Читать онлайн «Гробница Тутанхамона». Страница 54

Оба предплечья от локтей до запястий украшены великолепными браслетами, семь штук надеты на правую руку, а шесть - на левую. Они причудливо составлены из скарабеев и ажурных пластинок из карнеола чудесной ювелирной работы. Одни снабжены гибкими обручами из бус, другие - геометрическим орнаментом или узором из цветов с инкрустациями из полудрагоценных камней и многоцветного стекла. Судя по диаметру, они были рассчитаны на очень маленькую руку. Ни один из них не имел характерных особенностей погребальных украшений; очевидно, они когда-то использовались в повседневной жизни.

Каждый палец первоначально был обернут тонкими полосками полотна, а затем заключен в золотой футляр. Указательный и средний пальцы левой руки украшали золотые кольца. На печатке одного из них изображена лунная барка на темно-синем фоне, печатку другого (с указательного пальца) украшает миниатюрная фигурка царя, вырезанная техникой интальо. Царь, преклонив колени, жертвует фигурку бога правды.

На животе мы увидели десять предметов, которые я хочу перечислить в том порядке, в каком они были найдены, начиная с верхнего слоя. Слева в наружных повязках был заложен странный амулет в форме буквы Y. Значение этого амулета остается неясным. Сходный предмет, фигурирующий в «Текстах саркофагов» Среднего царства, носит название «Абт» или «Абед», которое, кажется, обозначает что-то вроде посоха, но поскольку этот символ входит в качестве составной части в иероглифический детерминатив «менх», означающий одежду или полотно, то можно предположить, что он имеет какое-то отношение к повязкам или бинтам мумий, тем более что второй предмет, найденный вместе с ним - овальная метал­лическая пластинка, - тесно связан повязками и должен был закрывать надрез на левом боку мумии, через который бальзамировщик удалял внутренности.

Следующим предметом была эмблема, напоминающая рейсшину. Ее засунули в пелены на левой стороне живота, причем нижний край эмблемы доходил до верхней части левого бедра. Насколько я могу судить, она не имеет параллелей в погребальной утвари, и значение ее нам неизвестно. Охватывая талию и спускаясь обоими концами к бедрам, тянется чеканный золотой пояс, к которому, вероятно, относятся церемониальный передник и кинжал, найденные на бедрах. Затем следовало поясное темно-синее фаянсовое ожерелье, составленное из крошечных бусинок. Оно было вложено в покровы с левой стороны живота, его запоры имели полукруглую форму. Ожерелье должно было иметь особое название, но нам не удалось его найти в иллюстрированных «Текстах саркофагов» Среднего царства. Сделано оно из темно-синего фаянса; возможно, оно предназначалось для замены ожерелья из лазурита, которое могло иметь круглые запоры или плечики в виде головок сокола. На средней части живота был положен золотой обруч вроде кольца, инкрустированный матовым цветным стеклом. Он относится к восьми аналогичным украшениям, различающимся лишь инкрустацией, найденным на мумии, в основном от бедер до колен. Все они имели чисто погребальный характер.

Удалив перечисленные предметы вместе с небольшим количеством прослоек из полотна, пришедших в состояние почти полного разрушения, мы обнаружили другой золотой чеканный пояс, стягивающий талию. Под ним был заложен наискось самый интересный и красивый из кинжалов, рукоятка которого лежала на правой стороне живота, а конец ножен касался верхней части левого бедра. Рукоятка этого восхитительного кинжала орнаментирована светло-желтой золотой зернью, обвита перемежающимися полосками полудрагоценных камней и стекла, выполненными техникой перегородчатой эмали. У основания она завершается великолепным орнаментом из золотых проволочных спиралей с каймой веревочного узо­ра. В отличие от этой рукоятки, лезвие кинжала из золота особой закалки отличается простотой и изяществом форм. Его поверхность ничем не украшена, кроме глубоких желобков, сходящихся у острия и замыкающихся сверху изящно гравированной пальметкой в форме лилии; несколько выше проходит узкий фриз в архаическом геометрическом стиле. Лезвие вложено в богато орнаментированные золотые ножны. Они увенчаны фризом из пальметок, а вся поверхность ножен покрыта орнаментом, имитирующим перья (перегородчатая эмаль). Острие ножен заканчивается головкой шакала, вычеканенной на золоте. Рисунок на оборотной стороне ножен более разнообразен; горельеф на золотой поверхности изображает в высшей степени интересную сцену из жизни диких зверей - намек на то, что кинжал предназначен для охоты. Под фризом из надписей и завитушек изображен лев, нападающий на молодого каменного козла; теленок стремительно несется с охотничьей собакой, вцепившейся в его хвост; леопард, подобрав хвост, прыгнул на каменного козла и схватил его за горло, а лев нападает на этого же козла снизу; скачет бык, на которого бросается собака, и, наконец, представлен стремглав бегущий теленок. Между изысканно очерченными фигурами зверей разбросаны схематизированные растения. Сцена завершается у нижнего края ножен нарядным цветочным орнаментом, в котором, как и во всей декоративной схеме кинжала и ножен, чувствуется родство с Эгейским миром или с островами Средиземного моря. А между тем характер иероглифов царского картуша и короткой надписи «добрый бог, господин доблести Хепрунебра», покрывающей фриз ножен, так же как и общая трактовка рисунка, в частности животных, одновременно и живописная и орнаментальная, - все это в достаточной мере подтверждает, что восхитительный образец художественного ремесла, с которым мы имеем дело, - творение не чужеземца, а египтянина, какому бы влиянию он ни подвергался. В нашем беглом обзоре достаточно будет упомянуть, что острова Средиземноморья в XV в. до н. э. были подчинены египтянам и назывались «Острова посреди моря». Они служили посредствующим звеном между культурой и искусством долины Нила, Малой Азии и Европы.

