный Соединенных Штатов подписали свои торговые и дружественные договоры раньше союзников, потому что довольствовались временным пребыванием своих посольств в Пекине. Барон Гро и лорд Эльджин решились последовать их примеру и уступить в этом пункте, после чего мирный договор был подписан 27 июня 1858 года в Тяньцзине, а 4 июля утвержден китайским императором.

По условиям Тяньцзиньского мира европейской торговле были открыты шесть новых портов: Цюаньчжоу и Чаочжоу в провинции Гуандун, Тайнань и Даньшуй на острове Формозе (Тайвань) в провинции Фуцзянь, Дэнчжоу в провинции Шаньдун и Нанкин в провинции Цзянсу. Миссионеры получили право свободно путешествовать внутри Китая. Все иностранцы, обвиняемые в каких бы то ни было преступлениях, должны были передаваться в консульства и быть судимы по собственным законам. Китайское правительство приняло на себя возмещение военных издержек.