Читать онлайн «Балтийские славяне. От Рерика до Старигарда». Страница 61

Обратим внимание на то, какие ссылки на получение информации о гамбургских/старигардских мучениках дают сами хронисты. Адам начинает своё повествование с сообщения о том, что историю о 60 убитых в Старигарде священниках ему поведал датский король: «Король данов, которого мы ещё долго будем поминать и который сохранил в памяти все деяния варваров, так, словно они были записаны, рассказал нам о том, что произошло с христианами в Ольденбурге…». Однако из замечания, помещённого им в конце рассказа о мучениках, можно сделать вывод, что эту историю он знал и раньше, а датский король в разговоре лишь подтвердил ему эту информацию: «Рассказывают о многих событиях такого рода, которые случились тогда в разных славянских областях и за недостатком сказителей почитаются ныне сказками. Когда же я продолжал спрашивать о них короля, он сказал: “Сын мой! Перестань! У нас в Дании, да и в земле славян так много мучеников, что едва ли можно вписать их имена в одну книгу”».

Таким образом, уже во времена Адама существовали и были широко известны устные предания о мученичестве христиан в славянских землях. Уже в XI веке они подвергались сомнению, потому, когда Адаму выдался случай поговорить об этом с датским королём Свеном Эстридсеном, которому он доверял и которого считал знатоком старины, он расспросил его об этом. Скорее всего, ссылку на слова датского короля Адам и помещает в своём тексте только для того, чтобы доказать словами независимого и, на его взгляд, достоверного источника правдивость преданий о мучениках, рассказывавшихся в его время устно. Не менее интересен в этом плане и Гельмольд. Как уже отмечалось в главе о названии ободритов, значительная часть его хроники переписана из хроники Адама, но при этом, этот источник характерен тем, что переписка текста производилась им не бездумно, а подвергалась критической правке. Собственно, во многом его хроника является «улучшенной», «отредактированной» и дополненной хроникой Адама, с учётом произошедших за это время изменений.

Переписав данный отрывок Адама практически дословно, Гельмольд вполне естественно убрал оттуда ссылку на разговор и прямую речь Свена Эстридсена, видимо, не решившись приписать себе этот диалог. Он исправляет фразу, изменяя источник информации Адама (Король данов, которого мы ещё долго будем поминать и который сохранил в памяти все деяния варваров) на свой источник информации (Старцы славянские, которые хранят в памяти все деяния язычников. рассказывают). Таким образом, имеется указание на существование устных преданий о христианских мучениках в Гамбурге/Старигарде и во времена Гельмольда (XII век). Источник этот крайне ценен: если из сообщения Адама не было ясно. кто именно передавал устные предания о гамбургских/старигардских мучениках и можно было бы скорее подумать на саксов-христиан или церковных служителей Гамбургского диоцеза, то Гельмольд называет источником славянские предания. Далее стоит обратить внимание на наименование города языческого короля в «Сказании» его славянской формой Старгард. Как уже было отмечено выше. такая форма известна только у Гельмольда. причём. он также называет её лишь единожды и в другом месте:

«Альденбург – это то же, что на славянском языке Старигард, то есть старый город. Расположенный, как говорят, в земле вагров, в западной части [побережья] Балтийского моря, он является пределом Славии. Этот город, или провинция, был некогда населен храбрейшими мужами, так как, находясь во главе Славии, имел соседями народы данов и саксов, и [всегда] все воины или сам первым начинал или принимал их на себя со стороны других, их начинавших. Говорят. в нем иногда бывали такие князья. которые простирали свое господство на [земли] ободритов. хижан и тех. которые живут еще дальше» (выделено автором) (Гельмольд. I. 12).

