Читать онлайн «Балтийские славяне. От Рерика до Старигарда». Страница 63

Страдания гамбургских мучеников:

Отпадение славян к северу от Эльбы при Людвиге I и преследование ими христиан. Военный поход войск Людвига II или I к границе саксов и славян и заключение им мира со славянами. Нарушение славянами договора о мире, убийство и пленение ими большого числа христиан, убийство и разграбление их имущества в подконтрольном славянскому правителю Баруху городе Гамбург. Увод части христианских пленников из Гамбурга в Старгард и неожиданное их освобождение королём язычников, после чудесных знамений и нашедших на язычников бедствий, после чего в Гамбурге вновь было восстановлено христианство.

Привлечение Гамбургского «Сказания» позволяет снять противоречия сообщений разных Франкских анналов, а сам ход событий в этом случае можно попытаться восстановить следующим образом.

С 817 года ободриты сохраняли союзнические отношения с данами против франков, и, нередко поднимая восстания, старались действовать против превышающих сил противника совместно с данами. Следующее, после Славомира, восстание, объединившись с данами, поднял сын Дражко, Чедраг. В 844 году ФА сообщают, что причиной похода Людвига II на ободритов стало «замышление ими измены», в чём также можно усмотреть указание на попытку союза с данами (для сравнения – свержение франками Чедрага в 821 году Франкские анналы также объясняют замышлением им измены и заключением союза с данами). После убийства Гостомысла в 844 году, у власти над ободритами франками был утверждён некий «герцог» (ФА). Но уже в 845 году ободриты снова восстали, разоряя Нордальбингию и, по всей видимости, подвергнув гонениям какое-то христианское население этих мест. Саксов-христиан в Нордальбингии в это время едва ли могло быть очень много, ведь только в 804 году они были полностью депортированы отсюда самими франками. Начало последующего заселения Нордальбингии христианами, можно отнести к основанию франками крепости Эссефельд и помещении там гарнизона в 809 году. Следующими этапами стали изгнание славян из Дельбенде и основание немецкого Гамбурга. Скорее всего, в этих двух крепостях и сопутствовавших им открытых поселениях, тогда и было сконцентрировано христианское немецкое население – оставшиеся нордальбинги, фризские купцы, франкские воины и миссионеры. Начало наиболее активного повторного заселения саксами Нордальбингии можно предположить в после создания в Гамбурге епископства в 832/834 гг. или незадолго до этого. Как это чётко подметил ещё Адам, Гамбург был создан франками на южной окраине Нордальбингии, на границе со славянами, именно с целью последующей христианизации всех лежащих севернее Эльбы земель – Нордальбингии, ободритского королевства,

Дании и даже Швеции, куда незадолго до этого состоялась миссия Ансгария:

«Проведя со священниками генеральный собор, благочестивый цезарь [Людвиг I], желая исполнить волю родителя, сделал Гамбург, город трансальбианов, столицей всех варварских народов – данов, шведов, а также славян и прочих живущих окрест племён, и велел рукоположить первым архиепископом этой кафедры Анскария» (Адам, I, 16(18)).

