Читать онлайн «Труды по истории Москвы». Страница 118

Надо сказать, что отношение к сочинению Григория Котошихина у нас за последние годы было несколько неправильным. Поскольку Котошихин был изменником, признавалось, что и его сочинение является яростным памфлетом против Русского государства, против России XVII в. Присмотрясь к сочинению, мы видим, что сочинение не является памфлетом. Иногда в нем имеются высказывания против бояр, но в целом перед нами предстает настоящий русский человек, который не только с большим знанием, но и с большим интересом и участием описывает то, что происходило в это время в России. Причем он описывает то, что почти никогда не описывалось, т. е. приказы, распорядок при дворе и т. д., называет имена, фамилии и пр., с большим знанием дела. А вот поэтому, мне кажется, что слова, которые написаны шведским переводчиком рукописи Григория Котошихина, – а слова эти такие: «Так кончил жизнь свою Селицкий, муж русского происхождения, ума несравненного», – заслуживают внимания.[974]

Как бы мы ни расценивали жизнь этого настоящего авантюриста, очень нечистого в своей личной жизни человека, надо все—таки признать, что сочинение он написал превосходное, которое в отдельных своих частях перекликается с такими произведениями, как «Житие протопопа Аввакума».

Это, конечно, не памфлет, а пособие – чрезвычайно важное для изучения деятельности приказов. Я приведу пример, как описывается Устюжская четверть, о которой говорилось выше: «Приказ Устюжская четверть. А в нем сидит боярин да два или три дьяка. А ведом в том приказе город Устюг Великий со всякими податми с посацких людей и с волостных и уездных крестьян, и с кабаков, таможень, и со всяких откупов. А соберется тех доходов в год больши 20 000 рублев».[975] Краткое, очень точное описание, показывающее великолепную осведомленность человека. Однако, хотя мы и имеем такое подробное описание приказов, это не значит, что материалы приказов, которые описывает Котошихин, дошли до нас в сохранном и полном виде. Дела целого ряда приказов погибли в силу различных причин. Наиболее полно сохранились дела трех важнейших приказов – Посольского, Разрядного и Поместного. Причем количество материалов, сохранившихся от этих приказов, настолько большое, что, например, дела Разрядного приказа в столбцах до сих пор еще полностью не описаны, а столбцы Поместного приказа стали развертываться только в недавнее время. До сих пор мы толком не знаем, что же хранится полностью в этих делах.

Сохранились, но в гораздо меньшей степени, дела и других приказов: Тайного приказа, Приказа Большой казны и т. д. А дела некоторых приказов погибли. Так, погибли документы Приказа Казанского дворца, ведавшего территорией Казанского и Астраханского царств. От него уцелели случайные остатки.

Хорошо сохранились дела Сибирского приказа. Они до сих пор служат неисчерпаемым источником, откуда берутся разнообразные материалы по истории Сибири XVI–XVII вв.

Надо отметить, что сохранились документы Дворцового приказа. Я не случайно выделяю этот приказ. Дело в том, что Дворцовый приказ представлял собой приказ особого характера. Его материалы скорее можно причислить к таким документам, как документы отдельных бояр, или приказа, подобного Аптекарскому, который ведал и крупными делами, и иногда очень незначительными.

Обратимся к самому устройству приказов и посмотрим, что оно собой представляло.

Во главе приказа стоял, как правило, боярин или окольничий, иногда для небольших приказов мог быть и думный дворянин. Эти начальники приказов назывались также судьями приказов. Они говорили о себе, что сидят в судьях. Часто мы изображаем дело так, будто эти начальники только формально возглавляли приказы. Но в действительности это не так. Мы знаем, что в практике существовали судьи двух родов: одни действительно ведали делами и направляли их, другие только верховодили. Из числа первых напомню имя Афанасия Лаврентьевича Ордина—Нащокина, которого никто не считает человеком бездеятельным. Я мог бы назвать несколько других имен, хотя бы начальника Стрелецкого приказа князя Ивана Андреевича Хованского, который был убит во время восстания стрельцов 1682 г.

В целом надо сказать, что наиболее постоянным составом в приказах являлся дьяческий и подьяческий персонал. В приказе сидел дьяк. Если приказ был большой, то во главе стоял думный дьяк, который имел право заседать в Думе. В больших приказах – думный дьяк, один или два дьяка, как бы начальники канцелярии. В менее крупных – два дьяка или один дьяк. Ниже их стояли подьячие, писцы, сторожа, рассыльщики, в Посольском приказе – переводчики.

