Читать онлайн «Великая Орда: друзья, враги и наследники». Страница 57

Примерно через два года со времени начала царствования Бориса Годунова, как известно, и начинается период, который официальные историки называют «Смутным временем». Но эти события явились уже продолжением тех, которые были рассмотрены нами в предыдущей главе. Главной целью иезуитов становится ордынец Борис Годунов, как фактический правитель Московии – вначале его иезуиты берут в прицел своей пропаганды, а отравить ордынского царя западникам удастся позже. Вся идеологическая наработка предшествующих десятилетий, после начала тиражирования «легенды о Рюрике» и «западном, христианском происхождении русского государства», позволила объявить «законным кандидатом на трон Московии и единственным наследником престола» (как и объясняют ныне официальные историки), младшего сына Ивана IV, царевича Дмитрия. Притом, как видно, не только «слухи об этом распускались» – шла именно массированная пропагандистская акция с целью дискредитации Бориса Годунова и в целом ордынской династии.

Содержание одного из пропагандистских произведений, направленных на подрыв ордынской династии, на дискредитацию ордынского порядка избрания царей отразилось в следующем: «В одном очень распространенном памфлете 1611 г. рассказывается, как автору его в чудесном видении было поведано, что сам господь укажет, кому владеть российским государством; если же поставят царя по своей воле, «навеки не будет царь» (61, с. 338). (Выделено мной. – Г.Е.). Видимо, основное содержание сего памфлета распространялось еще задолго до Смуты начала XVII века, и было оно одним из элементов западнической пропаганды. Как видно из сути содержания памфлета, его авторами само собой подразумевалось, что «господь укажет, кому быть царем Московии», именно рукой своего «наместника», то есть высокопоставленного священника из католической либо «греческой» церкви. Видимо, пропаганда в определенной мере достигла цели, так как «в продолжение всей Смуты не могли освоиться с мыслью о выборном царе; думали – выборный царь – не царь, что настоящим, законным царем может быть только прирожденный, наследственный государь из потомства Калиты» (там же).

Но, тем не менее, не сразу и не на всех иезуитская пропаганда действовала так эффективно: еще в 1598 году ордынского царя «Бориса Годунова по его избрании духовенство и народ приветствовали как наследственного царя» (61, с. 338). Тем более что ввиду болезни царя Федора и до его кончины царь Борис Годунов фактически правил в Московии уже «семь безмятежных лет» наряду с царем Федором (там же, с. 327).

Новый этап Смуты, как было выше отмечено, проводился по сценарию предыдущего – это достаточно хорошо видно по его результатам. Но в отличие от предыдущего этапа, когда западники, видимо, подготовили и продвинули на престол Московии одного кандидата, молодого царя Ивана, севшего на трон Московии в 1563 году, на данном этапе Смуты, в конце XVI века, как видим, западники подготовили как минимум двоих кандидатов для продвижения в цари. Имена этих воспитанников западников (точнее, иезуитов) нам известны – это царевич Дмитрий («Лжедмитрий») и Михаил Захарьин-Романов, сын боярина-западника Федора Романова.

Проясним кое-что относительно личности «Лжедмитрия». Царевич Дмитрий, скорей всего, был настоящим потомком Калиты и сыном царя Ивана Грозного, царя-ордынца, правившего Московией в 1547–1563 гг., объявленного потом в историографии «чисто русским, христианским царем», «Рюриковичем», то есть, «потомком рабов татар», якобы правившим непрерывно до 1584 года.

Как известно, царевича Дмитрия пропаганда западников объявила «законным кандидатом на трон» – в отличие от «незаконно избранного царя Бориса Годунова». Утверждение о том, что Дмитрий был «единственным потомком законной, царской династии Рюриковичей», видимо, было тоже включено в легенду их пропаганды, но скорей всего, позже. Дмитрий, естественно, имел право занять престол Московии, но он не был «единственным наследником» (кандидатом), так как были тогда, несомненно, и другие потомки ордынских царей – кандидаты на избрание в цари Московии, но их имена до нас дошли не все. Дело в том, что именно царевич Дмитрий был выбран иезуитами и западниками для использования в своей комбинации – видимо, к нему (точнее, к его приближенным и родственникам) сумели «подобраться» и склонить их каким-либо образом на свою сторону.

