Читать онлайн «Империя тюрков. Великая цивилизация». Страница 265

Параллельно этой управленческой структуре существовал институт мусульманства, состоявший только из лиц, рожденных мусульманами. Судьи и юристы, богословы, священники, профессора – они составляли в качестве хранителей традиций и исполнителей священного закона ислама, улемов, то сословие ученых мужей, которое несло ответственность за поддержание всей структуры просвещения, религии и закона на всей территории империи.

Османская империя, захватив территории, которые в начале века были преимущественно христианскими, с тех пор необычайно расширила свои просторы благодаря широким завоеваниям в Азии, включая такие города былого исламского халифата, как Дамаск, Багдад, Каир, наряду с протекторатом над священными городами Меккой и Мединой. Четыре пятых всего населения империи – которое к концу правления Сулеймана насчитывало пятнадцать миллионов человек и состояло из представителей двадцати одной национальности, находившихся под управлением двадцати одного правительства, – были теперь жителями азиатской ее части.

Сулейман одновременно был покровителем исламского мира, защитником его веры и защитником, истолкователем и исполнителем его священного закона. Весь мусульманский мир смотрел на Сулеймана, и тот проявил себя в полной мере законодателем.

Сулейман поручил подготовку свода законов обладавшему глубокими знаниями судье мулле Ибрагиму из Алеппо. Получившийся в результате его трудов кодекс, причудливо названный им из-за океанических размеров последнего «Мултека-уль-усер», «Слияние морей», оставался реально действующим вплоть до законодательных реформ двадцатого столетия.

Введенная Сулейманом система налогообложения охватывала практически все стороны человеческой деятельности.

Его «Канун Райя», или «Кодекс Райя», регулировал налогообложение десятины и подушевой налог, делая эти налоги одновременно и более обременительными, и более продуктивными, поднимая с уровня крепостного права, или крепостной зависимости, до статуса, приближавшегося в османских условиях к статусу европейского арендатора с фиксированными правами.

Были введены налоги на многие виды продукции, животных, рудники, торговую прибыль, а также в форме экспортных и импортных пошлин. Помимо налогообложения ощутимым источником доходов для государства была конфискация имущества высокопоставленных чиновников и других состоятельных частных лиц, впавших в немилость. Военные кампании Сулеймана с избытком покрывали первоначальные затраты на них, пополняя имперскую казну за счет военной добычи из покоренных провинций и дани вассальных христианских государств.

В финансовом отношении Османская империя становилась все более процветающей. Доходы Сулеймана, собираемые главным образом с собственных владений султана и в виде налогов на землю его подданных, вероятно, превышали доходы любого из современных ему христианских правителей. Это были доходы, которые быстро росли по мере процветания правления Сулеймана.

Сулейман развил систему образовательной подготовки мусульманского духовенства, школы которого по-прежнему финансировались религиозными фондами и функционировали при мечетях. Они давали мальчикам-мусульманам образование, которое в основном было свободным и, сверх того, значительно более обширным, чем любое образование, доступное в то время в христианских странах.

Колледжи предлагали курсы из десяти предметов, основывавшихся на либеральных гуманитарных науках Запада – грамматике, синтаксисе, логике, метафизике, философии, географии, стилистике, геометрии, астрономии и астрологии. Существовали также высшие медресе, правовые школы университетского уровня, большинство выпускников которых становились имамами или учителями.

Сулейман в великолепии этого «золотого века» был одновременно султаном-халифом и великим сеньором в традициях европейского Ренессанса. Умело соединяя священное величие восточного мира с королевской роскошью западного, султан стремился превратить Стамбул в столицу, достойную в своем архитектурном великолепии лучших городов цветущей цивилизации XVI в. При Сулеймане произошел полный расцвет того архитектурного стиля, который первым из византийской школы сумел извлечь Мехмед Завоеватель и который в осязаемой форме восславил ислам и распространение его цивилизации по миру, в котором до того времени преобладающую роль играло христианство.

Явившись связующим звеном между двумя контрастными цивилизациями, этот новый восточный архитектурный стиль благодаря таланту выдающихся архитекторов достиг своего пика.

В области литературы все еще преобладало культурное влияние Ирана.

