Читать онлайн «Цивилизация Древней Греции». Страница 16

Но тем не менее социальный кризис не был преодолен. Это произойдет при мудреце Солоне, поэте, политике и торговце, который в 594–593 годах был избран первым архонтом и получил широкие полномочия в сфере установления законов. Он начал с отмены долгов, освободив от них людей и их имущество. Долговое рабство было объявлено вне закона. Различные юридические меры ослабляли тираническую силу родовых связей внутри геноса. Законы против роскоши и чрезмерных расходов запрещали проведение пышных похорон, дававших родовой аристократии возможность продемонстрировать свое богатство и могущество. Был проведен ряд экономических реформ для развития сельского хозяйства и торговли. Солон реформировал систему мер и весов, ввел эвбейскую монету: это ослабило экономическое влияние Эгины с ее фидонской системой на афинян. Благодаря добыче серебра на государственных копях Лавриона, на юге Аттики, монета Солона вскоре получила признание на международном рынке.

Другие реформы носили политический характер. С одной стороны, все жители делились по рождению на четыре традиционные ионийские филы, а с другой — на четыре цензовых класса в зависимости от годового земельного дохода. Солон сохранил это двойное разделение, но он ввел участие в общественных учреждениях на основе цензового разделения, что дало возможность любому разбогатевшему человеку принять участие в управлении. Был учрежден ежегодный совет из четырехсот членов (по сто от каждой филы) в помощь Народному собранию. Наконец, он создал народный суд, или гелиэю, члены которого выбирались среди граждан и который впоследствии играл существенную роль в афинской демократии: как сказал Аристотель, «поскольку народ имел право голоса в суде, он имел его и в правительстве».

Реформы Солона заложили многие основы будущего демократического режима в Афинах. Однако они не принесли гражданского мира: каждая из двух сторон — и знать и народ — ждали большего от этого прозорливого и умеренного законодателя. Тридцать лет спустя, в 561–560 годах, аристократ из Браврона Писистрат, предприняв смелый государственный переворот, захватил акрополь и установил тиранию. Его дважды изгоняли, но оба раза ему удавалось восстановить свою власть, а после смерти Она перешла к его сыновьям Гиппарху и Гиппию, которые поддерживали ее вплоть до 514 года, когда «тираноборцы» Гармодий и Аристогитон убили Гиппарха из личных соображений, никак не связанных с его политикой. Гиппий продержался у власти до спартанского вторжения, поддержанного Алкмеонидами, противниками тирана. По совету Дельфийского оракула его изгнали в 510 году.

Тирания, так ненавистная афинянам, принесла городу множество серьезных последствий. Враг крупных родов, чье состояние было сформировано из нескольких крупных хозяйств, Писистрат симпатизировал мелким земельным собственникам: различными мерами он способствовал формированию независимого и устойчивого класса крестьянства, прикрепленного к земле, которую они обрабатывали собственными силами. Отныне земельная проблема, которую не смог разрешить Солон, была решена. С другой стороны, Писистрат расширяет масштабы чеканки монеты в Лаврионе и на новых монетах заменяет изображение Афины и совы, символов афинского государства, эмблемами крупных родов. Эти монеты имели хождение и вне страны: их находят повсеместно от Египта до Халкидики, от Хиоса или Коса до Тарента. «Чернофигурная» аттическая керамика начиная примерно с 550 года теснит коринфскую на всех иноземных рынках — как в Этрурии, так и в Египте, как в Кирене, так и на Черном море.

Престижное строительство в Афинах, а также поощрение искусства тоже были признаками процветания города, чему он во многом был обязан разумному правлению тиранов.

После поражения Гиппия формируется две партии: одна поддерживала аристократию и лакедемонян, другая, возглавленная Клисфеном из рода Алкмеонидов, выражала интересы народа. После неудачного спартанского вторжения Клисфен одержал верх над своими противниками и провел новые существенные политические реформы. Это знаменовало рождение афинской демократии. Разнородная коалиция, куда вместе со Спартой входили Коринф, Халкида и беотийцы, распалась. Беотийцы и халкидионцы, оставшись в одиночестве, были полностью разбиты в 506 году; эта победа принесла Афинам земли на Эвбее, на которых они установили свои первые военно-земледельческие колонии, или клерухии. С новой политической организацией и армией, блестяще доказавшей свою мощь, город Паллас сыграет решающую роль в событиях, которые приведут к столкновению азиатской империи Ахеменидов с греческим миром.

