Читать онлайн «Подлинная история тамплиеров». Страница 78

О связи часовни Росслин с тамплиерами впервые заговорили с легкой руки Вальтера Скотта, который упомянул лордов Рослина в своей поэме «Песнь последнего менестреля». Тот же автор в наиболее известном своем романе «Айвенго» изобразил храмовника отпетым негодяем.

Истории о тамплиерах в Шотландии, и в особенности в Рослине, появились одновременно с возникновением масонства. В последнее время наибольшее распространение получает версия, согласно которой группа храмовников, спасаясь от инквизиции, прибыла в Шотландию, и семейство Синклеров укрыло беглецов в своем замке. А далее тамплиеры якобы сражались на стороне Роберта Брюса, отплыли в Америку с викингами и хранили как зеницу ока свое сокровище и (или) Святой Грааль.

Не исключено, что в дни гонений на орден некоторые рыцари в самом деле нашли убежище в Шотландии, но доподлинно нам об этом неизвестно, и уж тем более мы не располагаем сколько-нибудь достоверными сведениями о тамплиерах в часовне Росслин. Самые ранние упоминания об этом относятся к девятнадцатому веку. Ни одна из подобных историй не пытается объяснить, каким образом удавалось братьям ордена сохранять свою численность на протяжении веков. Может быть, они обзаводились женами и выращивали маленьких тамплиерчиков? Или преступным образом вербовали в свои ряды новичков из ближайшей округи? Пытливые умы задаются этими вопросами, а потому авторы должны придумывать на них ответы.

Как обычно рождаются легенды? Со случайной встречи, с посещения красивой церкви, с необычной резьбы, напоминающей о какой-то другой, которая, в свою очередь, оживляет в памяти третью, — и воображение начинает свою работу… Искусство, воплощенное в часовне Росслин, остается загадкой. Мы вряд ли когда-либо узнаем, что заставило Уильяма Синклера возвести этот храм и что означали для него эти необычайные украшения. Они фантастичны, они роскошны, они будят воображение. И совсем неудивительно, что эта часовня стала участницей мифов, рожденных западной цивилизацией.

В наши дни в мире существуют тысячи масонских лож с различными для каждой страны обычаями и ритуалами, да и внутри одной страны каждая ложа имеет свои особенности. Столь же многочисленны и версии зарождения общества вольных каменщиков и трактовки его роли в истории. Одна из причин такого многообразия — это миф, созданный масонами восемнадцатого века, согласно которому история общества и его традиций восходит к античным временам. В наши дни эти версии в большинстве своем не признаются соответствующими действительности.

Мифы, созданные самими масонами, а также истории, которые о них рассказывают другие, порождены одной и той же причиной: ложи ревностно охраняют свои тайны и особенно — правила приема новых членов. В девятнадцатом веке один из масонов писал по этому поводу: «Связь с вновь принятыми членами всегда считалась весьма важным элементом в жизни тайных обществ… Масонство занимает заметное место в ряду тайных организаций, увлеченных экзотикой скрытой от непосвященных жизни и секретной деятельности»[448].

Связь современных масонов со старинным ремеслом каменщиков до сих пор не вполне изучена. Обычай людей определенной профессии объединяться в группы для взаимной поддержки существовал еще со времен поздней Римской империи. Такие объединения носили разные имена, но наиболее распространенным названием стало слово «коллегия». Коллегии выполняли как общественные, так и экономические функции. Купеческие коллегии договаривались с правительством о монопольных правах на торговлю определенными товарами. Если эти товары были жизненно важными для государства, соответствующая коллегия получала налоговые и иные льготы. Кроме того, коллегии организовывали празднества в честь божества, покровительствовавшего данному ремеслу.

Членами таких коллегий могли быть не только работники определенной профессии, но и знатные граждане, «которые использовали свое влияние в государстве на благо коллегии в обмен на общественный престиж, сопряженный с титулом покровителя»[449]. Это обстоятельство может пролить свет на дальнейшее развитие масонских лож, в которых практически не осталось собственно каменщиков.

Ко времени правления Константина Великого членство во многих коллегиях, особенно в объединениях пекарей, стало наследственным и обязательным. Коллегии потеряли независимость и попали под контроль государства. Теперь все те выгоды, которые могли бы получить члены этих коллегий, сводились к нулю необходимостью оказывать услуги властям.