Под активным патронажем султана классическая османская поэзия в персидских традициях достигла настолько высокой степени совершенства, какой не было никогда ранее. Сулейман ввел официальный пост имперского ритмического хроникера, вид османского поэта-лауреата, обязанностью которого было отражать текущие события в стихотворной форме в подражание манере Фирдоуси и других персидских хроникеров исторических событий.

Сулейман привнес в восточную цивилизацию новые черты великолепия, поэтому он не случайно был назван Западом Великолепным.

Ежедневная жизнь Сулеймана во дворце – от утреннего выхода до вечернего приема – следовала ритуалу, сравнимому в его детальной точности с ритуалом французских королей в Версале.

Большая часть его дня была занята официальными аудиенциями и консультациями с чиновниками. Но когда не было заседаний дивана, он мог посвящать свое время досугу, возможно, читая Книгу Александра – легендарный отчет персидского писателя о подвигах великого завоевателя, или изучая религиозные и философские труды, или слушая музыку и т. п.

Еда для его трех трапез на протяжении дня подносилась длинной процессией пажей, чтобы быть съеденной в одиночестве с превосходных фарфоровых и серебряных блюд, расставлявшихся на низком серебряном столике, с подслащенной и ароматизированной водой (изредка вином) для питья, в присутствии стоящего рядом доктора в качестве меры предосторожности от возможного отравления.

Спал султан на трех малинового цвета бархатных матрацах – один из пуха и два из хлопка, – покрытых простынями из дорогой тонкой ткани, а в зимнее время – завернувшись в мягчайший соболий мех или мех черной лисицы с головой, покоящейся на двух зеленого цвета подушках с витым орнаментом. Над его кушеткой возвышался золоченый балдахин, а вокруг – четыре высоких восковых свечи на серебряных подсвечниках, при которых на протяжении всей ночи находились четыре вооруженных стража, гасившие свечи с той стороны, в которую мог повернуться султан, и охранявшие его до пробуждения.

Его развлечения на публике оправдывали его славу поклонника великолепия. К примеру, стремясь отвлечь внимание от своего первого поражения под Веной, он летом 1530 г. отметил день обрезания пятерых своих сыновей, празднества длились три недели.

Именно тогда, присутствуя на этих, потрясающих своей роскошью торжествах, один из венецианских посланников так описал Сулеймана I: «Ему 32 года, у него смертельно бледное лицо с орлиным носом, длинная шея; без внешних признаков физической силы, обладает, как я заметил, когда целовал ее, крепкой рукой, и утверждают, что он способен натянуть лук, как никто другой. По натуре он меланхолик, большой поклонник женщин, либерал, исполнен гордости, вспыльчив и все же временами очень мягкий человек».

Двор Сулеймана имел большое дипломатическое значение. В начале правления Сулеймана единственными представителями Запада были венецианцы. Время шло, и венецианцев дополняли представители разных держав, которые вели, в том числе для Запада, записи своих собственных наблюдений об Османском государстве. Выдающимся среди них был де Бусбек, выходец из фламандской знати, который с 1554 г. являлся послом Карла V в Стамбуле и который смог оценить цивилизованные аспекты этого незнакомого мира Востока.

Эпоха Сулеймана – одна из великих вершин в истории мировой цивилизации. Согласно законам истории, за периодом расцвета следует период заката, поэтому попробуем разобраться, когда же появились первые признаки упадка Османской империи.

Итак, царствование Сулеймана I знаменует апогей Османов. Это считается безапелляционной точкой зрения. Его походы, почти всегда успешные, были самыми славными страницами в истории империи. Он провел не менее 13 кампаний – 10 в Европе и 3 в Азии, – в которые водил иногда и более двухсот тысяч солдат с сотнями пушек. Он взял Багдад и захватил Иран, Белград, Буду и Венгрию, которая стала турецкой на 150 лет после блистательной победы при Мохаче над Людвигом II. В 1529 г. султан впервые осадил Вену. Корсары, обращенные в ислам, братья Барбароссы, а вслед за ними целый сонм ренегатов разных мастей обеспечили Османам абсолютный контроль над Средиземным морем и создали свои базы в Алжире, Тунисе, Джерба, Триполи, Адене. Барбаросса основал в Северной Африке царство, которое угрожало христианскому миру. Сулейман назначил его главнокомандующим всеми военно-морскими силами Османской империи и за несколько месяцев построил для него самый мощный флот, какой только существовал в мире.