Читать онлайн «Опиумные войны. Обзор войн европейцев против Китая в 1840–1842, 1856–1858, 1859 и 1860 годах». Страница 42

Новые переговоры. Отплытие союзных эскадр в Чжилийский залив и атака фортов Дагу в устье реки Байхэ

После взятия Кантона союзные уполномоченные, полагая, что это событие произвело сильное впечатление на Пекинский двор, решили снова вступить с ним в сношения, продолжая вместе с тем занимать этот город гарнизоном. Если бы новые переговоры не привели ни к каким результатам, то уполномоченные намеревались отправиться в Чжилийский залив с целью уже оттуда повлиять на Пекинский двор. Письмо уполномоченных, адресованное первому министру, ставило условием, чтобы китайские комиссары прибыли для ведения переговоров не позже 31 марта 1858 года в город Шанхай, в противном случае враждебные действия должны были возобновиться. Между тем Пекинское правительство, недовольное действиями Е, сменило его, назначив нового вице-короля, столь же враждебного европейцам. В исходе марта оба адмирала сосредоточили свои эскадры в устье Янцзы, оставив часть сухопутных сил под начальством генерала Страубензее для занятия Кантона и несколько судов для наблюдения за Жемчужной рекой.

К назначенному сроку никаких императорских комиссаров в Шанхай не явилось, а потому решено было немедленно отправиться в Чжилийский залив. 19 апреля оба уполномоченных, барон Гро и лорд Элбджин, прибыли к устью Байхэ, где их встретили три мандарина, не имевшие, однако, достаточных полномочий для ведения переговоров, вследствие чего уполномоченные отказались от всяких с ними сношений. Вместе с английским и французским уполномоченными к устью Байхэ прибыли также посланник Соединенных Штатов Рид с фрегатами «Миннесота» (Minnesota) и «Миссисипи» (Missisipi) и наш посланник, граф Путятин (на пароходе «Америка»), вступившие в переговоры с мандаринами, от которых получили, однако, только уклончивые ответы на предъявленные требования. С прибытием большей части судов 25 апреля в устье Байхэ, уполномоченными решено было немедленно прибегнуть к принудительным мерам: сначала блокировать устье реки и овладеть фортами, защищающими вход в нее, а затем двинуться вверх по реке и занять город Тяньцзинь, представляющий собой гавань Пекина.

После обсуждения предложенной задачи адмиралы пришли к заключению, что блокада устья Байхэ не представляет никаких затруднений; взятие же фортов хотя и затруднительно вследствие болотистых берегов реки, но все-таки возможно. Относительно же экспедиции по реке Байхэ к Тяньцзиню они находили, что для этой цели у них слишком мало средств из-за необходимости оставить гарнизон в фортах при устье реки и, кроме того, вследствие отсутствия части канонерских лодок, задержанных противными муссонами при входе в Чжилийский залив.

Эскадрам нельзя было долго оставаться в бездействии, надлежало показать китайским властям, что уполномоченные могут немедленно силой поддержать свои требования. Поэтому двум французским и двум английским канонерским лодкам было приказано, пользуясь высокой водой во время прилива, пройти речной бар и стать против фортов, угрожая им бомбардировкой.

Однако только одной канонерской лодке удалось пройти, три остальные сели на мель и лишь при следующем приливе могли войти в реку и бросить якорь перед фортами. Вслед за тем уполномоченные Англии и Франции объявили, что они требуют для себя свободного проезда на своих судах в Тяньцзинь для переговоров с высшими китайскими сановниками и, как предварительной меры, сдачи фортов при устье Байхэ. На это требование 20 мая 1858 года был получен, как следовало ожидать, весьма неудовлетворительный ответ, вызвавший решение атаковать упомянутые форты. Согласно плану атаки фортов предполагалось обстреливать их артиллерийским огнем с канонерских лодок, после чего штурмовать десантными войсками, разделенными на два отряда.

Шесть канонерских лодок, вошедших в реку, были поровну разбиты на два отряда: один имел целю атаку правого, а второй – левого берега. Огонь по обоим берегам должен был быть открыт одновременно.

Для атаки фортов левого берега с сухого пути предназначался отряд из 457 человек (289 с английской эскадры и 168 с французской), а против фортов правого берега – из 721 человека (371 с английской и 350 с французской эскадр). Всего 1188 человек.