Такое положение вещей едва ли могло устраивать ободритов, с 817 года видевших в этих действиях франков покушение на свои законные (перешедшие им по праву войны 798 года) земли и прямую угрозу для себя. Археология датирует славянский слой в древнейшей крепости Гаммабурга как раз первой половиной или началом IX века (Schmidt-Hecklau 2002, S. 316), что вполне хорошо объясняет и очевидно тождественные упоминания «славянского города» и Гаммабурга в 845 году: ещё в первой трети IX века Гамбург должен был принадлежать и быть заселён славянами. Он был отнят у них саксами незадолго до описываемых событий, после чего город был превращён в форпост христианизации областей к северу от Эльбы. Потому, вполне естественно, что Гамбург неизбежно должен был стать одной из первых целей агрессии славянских восстаний 844 и 845 гг. – как это будет показано далее, он становился такой целью и был разрушаем ободритами и при каждом последующем их языческом восстании. Судя по тому, что Гостомысл назван Франкскими анналами королём ободритов, а поставленный франками на его место преемник – всего лишь герцогом, можно предположить, что этот преемник не был его прямым наследником. Возможно, именно это обстоятельство – лишение франками власти законного наследника Гостомысла, короля ободритов – и привело к новому восстанию славян уже в следующем 845 году и заключению их в очередной раз союза с данами (для сравнения, в 817 году союз Славомира с данами и восстание его против франков также было спровоцировано утверждением франками у власти своего ставленника – Чедрага). Гонения на христиан в Нордальбингии могли начаться в 845 году, немногим раньше разрушения Гамбурга. Для самого же захвата Гамбурга славяне, очевидно, не имея после прошлогоднего поражения от франков достаточно собственных сил, объединились с данами. Хорик I, которого в этом случае должна была прельщать добыча в богатом христианском городе, в том числе и драгоценные церковные реликвии, об утрате которых так сожалел впоследствии Римберт, прислал по Эльбе флот и захватил город. Из БА и гамбургского «Сказания» можно предположить, что в Гамбурге в это же время должен был закрепиться славянский языческий правитель, однако сложно сказать, когда именно город должен был перейти к славянам. Это могло произойти как непосредственно после ухода датского флота, так и само разорение Гамбурга в 845 году могло быть совершено совместными силами данов и славян. Возможно, после разорения Гамбурга и ухода датского флота, для охраны захваченных пленников ободритами здесь был размещён небольшой гарнизон, как и сам предводитель восстания должен был оставаться здесь. Не совсем понятно, был ли поход Людвига II реакцией на разрушение Гамбурга, или же этот поход был спланирован им уже ранее, после начала славянского восстания к северу от Эльбы и потому его войска уже находились в готовности. Так или иначе, но защитить Гамбург Людвиг II не успел, опоздав, впрочем, совсем ненадолго, так, что ещё застал уходящий из Гамбурга датский флот где-то чуть ниже по течению Эльбы, в самом её устье. Разъединение войск данов и ободритов должно было быть ему очень на руку, потому как разбив данов, он без какой-либо долгой осады или значительной битвы на обратном пути отвоевал и оставшийся за славянами Гамбург, заставив подчиниться и, видимо, даже принять христианство мятежного ободритского короля.

Реконструкция нападения на Гамбург в 845 году:1) разорение Нордальбингии и нападение на Гамбург славян по суше; 2) нападение датского флота по Эльбе; 3) ответное выступление саксонского войска под предводительством Людвига II

Самими немногими спасёнными при освобождении Гамбурга Людвигом II христианами, уже успевшими попасть в рабство и видевшими разорение города и смерть большинства других жителей, как и симптомы эпидемии у своих мучителей, это чудесное спасение могло быть воспринято как посланное христианским Богом чудо, в результате чего эта история, приняв религиозный контекст, распространилась по тогдашнему христианскому миру Франкской империи. Уже вскоре, возможно, передаваясь с разбредшимися из опустевшего Гамбурга христианами или священнослужителями, она должна была стать известна и в Ксантенской церкви, где и была записана как притча о жестокой каре, постигшей поработивших христиан язычников и чуде, сотворённом христианским Богом, в результате которого король язычников отпустил пленников. В таком случае, король язычников Рорик из КА должен был быть тождественен языческому славянскому правителю Баруху, принявшему христианство и освободившему христиан из Гамбурга после похода на него Людвига II.

Наиболее долгое сохранение этого предания в Гамбурге было вполне естественным – как и в Эбсторфе, легенда о мучениках стала здесь гордостью местной христианской общины, наряду с пребыванием в городе папы Бенедикта. Поздняя её фиксация лишь на рубеже XIV–XV вв., то есть через целых 5–6 столетий, способствовала наслоению на неё многих более поздних популярных в церковных кругах сюжетов. Долгое пребывание в виде устном виде, как и многочисленные переписи «Сказания» до XIV века, могли привести к замене и к фонетическим искажениям славянских слов. Этим может объясняться не соответствие имен Roric/Baruch (впрочем, не большее, чем в возможном Cruto/Baruth). Оба имени имеют по два слога и фонетически звучат достаточно схоже, что делает возможным восхождение их обоих к третьей форме, бывшей настоящим славянским именем захватившего Гамбург славянского правителя. Путаница могла возникнуть и в результате неточной записи. Описки в плохо выведенных рукописных латинских R и B вполне возможны, не менее известна и передача одного и того же звука в латинской транскрипции как через с, так и ch (к примеру, в БА Рорик записывался и как Roric, и как Rorich). Если же «королю язычников Рорику» был тождественен не Барух, а не названный «Сказанием» Старигардский правитель, то это сняло бы и фонетические противоречия. Как уже было отмечено выше, в Сказании прослеживается 2 или 3 сюжета славянского или гамбургского церковного происхождения: 1) сюжет о князе Барухе и походе войск Людвига II на Гамбург; 2) сюжет о 60 гамбургских мучениках с вырезанными на головах крестами 3) сюжет о знамениях королю язычников в Старигарде и чудесном освобождении христианских пленников.