Читать онлайн «Общий ход всемирной истории (Очерки главнейших исторических эпох)». Страница 80

Приняла мировой характер, понятное дело, и политика. В средние века, например, счеты между Англией и Францией не выходили за пределы Западной Европы, и столкновение французов с англичанами в Палестине во время третьего крестового похода было лишь незначительным эпизодом; теперь же интересы Англии и Франции сталкиваются и в Азии, и в Африке. Или другой пример: старый восточный вопрос, связанный с существованием в Европе Турции, теперь уступил место другому восточному вопросу (на берегах Великого океана), где, как это показало недавнее "усмирение" Китая соединенными силами европейцев, американцев и японцев, тоже сталкиваются между собою интересы всех главных европейских государств с прибавкою Северо-Американских Соединенных Штатов и Японии.

В эту же всемирную торговлю и всемирную политику втянута и Россия, которая два века тому назад вошла в "Европу" - в эпоху великих петровских реформ.

ОЧЕРК ДЕСЯТЫЙ

Место России во всемирной истории

Общий взгляд на место России во всемирной истории

Рассматривая общий ход всемирной истории, мы, конечно, имеем право ставить вопрос о том, какое место занимает во всемирной истории тот или другой народ, та или другая страна? Случается даже, что ученые той или другой национальности даже на самою всемирную историю смотрят с известной чисто национальной точки зрения. Последнее неправильно, но совершенно зато законно, интересуясь ходом культурного развития человечества, искать ответа на вопрос о том месте, какое в его истории занимает родная страна сравнительно с другими странами, участвовавшими в историческом движении. В настоящей главе нашей книги мы и дадим самый общий обзор судеб России с всемирно-исторической точки зрения. Это не будет, конечно, изложением внутренней истории нашего отечества, а лишь ответом на вопрос, в каком отношении история России находится ко всемирной истории. Принятие русскими христианства из Византии - конечно, в связи с другими фактами, свидетельствующими о влиянии Византии на нашу древнейшую историю - было приобщением русской истории к истории восточноевропейского, греко-славянского средневекового мира, как, наоборот, сближение России с Западом при Петре Великом можно назвать приобщением этой истории к западноевропейскому, преимущественно романо-германскому миру. Оба эти факта нашей истории, один в конце Х в., другой на рубеже XVII и ХVIII вв., получили разную оценку в двух больших общественно-литературных партиях, на которые разделилась мыслящая часть русского общества в середине XIX в. Именно славянофилы, видевшие благо в том, что Россия приняла восточно-православное христианство, признавали петровскую реформу за большое зло, за событие именно, благодаря которому Россия сошла с своего настоящего исторического пути, тогда как западники в этой самой реформе видели спасение России, как культурной страны, а один из представителей названного направления, Чаадаев, даже выразил сожаление, что русские не примкнули с самого начала своей истории к западноевропейскому, католическому миру. Настоящая историческая наука исходит не из субъективной оценки фактов, а из объективного их исследования. Для того, чтобы Россия приняла христианство из Византии, а не из Рима, как и для того, чтобы через семь веков после этого она сделалась европейским государством, а не азиатским, в какое готово было, по-видимому, превратиться, - и для того, и для этого существовали свои исторические причины, с результатами которых мы должны считаться, как с совершившимися фактами безотносительно к их оценке. Между двумя событиями, о которых было сказано, стоит еще третье, тоже немалой важности: через два с половиною века после принятия христианства большая часть Руси должна была подчиниться азиатской орде, которая вскоре приняла магометанство. Так называемое монгольское или татарское иго, можно сказать, связывало русскую историю с историей азиатского, мусульманского Востока, и лишь за два века до петровской реформы Русь стряхнула с себя чужеземное иго, сильно отстав за это время в своем историческом развитии. Крещение Руси по восточно-греческому обряду, подчинение монгольскому игу и петровская реформа вот три главные вехи русской истории, указывающие на ее отношения, во-первых, к Византии и вообще к греко-славянскому миру,