Сами подьячие, которые составляли канцелярию, подчиненную дьякам, делились обычно на «старых», «средних» и «молодых» подьячих. Иногда подьячие выделялись, получали право подписи на документах, и в этом случае назывались подьячими «с приписью». Подьячие представляли собой крупные фигуры. Слово «подьячий» не должно вас смущать. В XVII в. подьячий – крупное лицо. Это совсем не то, когда в XVIII–XIX вв. подьячими называли тех же канцеляристов, но только в презрительном тоне. Хотя, конечно, и для XVIII–XIX вв. эти канцеляристы имели важное значение.

Обычно приказы делились на столы. Например, Разрядный приказ делился на восемь столов. Стол ведал какой—нибудь значительной территорией или ему поручалась какая—нибудь определенная отрасль управления.

Надо сказать, что приказы были неоднородны. С одной стороны, были приказы такие, как Сибирский, Казанского дворца, Устюжской, Новгородской четвертей, которые ведали определенной территорией, а с другой стороны, существовали приказы, подобно Разрядному, Посольскому, которые ведали отдельной отраслью.

Существовали еще приказы такого характера, как Патриарший или Дворцовый, которые ведали особыми отраслями управления и землями.

Столы в отраслевых приказах ведали иногда определенной территорией. Так, в Разрядном приказе известны столы: Московский, Владимирский, Белгородский, Новгородский, Севский, Приказной, Денежный, Поместный.

Столы делились на повытья. Повытья охватывали только определенную часть территории, рассматриваемой в столе. Отсюда название, в XVII в. очень распространенное, – «повытчик», т. е. человек, который ведает определенной территорией.

Количество людей, сидевших в приказах, было различным – от одного десятка до 100 человек. А. В. Чернов, который изучает историю государственных учреждений, утверждает, что в Поместном приказе было до 900 человек.[976] Я этой цифре не очень доверяю.

Основная масса дьяков и подьячих были средними, нетитулованными, но некоторые из них очень часто выходили в разряд наипервейшей знати.

По настоящему своему значению думные дьяки представляли собой крупнейших лиц государства. В середине XVII в. был дьяк Посольского приказа М. Волошенинов. Шведский резидент в Москве в своем письме королеве его называет не иначе, как канцлером. Другой дьяк Посольского приказа Н. Чистой, убитый в Московское восстание 1648 г., был правой рукой боярина Бориса Ивановича Морозова, правившего государством в первые годы царствования Алексея Михайловича Романова.

Наряду с центральными приказами существовало большое количество приказных изб в городах. Иногда их называли съезжими избами. Приказные, или съезжие, избы представляли воеводскую канцелярию XVII в. Вопреки обычным представлениям о том, что в России XVII в. эти учреждения не были оформлены, мы можем прямо сказать, что приказные избы были настоящими канцеляриями. Споры о том, были ли приказные учреждения или нет, я слышал в своей молодости между самыми почтеннейшими профессорами Московского университета. Теперь они кажутся странными.

Тогда же совершенно серьезно спорили – настоящие это учреждения или не настоящие, потому что неизвестно, были ли там присутствия в такие—то дни или не были. Теперь мы знаем, что присутствия в съезжих избах были, но, конечно, несколько другого типа, чем в XX в.

Итак, приказные, или съезжие, избы представляли собой настоящие учреждения, которые в больших городах делились точно так же на столы, а в других городах – на повытья. Например, по смете 1655 г. в Псковской съезжей избе было четыре стола: Разрядный, Денежный, Поместный и Судный.[977] Из этого перечня видно, что приказные избы уже делились по отраслям: Разрядный – значит военный; Денежный связан с доходами и расходами; Поместный связан с поместным землевладением, вотчинами; Судный разрешал различные судные дела. Общее количество подьячих было довольно значительным: их было 24 человека, не считая того, что еще существовало два дьяка, но дьяки сюда уже не входили, они шли по особой рубрике.

Такие города, как Псков, Новгород, Казань, Астрахань, Смоленск, имели обычно воеводу с одним или двумя товарищами и двух дьяков. Причем дьяки ставили себя очень высоко и большей частью служили дольше, чем воеводы. Я напомню вам о том, что в Пскове уже в XVI в. дьяки представляли собою людей, фактически правивших Псковской землей. И это вызвало, между прочим, даже у летописца очень ядовитое замечание. Он сказал, что, мол, после такого—то дьяка и был дьяк мудрый, и был дьяк честный, Господь милостив к своему созданию, а земля пуста.