У нас почти нет сведений о том, удалось ли коллегиям пережить период вторжения готских и германских племен. С шестого по девятый век большинство городов империи опустели, так что вряд ли в общинах оставалось достаточное количество работников одной профессии, чтобы могла идти речь о создании профессиональных объединений. К тому времени, как они вновь появились на свет, их стали называть германским словом «гильдия» — возможно, однокоренным со словом «gelt», то есть «деньги».

В Средние века гильдии работников одной и той же профессии возникали сначала как похоронные общества. Ткачи, бондари, кожевенники, даже проститутки хотели быть уверенными, что их похоронят по христианскому обряду, над их могилами произнесут молитвы и за упокой их душ отслужат мессы. Со временем такие гильдии стали заниматься и выдачей разрешения на профессию. Были установлены степени мастерства — ученик, подмастерье, мастер.

Каждая гильдия имела святого-покровителя и в день этого святого устраивала пир. Покровителем каменщиков был святой Иоанн Богослов, чей праздник приходится на 27 декабря. Вступая в гильдию, ученик приносил клятву хранить секреты профессии. Кроме того, каменщикам, возможно, присваивали секретный код, чтобы члены гильдии могли узнать друг друга. Дело в том, что люди этой профессии часто переезжали с места на место, работая на строительстве храмов и замков, и мастер, возглавляющий такую стройку, хотел быть уверенным, что нанимает работника должной квалификации. Тайный пароль мог обеспечить такую уверенность. Хотя я не нашла документального подтверждения, что до конца шестнадцатого века среди каменщиков бытовал такой обычай, подобные пароли могли появиться и значительно раньше.

Похоже, что современное масонство немало позаимствовало у шотландских гильдий каменщиков. В Шотландии каменщики не только объединялись в сообщества по своим городам, как это делали их собратья по профессии в иных местах, но и образовывали сплоченные группы в местах временного проживания, «ложах»[450], когда работали на какой-нибудь стройке. В таких ложах между членами устанавливались более тесные связи, чем в обычных гильдиях, где люди проводили вместе только часть времени, а остальное — с семьями и друзьями, принадлежащими к другим профессиям.

В Средние века среди знатных семейств было принято придумывать себе мифические родословные. Они прослеживали свою историю до легендарной Трои, или короля Артура, или святого-покровителя, или даже какого-нибудь демона. Шотландская гильдия каменщиков поступила так же. В результате появились «Древние заповеди» — история возникновения ремесла каменщиков, составленная из библейских текстов, апокрифов и народных сказаний.

Согласно шотландской версии «Древних заповедей», искусству каменщиков, идущему рука об руку с геометрией, положили начало сыновья Ламеха, которые записали секреты своего мастерства на каменных столбах. После Всемирного потопа эти столбы нашел правнук Ноя по имени Гермарий и таким образом открыл для себя тайны ремесла каменщиков, геометрии и других наук. Эти знания он передал строителям Вавилонской башни. Позже Авраам, живший в те времена в Египте, поведал секреты геометрии своему ученику Евклиду, который уехал в Грецию и передал эти знания тамошним жителям. Затем каменщики появились в Иерусалиме, где построили Храм Соломона. По завершении строительства они рассеялись по всему миру. Один из них объявился во Франции и поступил на службу к Карлу Мартеллу, деду Карла Великого. Другой каменщик, святой Альбан, принес свое ремесло в Британию. Со временем британских каменщиков взял под свою опеку принц Эдвин, сын короля англосаксов Ательстана (в других источниках Эдвин не упоминается). Принц так увлекся искусством каменщиков, что те приняли его в свои ряды. Именно этот мифический Эдвин и приказал записать «Древние заповеди».

Другая легенда о строителях Храма Соломона связана с именем Хирама Тирского, главного мастера строителя храмов. Согласно апокрифу «Мудрость Соломона», Хирам руководил строительством храма и самолично воздвиг два медных столба, названных им Иахин и Воаз. Однако Хирама убили другие каменщики, которые пытались заставить его выдать им секреты некоего тайного знака — «Масонского слова». В 1851 году вышло руководство для вольных каменщиков, в котором утверждалось, что основателями масонства были Соломон и Хирам, называемый здесь «царем Тира»[451].