Читать онлайн «Общий ход всемирной истории (Очерки главнейших исторических эпох)». Страница 82

единоверцев, византийских греков и балканских славян, Русь географически была отрезана. Последовало затем завоевание самой Руси татарами, падение юго-славянских царств, и в ту же эпоху на западных границах Руси образовалось большое Польско-литовское государство, сделавшееся в конце средних веков наиболее обширной, могущественной и образованной славянской державой. Условия общей истории славянского племени сложились таким образом, что в новую историю в качестве вполне самостоятельных государств вступили только Польша и Россия, из которых одна представляла собою западную культуру, другая - восточную, одна в культурном отношении примыкала к прогрессировавшему в то время романо-германскому миру, другая сделалась после завоевания Константинополя турками единственным христианским государством на Востоке, притом только что еще покончившим свои счеты с татарским игом. Несмотря на такие неблагоприятные условия, Россия в новое время достигает важных исторических результатов в борьбе с враждебными ей силами, и образование в XVIII в. Российской империи является одним из важнейших в указанном столетии событий.

Порядок экономического и культурного развития в Западной и в Восточной Европе

Как часть славянского мира в Европе, Россия во многих отношениях разделяла и разделяет судьбы этого мира, благодаря общему его географическому положению. Если сосредоточить свое внимание лишь на той части Европы, которая по отношению к странам античной цивилизации лежала по ту сторону Рейна, Дуная и Черного моря, то можно установить, что в общем на этой громадной территории приобщение отдельных стран к исторической жизни шло с запада на восток. Если бы не было великого водного пути "из варяг в греки", как проводника византийской культуры, и культура шла бы сюда только с романского запада через Германию, по всей вероятности, русская история началась бы еще позже, может быть, позже того, как вошли в состав

исторического мира страны к югу от Балтийского моря и та территория, где возникло первоначальное государство Литовское, т. е. после германизации полабских и поморских славян, образования духовно-рыцарских орденов на Балтийском море, возникновения Ганзейского союза и расширения границ Польского государства к востоку. Во всяком случае, когда великий водный путь Восточно-Европейской равнины утратил свое значение, культурное движение в северовосточной Европе за рейнско-дунайской линией шло главным образом с запада на восток, не встречая уже на своем пути другого аналогичного потока, который шел бы с юга, из Византии, да и сама Византия впоследствии исчезла. Общее направление культурного движения с запада на восток, от романских народов к германским и от германских к славянским объясняется, конечно, не из племенных, или расовых, что ли, свойств этих народов, т. е. не из прирожденных их особенностей, а из условий географических, условий климата, почвы и т. п. На долю славянских народов достались места, гораздо менее благоприятные для экономического их развития, которое тем раньше начиналось и тем быстрее совершалось, чем западнее оно происходило, а от экономического развития, от материального быта зависит и культурное, и политическое развитие. Примерной иллюстрацией этого общего явления может служить вот какое историческое наблюдение.

На известных ступенях экономической эволюции большая часть европейских народов переживала стадию крепостничества, т. е. закрепощения земледельческой, или крестьянской массы. Эта социально-экономическая форма характеризует эпохи замкнутого, натурального хозяйства при распадении общества на землевладельческую и служилую знать и подневольную народную массу. Романские страны вступили в средневековую историю именно с такою формою сельских отношений в виде римского колоната, который и был основою средневекового серважа. Прикрепление крестьян к земле и подчинение сельской массы вообще власти крупных землевладельцев существовали и в Византийской империи, где только законодательство императоров