во-вторых, к мусульманской Азии, которая в конце средних веков поглотила, в лице турок, весь этот греко-славянский мир, кроме самой России, и, в-третьих, к европейскому Западу, вот уже около двух веков оказывающему на нее свое культурное влияние. Таким образом, русская история соприкасается со всеми тремя историческими мирами, образовавшимися в средние века в западной части Старого Света. Развиваясь в зависимости от внутренних условий, в какие ее ставили природа страны и свойства племен, ее населяющих, Россия в то же время испытывала разные влияния со стороны своих соседей, и влияния эти шли на нее с трех сторон, с юга, востока и запада, а именно с юга византийское, с востока азиатское, с запада новоевропейское, три влияния, соответствующие трем историческим мирам, о которых у нас уже столько раз шла речь. Конечно, влияния эти были неравноценны, а с другой стороны, и сама Россия не оставалась в бездействии по отношению к ближайшим и более отдаленным соседям. Ее история не прошла бесследно как для европейского Запада, в систему государств которого она вступила двести лет тому назад, так и для Балканского полуострова с его славянским и греческим населением, и, наконец, для обширных территорий Азии (Сибирь, Средняя Азия, Закавказье), где долгое время царило магометанство. Приняв западную культуру, Россия понесла ее в самые далекие страны Востока. В то время, как совершалась заморская колонизация западных народов, Россия совершала свою сухопутную колонизацию, и оба потока, идя в противоположных направлениях, должны были, конечно, встретиться. Встреча произошла и в Северной Америке, где еще в шестидесятых годах нам принадлежала Аляска в соседстве с английскими владениями, и произошла, она также в Азии, где русские владения в конце XIX в. пришли в соприкосновение с английскими. Благодаря этому, европейская культура, как кольцом, охватила все северное полушарие, и одним из важных звеньев в этой цепи явилась Россия.

Позднее выступление России в истории

Из этого краткого обзора внешних отношений русской истории можно видеть, что, беря эту историю с чисто хронологической стороны, мы должны поместить ее лишь во вторую половину средних веков и в новое время, и что о всемирно-историческом значении русской истории позволительно говорить лишь по отношению к двум последним векам нового времени. И в отношении к первым начаткам культурной жизни, и в отношении к началу крупной исторической роли России приходится одинаково указывать на очень позднее выступление нашего отечества на путь более широкого исторического развития. Судьба всех позже приходящих в общем та, что им больше приходится испытывать влияний, чем самим влиять, более повторять то, что уже было пережито другими, чем идти впереди других. Притом Россия не только позже других европейских стран вступила во всемирную историю, но и разными неблагоприятными условиями задерживалась еще в своем развитии. Отдаленность от главной исторической сцены, чисто физические условия страны, постоянная борьба с азиатскими кочевниками, татарское иго, все это, вместе взятое, крайне неблагоприятно влияло на русскую жизнь. Позднее других народов вступив на большую историческую дорогу и медленнее других по ней двигаясь, русские должны были, конечно, сильно отстать от своих западных соседей, и эта отсталость является одним из наиболее бросающихся в глаза общих фактов русской истории. Но столь же бросается в глаза и другой факт, именно весьма значительный прогресс, сделанный русскою жизнью за два последних столетия и особенно за вторую половину XIX века.

Географическое положение Восточно-Европейской равнины

Первым неблагоприятным условием для приобщения народов, населявших еще в древности Восточно-Европейскую равнину, к цивилизованному миру, была отдаленность от

него этой обширной страны. Своими южными окраинами она, правда, соприкасается с Черным морем, но северные берега его (и его большого залива. Азовского моря) были самыми крайними пределами древней греческой колонизации: дальше на север уже шло сплошное варварство. Римская империя тоже оканчивалась на берегах Черного моря, едва затронув лишь самые южные, прибрежные части теперешней России. Все, что лежало к северу от Черного моря, со всем, что было по ту сторону Дуная и Рейна (указывая, конечно, от Рима),- все это в первые века нашей эры, так сказать, стояло вне истории. Вообще лишь в средние века совершилось включение в европейскую сцену всемирной истории стран к северу от рейнско-дунайской линии и от Черного моря, если не считать сравнительно небольших территорий к северу от этой границы вроде Дакии или Тавриды (Крыма). Припомним, что лишь Карл Великий обратил в христианство Германию, что поляки и русские приняли христианство еще двумя столетиями позднее, и что еще позднее оно стало утверждаться в Скандинавии, а крещение народов в ту эпоху и было тою формою, в какой совершалось их приобщение к высшей культуре. Очень поздно вошла Германия в состав римско-христианского мира, еще позже вошла в состав греко-христианского мира Русь. И по сравнению с Западной Европой к северу от дунайско-рейнской линии Восточно-Европейская равнина оказывается менее благоприятно расположенной по отношению к странам старой культуры. При первом взгляде на карту Европы мы видим, как эта часть света принимает, приближаясь к востоку, все более и более континентальный характер, расширяется и все значительнее отдаляет одни от других морские берега на севере и юге: от Немецкого моря по прямой линии ближе до Средиземного, чем от Белого до Черного. Притом на юге Восточно-Европейской равнины лежат обширные степи, которые с незапамятных времен были приманкою для разных кочевников, отрезывавших очень долго от Черного моря зародившееся гораздо севернее Русское государство. Не мудрено, что историческая жизнь возникла здесь позднее и развивалась медленнее, чем в той