Таким образом, основным доводом пропаганды западников, агитировавших за свержение царя Бориса и избрание вместо него на царство Дмитрия, была именно «незаконность избрания» Бориса ввиду нарушений и злоупотреблений, допущенных в ходе его избрания: «Пошли слухи, что избрание Бориса на царство было нечистым» (61, с. 327–328). О том, что Борис, вообще-то, имел право занимать престол Московии и править на нем, будучи одним из ордынских лидеров (царей), многие тогда знали, поэтому антиордынская пропаганда особо и не акцентировала поначалу тезис о якобы «нарушении Борисом Годуновым наследственного права царевича Дмитрия на престол».

Как видно, убийство царевича Дмитрия инсценировали (как и излагается в легенде – убив другого мальчика, «подставного»). Вначале распустили слухи о предстоящем убийстве царевича, его мать и родственников, видимо, уговорили скрыть царевича у Романовых, затем в монастыре, а после уже переправить на Запад. Естественно, все это время шла обработка «живого знамени» в западническом духе Романовыми-Захарьиными и их сообщниками, так как именно Романовы после «спасения» Дмитрия взяли его на воспитание.

Позже, после выполнения первого этапа всего задуманного по свержению ордынской власти в Московии, то есть после захвата Москвы западниками, Дмитрий был, как известно, объявлен самозванцем и уничтожен, видимо, в связи с тем, что начал проявлять самостоятельность, совершенно ненужную организаторам его прихода на трон. Но, скорее всего, все шло по задуманному сценарию, и престол должен был в конце этой стратегической комбинации занять именно представитель рода Захарьиных-Романовых.

Относительно нелепости версии о «самозванстве» Дмитрия: имеется достаточно сведений о том, что «с самого начала борьбы Дмитрия за престол, все, кто его видел, признавали в нем царевича» (81, с. 231). Это «и польские аристократы, и польский король, и русские бояре, и крупные стечения народа в Путивле и других городах, и, наконец, его собственная мать – царица Мария Нагая… [61], [3]» (там же), (29), (98). (Выделено мной. – Г.Е.). Но главное, этот царевич Дмитрий также, как и молодой царь Иван, вступивший на престол в 1563 году и выражавший интересы западников-антиордынцев в ходе первого этапа Смуты (см. выше), был воспитанником Романовых.

Многое говорит о том, что «убийство царевича Дмитрия» в Угличе в 1591 году было умелой инсценировкой, и известная легенда о «чудесном спасении царевича Дмитрия от убийц Бориса» имела под собой реальную почву. Вспомним, что «иезуиты могли подстроить любое убийство», могли они, естественно, и убийство царевича инсценировать, на самом деле подменив жертву – как и излагается в легенде-слухе. Для профессионалов тайной войны, видимо, труда не составило подкупить или запугать опекунов и мать маленького царевича или иным путем найти к ним соответствующий подход. Вспомним, что слухи о возможном убийстве царевича «со стороны близких к престолу людей» начали распространяться задолго до его совершения, а затем, в 1591 году, «толки оправдались» (61, с. 326–327).

Понятно, что информацию о «спасении» царевича «слили» позже, по необходимости. Вначале распространяли слухи только о возможном убийстве царевича близкими к престолу лицами, прямо не указывая на возможного убийцу. Затем, после «убийства», распространялись слухи, что это дело рук Бориса Годунова. Много позже, когда Дмитрий находился уже в Польше, и готовилось вторжение в Московию, агенты иезуитов и западников начали распускать слухи о «чудесном спасении царевича – законного претендента на престол, от наемных убийц Бориса Годунова».

Но узнаем кое-что еще: в самом начале 1590-х годов «спасенный от наемных убийц» Дмитрий «ребенком был взят в семью бояр Романовых» (29, с. 95). У Романовых Дмитрий живет уже инкогнито, под псевдонимом «Григорий» – так сказать, укрыли от злодея Бориса – но в этом вовсе не было нужды, как увидим чуть ниже, – остался очередной смешной ляпсус в построениях западников.

Но пока о серьезном. Видимо, именно Романовы, воспитатели Дмитрия, позаботились о том, чтобы «в его сознании с детства была укреплена вера в его царское происхождение» (29). И, само собой разумеется, позаботились Романовы-западники, чтобы в сознании Дмитрия закрепилось также и мировоззрение, соответствующее его будущей миссии борца против царя Бориса Годунова и против ордынской системы власти в целом. Затем Дмитрий был «передан на воспитание в один из монастырей, где получил хорошее образование и стал послушником, а затем патриархом Иовом был посвящен в дьякона. «Дмитрий» не только переписывал книги, но и сочинял святые каноны, лучше многих книжников того времени. Патриарх Иов взял его к себе для книжного дела» (там же).