Читать онлайн «История Украины. Научно-популярные очерки». Страница 147

Прага согласилась на передачу Польше Тешинской области (1 тыс. кв. км, 230 тыс. жителей), но переговоры с Венгрией зашли в тупик. Тогда венгерское правительство обратилось к странам, подписавшим Мюнхенское соглашение, с просьбой об арбитраже. Франция и Великобритания устранились от посреднических функций, и арбитрами выступили Германия и Италия. 2 ноября 1938 г. состоялся Венский арбитраж. Чехословацкая Республика обязывалась отдать Венгрии южные районы Словакии и Подкарпатского края. Автономный край потерял Ужгород, Мукачево и Берегово с прилегающими районами, всего 12 тыс. кв. км с населением 172 тыс. человек. Прибывшего в Вену А. Волошина к переговорам не допустили.

А. И. Бродий

А. Волошин

Столицу автономного края пришлось перевести из Ужгорода в Хуст. Сам край был назван Карпатской Украиной. Не теряя времени, украинофилы создали блок под названием «Украинское национальное объединение» (УНО). Административные органы, система образования и издательское дело были переведены на украинский язык. С просьбой о помощи кадрами и материальными средствами Волошин обратился к соотечественникам в Западной Украине, Северной Буковине и к заокеанской украинской диаспоре.

А. Волошин 20 января 1939 г. распустил все политические партии и провел 12 февраля выборы в сейм с участием только УНО. Фактически УНО стало государственной партией, что противоречило демократической чехословацкой конституции. Однако поле Венского арбитража Прага больше не контролировала политические процессы ни в Словакии, ни в Карпатской Украине.

УНО получило на выборах 92 % голосов. Хотя кандидаты выдвигались на безальтернативной основе, каждый избиратель имел возможность высказаться против политического курса, предложенного А. Волошиным. Учитывая высокую явку (на избирательные участки явилось 92,5 % тех, кто был включен в списки для голосования) и количество проголосовавших за список УНО, можно утверждать, что эти выборы стали референдумом, на котором получил одобрение курс Волошина на утверждение национальной государственности.

Однако государственность Карпатской Украины создавалась на весьма зыбкой почве. Ее территория оказалась разменной монетой в сложной дипломатической игре, которую вел А. Гитлер в Европе.

Немецкие дипломаты пустили слух о том, что Третий рейх рассматривает возможность гарантировать независимость Карпатской Украины. В декабре 1938 г. глава английского правительства Д. Ллойд Джордж в разговоре с советским послом И. Майским высказал мысль о том, что план Гитлера состоит в отторжении у Польши Западной Украины, объединении ее с Карпатской Украиной и образовании из этих двух территорий вассального Украинского государства, противостоящего УССР. В эти же дни французский посол в Германии Р. Кулондр сообщил своему правительству о том, что в окружении Гитлера рассматриваются условия, при которых Польша, Румыния и СССР могли бы отказаться от своих украинских земель, чтобы последние объединились вокруг Карпатской Украины в единое государство — сателлит Германии. Эти сведения стали известны наркому иностранных дел СССР М. Литвинову, но последний не смог определить их первоисточник.

Сталин проглотил наживку и в докладе на XVIII съезде ВКП(б) 10 марта 1939 г. высмеял мысль о присоединении УССР с населением в 30 млн человек к Карпатской Украине с населением в 700 тыс. человек. Это убедило Гитлера в том, что СССР не заинтересован в существовании Карпатской Украины как независимого государства. 12 марта верховный правитель Венгрии М. Хорти получил согласие Берлина на аннексию Карпатской Украины. Гитлер стремился сделать Венгрию своей союзницей в предстоящей европейской войне.

14 марта Гитлер заявил о своем решении ликвидировать Чехословакию и создать на территории Чехии имперский протекторат «Богемия и Моравия». Тогда же Словакия, а вслед за ней Карпатская Украина заявили о независимости. 15 марта в Хусте собрался сейм Карпатской Украины. Тайным голосованием А. Волошин был избран президентом. Государственным флагом утверждался национальный сине-желтый флаг. Государственным гербом Карпатской Украины было утверждено соединение двух исторических элементов: краевого герба (с медведем) и национального (трезубец Владимира Великого с крестом на среднем зубе). Государственном гимном объявлялся национальный гимн «Ще не вмерла України і слава, і воля».