Стоит задаться вопросом – для чего. собственно. Гельмольд. вставил сюда это замечание о славянском названии города? Уже во времена Адама немцами повсеместно употреблялась его немецкая форма. Она же должна была быть наиболее известной и повсеместно употребляемой и во времена Гельмольда. Единственное упоминание её в этом месте, возможно, объясняется тем, что такая форма была в использованном Гельмольдом для написания конкретно этого отрывка источнике. В этом плане Гель-мольд кажется даже несколько предсказуемым, так как подобная же ситуация прослеживается и в других его упоминаниях Старигарда/Альденбурга. В тех местах, где информация об этом городе переписана им из хроники Адама, в которой применялась его немецкая форма Альденбург, эту форму он и оставляет, не делая никаких комментариев или попыток её заменить. Так же и в тех местах, где упоминания Старигарда принадлежат его авторству и восходят к его собственным наблюдениям и знаниям, он называет его привычной немецкой формой Альденбург. Но в рассказе Гельмольда о чудесных знамениях, явившихся незадолго до славянского нападения датскому священнику, после краткого упоминания об ответном походе Христофора, сына датского короля Вальдемара, на Вагрию, он вставляет в рассказ любопытный комментарий: «Христофор, с тысячью, как говорят, панцирников пришел в Альденбург, который по-дански называется Бранденхуз, и они поразили его приморскую часть» (Гельмольд, II, 13). Так как упоминание о походе Христофора оставлено в контексте рассказа Гельмольда о не виденном им лично случившемся в Дании христианском чуде, а сам он при этом ссылается на устный источник информации, можно предположить, что вся информация из этого отрывка должна была быть получена от человека, прибывшего из Дании. Скорее всего, в рассказе о чудесных знамениях в Дании, датский информатор употреблял и датскую форму названия столицы Вагрии. Гельмольд же, записывая этот рассказ в свою хронику, просто перевёл не знакомую и неупотребляемую в Германии датскую форму Бранденхуз на привычную немецкую Альденбург, чтобы читатель понял, о чём речь. Другими словами, хотя он и ставит датское название города на второе место, после немецкого, в исходной версии услышанного им рассказа она должна была стоять на первом. Можно предположить, что то же самое имело место и в отрывке I, 12, где Гельмольд точно так же ссылается на устный источник и по такой же схеме ставит малоизвестное и неупотребляемое немцами славянское название города на второе место, после привычной немецкой формы Альденбург. Сама передаваемая Гельмольдом вместе со славянской формой названия города информация при этом не менее специфична, чем и в случае чуда в датской церкви – речь идёт о былом величии старигардских князей, о пике их могущества в далёком прошлом. Историческая возможность для главенства старигардских князей над мекленбургскими имеется лишь во времена до середины X века. Во второй половине X века сообщается о традиционной вражде старигардских и мекленбургских князей, после чего с немецкой помощью Старигард был захвачен, а мекленбургские князья утвердились в качестве правителей всех ободритских земель. То есть об этих старигардских князьях, правивших некогда всеми ободритскими землями, и многими другими далее на восток, не могло быть очевидцев среди современников Гельмольда. Учитывая, услышанный Гельмольдом устный рассказ о глубокой древности Вагрии возвеличивал при этом её славянских языческих правителей, источник информации, скорее всего, был славянским. Я бы предположил, что устные рассказы о величественном прошлом древних старгардских князей, из которых

Гельмольд почерпнул и славянскую форму названия города, как раз и были теми самыми «рассказами славянских старцев, хранящих в своей памяти все деяния язычников», на которые ссылался Гельмольд в рассказе о гамбургских/старигардских мучениках. Другими словами, оба сюжета, где Гельмольд ссылается на устный источник – о некогда могущественных старигардских князьях вместе со славянской формой названия города, как и рассказ о гамбургских/ ольденбургских мучениках, могли быть известны ему из ещё сохранявшихся в его время эпических преданий самих ободритов, хотя, в последнем случае, он и предпочёл попросту переписать рассказ о мучениках из хроники своего предшественника, а не пересказывать его заново своими словами. За независимость «Сказания» от хроники Гельмольда и восхождение обоих сюжетов к одному источнику может говорить и упоминание в «Сказании», наряду со Старигардом других славянских городов – Штеттина или Данцига. Сообщение «Сказания» о военном союзе славянских городов от Гамбурга до Штеттина или Данцига, также достаточно созвучно упоминанию из отрывка Гельмольда о том, что власть старигардских князей некогда простиралась на славянские земли восточнее Пены, но не восходит к нему напрямую. Также и имя языческого божества Свентебук неизвестно по другим источникам, но явно славянского происхождения и имеет прямые параллели в достоверных именах богов балтийских славян – Zuante-with, Zcerne-boch[9], что также может указывать на славянские предания в качестве источника.