иконоборцев начало подкапывать крепостной строй сельской жизни. У "варваров", вступивших в общую историческую жизнь в первой половине средних веков, в основе социальной организации лежали сельские общины, состоявшие из свободного крестьянства, и процесс закрепощения начался у них позднее. Вот мы и наблюдаем, следя за тем, как устанавливались крепостные отношения в средневековой Европе, что распространение этой формы шло с запада на восток. Это значит, что экономические и политические условия, вызывавшие появление этой формы, возникали на Западе раньше, чем на Востоке, во Франции ранее, чем в Германии, а в этой последней ранее, чем в Польше, позднее же всего в России. Наоборот, и раскрепощение совершалось в той же последовательности, т. е. чем западнее, тем раньше, чем восточнее, тем позже. В этом же смысле нужно понимать и постепенную замену натурального хозяйства денежным, особенно усилившуюся в конце средних веков и начавшую играть особенно важную роль в жизни европейских народов в новое время. И здесь стоит только обратить внимание на то, что современный капиталистический строй постепенно тоже надвигается от запада к востоку. Весьма естественно, что все это может свидетельствовать нам только об одном, о большей в течение веков экономической отсталости европейского Востока сравнительно с европейским Западом, для чего, конечно, есть свои причины, отчасти уже и рассмотренные нами в этом же самом очерке. Это - менее развитая береговая линия и большая отдаленность внутренних стран от материка, более суровый климат и менее богатая природа, меньшая населенность территории и большая опасность варварских нашествий. Татарское иго, правда, не коснулось ни Польши, ни Венгрии, но обоим этим государствам пришлось выдерживать сильную борьбу с турками, опасность от которых для Германии не была так непосредственна и велика, как для более близких к Балканскому полуострову стран, особенно для Венгрии, большая часть которой даже входила временно в состав грозной мусульманской державы, раскинувшейся в трех частях света в областях древней эллинистической цивилизации.

Значение для России Балтийского моря

Этот обзор географических и исторических условий экономического и культурного развития России показывает нам, что после установления в восточных и юго-восточных окраинах Европы татарского и турецкого владь1чества, единственною стороною, откуда на Русь могло идти высшее культурное влияние, был Запад. Оно и шло, на самом деле, особенно через старый Новгород, который, как известно, играл очень видную роль в торговле германской Ганзы. Из двух морей, между которыми на великом водном пути возникло Русское государство, более важное значение получило к концу средних веков то, которое лежало к северу, Балтийское. Правда, пределы Русской земли расширились до Северного океана с его глубоко врезывающимся в материк большим заливом, Белым морем, и на этом море у русских завязались торговые сношения с Западом, но крайне северное положение делало из этого моря все-таки не очень-то удобное "окно в Европу". Таким окном суждено было стать именно Балтийскому морю, а между тем и от него Русь оказалась, в эпоху наибольшего своего ослабления, отрезанною более счастливыми соседями. Известно, какое важное значение получил в XVI и XVII вв. так называемый балтийский вопрос, борьба за господство над Балтийским морем прилегавших к нему государств. Сюда, в эту сторону с середины XVI в. направились и политические усилия Московского государства, которые завершились основанием, в начале XVIII века, Петербурга у самого исходного пункта старого великого водного пути. С конца средних веков, со времени политического объединения и свержения татарского ига московская Русь, как не раз уже это отмечалось историками, поворачивается лицом к Европе, т. е. к Западу, потому что Восточная Европа, находившаяся в руках казанских, астраханских и крымских татар, а за Черным морем в руках турок, в культурном отношении была не Европой, а Азией.

"Московия"

В историю нового времени политически независимая часть Руси, основа будущей России, вступает в виде Московского государства или Московии, как его называли в Западной Европе. Как политическая сила, оно выросло в области, лежавшей в стороне от великого водного пути и потому сравнительно поздно получившей историческое значение. Московия была уже гораздо более еще удалена от "Европы", чем в свое время Киев или Новгород. Это было, если так можно выразиться, настоящее историческое захолустье, где очень легко было отстать от общего движения исторической жизни. Особые условия существования выработали тут своеобразный общественный уклад, в котором бросаются в глаза сильное развитие государственности, хотя бы и в очень примитивных формах, и, наоборот, весьма слабое развитие личности. Западным европейцам, попадавшим в Московию, она должна была казаться совершенно варварскою, азиатскою страною, лишь областью, так сказать, некоторой обширной "Татарии", где вся жизнь приняла чисто восточные формы. И, на самом деле, жизнь складывалась здесь не по-европейски, хотя Московия не так-то уж совсем была изолирована по отношению к Западу.