В ночь на 15 марта 1939 г. немецкие войска вступили на территорию Чехии, а 40-тысячная венгерская армия начала оккупацию Карпатской Украины. 16 марта венгры вошли в Хуст, а 17 марта защитники новорожденного государства покинули его территорию либо перешли к партизанской борьбе. В боях полегло около 5 тыс. закарпатцев и несколько сотен галичан, которые пришли им на помощь. Образованные с помощью ОУН военизированные отряды Карпатской Сечи (армии автономии) перестали существовать.

В контексте событий конца 30-х гг. XX века под «украинским вопросом» имеется в виду государственная принадлежность украинских этнических территорий, которые охватывали собственно УССР, а также Буковину, Закарпатье, Волынь, Восточную Галицию, Лемковщину, Подляшье, Холмщину. В межвоенный период все они находились соответственно в составе СССР, Румынии, Чехословакии и Польши, имея существенные различия в политическом, социально-экономическом развитии, социокультурной, религиозной, мировоззренческой сферах, традициях и даже языке. С учетом экономического потенциала и географического положения этих земель правители различных государств стремились включить их если не в свои пределы, то хотя бы в сферы влияния.

Позицию правительства Чехословакии во многом определили Мюнхенские соглашения. В октябре 1938 г. Прага предоставила статус автономии так называемой Подкарпатской Рутении. 22 ноября 1938 г. автономию Карпатской Украины официально признал парламент Чехословакии.

В планах создания «Великой Румынии» значительное место отводилось восточным приобретениям за счет земель, на которых проживало значительное число украинцев.

Имея в своем составе Галицию и другие западноукраинские земли, Польша, тем не менее, не оставляла планов поиска путей выхода к Черному морю. Вице-директор политического департамента МВД Польши в беседе с советником германского посольства в Варшаве 18 ноября 1938 г. заявил о согласии Польши «выступить на стороне Германии в походе на Советскую Украину»[440]. В ходе консультаций министра иностранных дел И. Бека с его германским коллегой И. Риббентропом в январе 1939 г. в качестве компенсации за «воссоединение» Данцига с Германией и антисоветскую позицию польского правительства Берлин гарантировал благосклонный нейтралитет относительно восточного вектора политического курса Варшавы. «Я спросил Бека, — удовлетворенно писал Риббентроп, — не отказались ли они от честолюбивых устремлений маршала Пилсудского в этом направлении, то есть претензий на Киев. На это он мне ответил, что они уже были в самом Киеве, эти стремления, несомненно, все еще живы сегодня»[441].

В этой связи представляется важным вывод, сделанный на основе анализа польско-германских отношений В. Ковалем: «Польша одинаково категорически не желала видеть на своей территории ни советских, ни германских войск. Нельзя забывать, что никакого иного приемлемого для большой войны пути к СССР с запада кроме Польши, не существовало. Таким образом, независимо от оторванных от реальности захватнических мечтаний польского министра иностранных дел относительно Украины существование польского государства объективно являлось гарантией безопасности и Украины и всего Союза ССР».

«Украинская карта» занимала место и в дипломатических пасьянсах Лондона. Британская пресса, в том числе лондонская «Экономист», распространяла слухи, что в случае интервенции Англия поддержит Польшу и других соседей Советского Союза[442].

В период «Зимней войны» между СССР и Финляндией западные спецслужбы засылали на территорию Советского Союза агентов из числа украинских эмигрантов, которые собирали информацию о положении в стране, настроениях населения, различные разведданные.

В апреле 1934 г. влиятельной британский журналист Л. Лотон всячески доказывал английским политикам, что «проникновение Германии и Польши в Украину повредит экономическим и стратегическим интересам Великобритании». Л. Лотон настоятельно рекомендовал своему правительству интегрировать украинские земли в систему Западной Европы, исходя из того, что «независимая и автономная Украина необходима для европейского экономического прогресса и мира»[443]. Тогда же в Англии побывал представитель ОУН Е. Ляхович, получивший задание прояснить для британского истеблишмента сущность программных положений ОУН и засвидетельствовать ее готовность сотрудничать с Лондоном.