В ходе освоения восточного побережья Малой Азии греки не переставали поддерживать отношения с местными государствами. Благодаря раскопкам Гордиона, столицы Фригии, мы лучше узнали историю Мидийского царства, которому легенды приписывают сказочное богатство. В начале VII века во время одного из набегов киммерийцев это царство было разрушено, и главной силой в Анатолии стала Лидия со столицей в Сардах.

В первой половине VII века Гигес стал основателем династии Мермнадов, наиболее ярким представителем которой был Алиатт, правивший в начале VII века, а затем Крез (560–546). Под влиянием этих предприимчивых монархов Лидия завязала отношения с ионийскими городами с целью установить над ними протекторат. После длительного противостояния Алиатт замирился с Милетом, заключил договор о дружбе и открыл эти государства для греческой торговли. Торговля шла между ионийскими портами, привозившими товары из Египта или с Черного моря, а также из Эллады и с Крайнего Запада, и с рынка Сард, города роскоши и развлечений. Греки быстро приспособились к этой не очень тяжелой зависимости от утонченных царей, выказывающих уважение греческой культуре: Алиатт был женат на гречанке, Крез принимал Солона при своем дворе; и тот и другой приносили великолепные дары Дельфийскому храму, взамен дельфийцы предоставили Крезу право гражданства. Благодаря хорошим отношениям с Лидией греческие города Ионии переживали расцвет в первой половине VI века. О распространении ионийской керамики свидетельствует упаковка, использовавшаяся для экспорта этой продукции: она встречается повсюду — в Этрурии, Провансе, Испании, Навкратисе и колониях Черного моря. Одновременно с экономическим развитием Иония переживает культурный расцвет: пока в Эфесе строится гигантский храм Артемиды, размерами сравнимый лишь с самосским Герайоном, милесийцы, например Фалес, предсказавший солнечное затмение в 85 году, или Анаксимандр, автор первого известного нам прозаического произведения греков (546), создают теоретические начала науки и философии.

Но уже к тому времени восточное искусство и мысль оказывают ощутимое влияние на всю греческую цивилизацию. VII — первая половина VI века в археологической классификации называются ориентализирующим периодом. Торговые отношения с восточными рынками — сначала через финикийцев, затем — напрямую, как по морю, так и по земле через Анатолию, доставляют в Грецию продукцию азиатских ремесленников: золотые и серебряные изделия, ткани, скульптуры из слоновой кости, домашнюю утварь из бронзы. Феномен, имевший место в микенскую эпоху, повторился вновь: влияние Азии сильно ощущалось в нравах, мышлении и искусстве. Восточная мода — длинные, богато украшенные одеяния, роскошные драгоценности, парфюм, дорогие аксессуары, изнеженность и роскошь в повседневной жизни — приходит в греческие города Ионии, а также в богатые колонии Запада, торговавшие как с этрусками, так и с Востоком. Религиозные воззрения и мифы заимствуют восточные традиции: эфесская Артемида, Афродита в Пафосе, Аполлон в Дидиме, около Милета — все они отмечены влиянием азиатских божеств. Фасосский Геракл по происхождению считался финикийцем. Чудовища, так хорошо прижившиеся в мифологии, — сфинкс или грифон, горгона или химера, сирена или пегас, — пришли из азиатского фольклора. Декоративно-прикладное искусство, производство золотых и серебряных изделий, керамика воспроизводили мотивы восточного искусства, известные во всей Греции, в частности благодаря тканям: изображения бесконечно повторяющихся животных, будто напечатанных одной из тех печатейцилиндров, которые вырезались ремесленниками Ближнего Востока, были основным элементом декора на красивых «ориенталистских» вазах Родосской керамики, или керамики Коринфа. В музыке тоже очевиден значительный вклад анатолийцев: греки заимствовали у них лидийский и фригийский лады.

Однако, как и в микенскую эпоху под влиянием Крита, в этот период греческой культуре не грозила перспектива потерять свою самобытность под натиском восточного влияния. В Ионии архитектура в основе своей остается греческой; и в керамике Хиоса, и на саркофагах Клазомен, и на ионийских гидриях Кереи всегда присутствует греческий дух, его реалистический взгляд на мир; неизменное участие художника, привносившего свою индивидуальность в произведение, выводило его из разряда обыкновенных утилитарных предметов. Греческий архаизм нашел в контактах с Востоком возможность обогатиться, и начал активно ее использовать, но он не собирался копировать. Больше всего, конечно, это относится к Аттике, во второй половине VI века, с ее знаменитой группой акропольских кор, чья элегантность и драпировки были чисто ионийскими, но сдержанность и скромность соответствовали идеалам гречанки. Улыбка на их мраморных лицах — не простая условность: она передает их внутренний мир, очеловечивая статую. Это совершенно не свойственно безликим образам Востока.