Пояс, за который был засунут кинжал, сходен по своему типу с первым уже упомянутым образцом, несмотря на различие вырезанных на них узоров. К его пряжке, представлявшей собой пластинку, на которой вычеканен царский картуш, был подвязан передник из двадцати связок фаянсовых и стеклянных бус с золотыми связками в промежутках. Множество бус упало с истлевших нитей, но при помощи фотографий и заметок можно будет восстановить их первоначальное расположение. На спине, в самой середине каждого из этих поясов, выдавался цилиндрический столбик, к которому подвязывался церемониальный хвост, подобный тем, которые мы можем увидеть на изображениях царя. В данном случае привязанные хвосты были действительно найдены под мумией. К несчастью, эти наиболее интересные ритуальные хвосты, оказавшись на самом дне гроба, ниже всех других вещей, потерпели значительный ущерб. Вдавленные в толщу затвердевшей массы сгустившихся благовоний, они напоминали ископаемые останки. Их удалось извлечь при помощи молотка и долота, что оказалось нелегким делом - они были составлены из бус, а один даже из густой сети фаянсового бисера, вплетенного в волокнистую основу. Хвосты повторяли соответствующие принадлежности, найденные Мейсом и Уинлоком в гробнице Сенебтиси. Пояса, передник и хвосты, обнаруженные нами, были сделаны специально для погребения, хотя вряд ли можно сомневаться в том, что они воспроизводили форму образцов, употреблявшихся во время церемоний при жизни царя.

К нижнему слою украшений - трем последним пекторалям и ожерелью из бус, напоминающему нагрудник, надо еще добавить два ювелирных изделия, относящихся фактически к этой группе. Во-первых, пектораль в форме глаза «удж» из блестящего синего фаянса, подвешенный к ожерелью из того же материала и плоских желтых, а также маленьких красных цилиндрических бус. И те и другие были из золота, и ожерелье производило своим блеском почти варварское впечатление. Во-вторых, талию охватывал пояс из густо переплетенных цилиндрических и дисковидных бус, золотых и фаянсовых, которые нам предстояло еще очистить и вновь нанизать. Этот своеобразный сегментированный змеевидный пояс интересен тем, что прекрасно объясняет назначение большого количества бус, бросающихся в глаза среди знаменитых произведений египетского ювелирного искусства времени Среднего царства, открытых в Дашуре и Лахуне. Осмотрев предметы, покрывавшие голову, шею, туловище и руки мумии, посмотрим, что помещалось в ее ногах. Прежде всего, удаляя массу повязок, которыми бальзамировщики обмотали и обвязали бедра, придав мумии традиционную форму, мы обнаружили церемониальный передник. По всей вероятности, он относился к первому чеканному золотому поясу, который мы нашли на талии. Передник был составлен из семи золотых пластинок, инкрустированных многоцветным матовым стеклом и скрепленных каемкой из бус. Этот передник свешивался с нижней части живота до колен. Его размеры и положение соответствовали изображениям костюмов древнеегипетских монархов. Рядом с передником, вдоль правого бедра, был положен исключительно изящный и оригинальный кинжал, вложенный в золотые ножны. Его рукоятка из золотой зерни, перемежающейся обручами цветных камней (перегородчатая эмаль), увенчивалась наконечником из обточенного горного хрусталя. Единственной в своем роде особенностью этого красивого оружия было то, что его лезвие оказалось железным, все еще блестящим и напоминающим сталь!