Ключом атакуемой позиции был большой северный форт на правом южном берегу реки, командовавший над всеми остальными фортами этой стороны. Но так как укрепления противоположного берега могли действовать по месту высадки десанта, назначенного для атаки фортов правого берега, то первая атака должна была быть направлена против северной стороны. После их занятия следовало поставить здесь батарею горных единорогов, чтобы воспрепятствовать возвращению неприятеля в оставленные укрепления.

По очищении от китайских войск укреплений левого берега предполагалось перевести десант на противоположный берег для занятия командующего форта с целью облегчить войскам правого берега штурм прочих окопов. Овладев укреплениями обоих берегов реки, десантные отряды должны были сосредоточиться в фортах правого берега, преимущественно в северном, так как остальные форты они занять не могли по причине своей малочисленности. По овладении другими фортами левого берега отряду канонерских лодок, назначенному для их бомбардировки, была поставлена задача не допускать обратного занятия фортов китайцами.

На всех канонерских лодках, долженствовавших обстреливать форты, марсы были заняты лучшими стрелками, действовавшими по орудийной прислуге. За движениями китайских войск следили канонерские лодки, перевозившие десант и имевшие на мачтах особых наблюдателей; эти же лодки предназначались впоследствии для обстрела фортов анфиладным огнем и с тыла, с целью привести в беспорядок защитников укреплений. Им же было приказано бомбардировать деревню Дагу и зажечь ее, чтобы деморализовать китайские войска.

19 мая были сделаны все распоряжения для атаки обоих берегов реки Байхэ, и в 6 часов вечера шесть малых английских канонерских лодок с десантом обеих эскадр, помещенным на них и на буксируемых ими шлюпках, прошли речной бар и встали на якорь несколько ниже фортов. 20 мая утром китайскому главнокомандующему послали предложение сдать форты; в случае отказа атака должна была начаться в 10 часов утра. Для удобства управления и во избежание потери времени на обмен решений оба адмирала подняли свои флаги на английской канонерской лодке «Слэйни». В половине девятого канонерские лодки, назначенные для обстрела фортов, заняли свои места. За ними последовали канонерские лодки с десантом, имея во главе адмиральский корабль.

Как только эскадра тронулась, с обоих берегов был открыт сильный артиллерийский и ружейный огонь, причинивший канонерским лодкам значительный вред, так как корабли проходили 460 сажен на дальнем и 90 сажен на ближнем расстоянии от фортов правого берега.

На этот огонь с эскадры не отвечали ни одним выстрелом, чтобы дымом не затруднить маневрирования судов в узком и извилистом фарватере реки. Десант и команда получили приказание лечь на палубу, и только офицеры, управлявшие движением, стояли на своих местах. Когда эскадра расположилась согласно диспозиции, было отдано приказание открыть огонь со всех судов, назначенных для обстрела фортов. Действие артиллерии союзников на столь близком расстоянии было сильным, к тому же ружейный огонь с марсов быстро выбил орудийную прислугу неприятеля. Спущенные китайцами по течению реки брандеры не причинили никакого вреда канонерским лодкам, так как они с помощью гребных судов были отведены в сторону и посажены на мель. К 11 часам все орудия в укреплениях левого берега замолкли; тогда был высажен десант, снабженный штурмовыми лестницами. Он овладел фортами без сопротивления, ибо гарнизон бежал при одном приближении союзников.

Четверть часа спустя форты правого берега также прекратили огонь, и десантный отряд высаживался свободно. Движение от пункта высадки к фортам чрезвычайно затруднялось свойствами грунта, состоявшего из вязкого речного ила, в который ноги погружались по колено. Едва только штурмующая колонна выбралась из топкого прибрежья, как со стороны деревни Дагу появился китайский отряд силой в 400 человек пехоты, сопровождаемый большим числом маньчжурской конницы. Этот отряд подошел к союзникам на 400 сажен, но меткий штуцерный огонь заставил пехоту отступить и рассеял кавалерию.

В фортах правого берега китайские войска не дожидались удара союзников, а бросились бежать при одном их появлении; лишь отдельные группы маньчжурских солдат, захваченных врасплох, защищались холодным оружием. В 12 часов вся линия фортов на обоих берегах была в руках европейцев: достаточно было двух часов, чтобы овладеть укреплениями, вооруженными 284 орудиями (в том числе 180 большого калибра), действовавшими по канонерским лодкам с самых близких расстояний. В течение всего боя китайские войска проявляли похвальную стойкость под огнем, но от рукопашной схватки уклонялись, бросая свои укрепления при одном виде англо-французов. Потери союзников были, по-видимому, незначительны, точной цифры нигде не приведено, упомянуто только, что во французских войсках убито 4 офицера и 1 тяжело ранен.