Читать онлайн «География, История и Культура Англии». Страница 60

Народ Индии никогда не мирился с колониальным гнетом и оказывал завоевателям героическое сопротивление. Пока сохранялась раздробленность страны, восстания происходили в отдельных ее районах и никогда не приобретали общенационального характера. Когда вся Индия оказалась под контролем англичан, сложились предпосылки для общеиндийского освободительного движения. В 1857 - 1859 гг. народы Индии с оружием в руках выступили против захватчиков. В этом национальном восстании главной силой были массы крестьян и ремесленников. Повстанцам удалось взять Дели, истребить там администрацию и свергнуть английское господство во многих княжествах долины Ганга и других районах.

Огромное превосходство в военной технике, а также слабая организация восстания позволили англичанам одержать победу. Подавление восстания сопровождалось чудовищными жестокостями. Но восстание заставило английских государственных деятелей задуматься о методах управления Индией. Еще в ходе восстания, в 1858 г., парламент принял закон о ликвидации Ост-Индской компании. Индия переходила непосредственно под власть правительства, в котором учреждалась должность министра (статс-секретаря) по делам Индии. На месте же страной управлял вице-король (бывший генерал-губернатор).

Опираясь на свои позиции в Индии, Англия проводила новые завоевания в Азии. В 1852-1853 гг. вся южная Бирма была захвачена преимущественно руками и кровью индийцев и присоединена к Индии. Захват Сингапура в 1819 г. обеспечил английскому флоту отличную базу для расширения завоеваний. Этот важный стратегический пункт стал наряду с Гибралтаром одним из краеугольных камней британского морского и колониального могущества. Столь же важную роль сыграл и захват Адена в 1839 г. С одной стороны, Англия создала здесь базу, контролирующую выход из Красного моря в Индийский океан, с другой - Аден стал опорным пунктом для подчинения племен юга Аравийского полуострова.

В этот же период был сделан решающий шаг к овладению необъятным китайским рынком, который привлекал европейцев еще в XVII-XVIII вв. Использовав ничтожный предлог, Англия направила в Китай хорошо вооруженную эскадру и развязала войну (1840-1842). Поражение Китая было зафиксировано в Нанкинском договоре 1842 г., подписанном на борту английского военного судна, чем победители надменно подчеркивали пренебрежение к разбитому противнику. Остров Гонконг был главной военной добычей Англии, которая, получив его в «вечное владение», создала вскоре на нем мощную военно-морскую базу.

Войны 1856-1858 и 1860 гг., которые Англия вела совместно с Францией, окончательно лишили Китай положения независимого государства. Английский посланник получил право постоянно находиться в Пекине, купцы могли отныне беспрепятственно проникать во внутренние районы Китая по реке Янцзы, пошлины на английские товары устанавливались в размере 5% от их стоимости.

Борьба за влияние в Афганистане и особенно в Иране шла с переменным успехом, но торговая и военно-политическая экспансия Англии в этом районе уже в течение 1840-1860 гг. обеспечила новые рынки для ланкаширских фабрикантов.

Укрепление позиций Англии на Среднем Востоке привело к обострению ее отношений с Россией. Еще больше усилились англо-русские противоречия в связи с так называемым восточным вопросом. Быстрое ослабление и разложение Османской империи, усилившаяся национально-освободительная борьба славянских и других народов, угнетаемых турецкими феодалами, поставила перед великими державами вопрос о судьбах входящих в состав империи территорий. В той или иной степени в конфликт были вовлечены и Франция, и Австрия, и некоторые другие державы, но главными антагонистами были Россия и Англия.

Противоречия по восточному вопросу привели к прямому военному конфликту между Россией и коалицией западных держав во главе с Англией. Крымская война 1853-1856 гг. закончилась жестоким поражением царской России. Выступив в качестве союзников Турции, Англия и Франция использовали победу для того, чтобы широко открыть дорогу на турецкие рынки своим промышленникам, а «союзное» правительство Турции закабалить сложной системой займов. Но главным результатом войны для Англии была так называемая нейтрализация Черного моря. Этот важнейший пункт Парижского мира (1856) запрещал России (как, впрочем и Турции) содержать военный флот на Черном море и возводить военные сооружения на его побережье.

На протяжении первой половины XIX в. английские колонизаторы сравнительно быстро «осваивали» Австралию. В прибрежных районах создавались поселения ссыльных и каторжан, почти рабским трудом которых поднималась целина, строились мосты и дороги, сооружались порты. 155 тыс. ссыльных было вывезено в Австралию с конца XVIII в. до 60-х годов XIX в. Возможность захвата огромных пастбищ и пахотной земли привлекала в Австралию рыцарей наживы, и часть ссыльных передавались в их распоряжение.

В политическом отношении австралийские колонии оставались полностью подчиненными английской администрации. Имея за плечами исторический опыт отделения американских колоний, английская буржуазия на этот раз своевременно пошла на уступки Колониальной буржуазии. Англия поторопилась предоставить колониям право внутреннего самоуправления, сохранив за собой верховную власть.

Наиболее значительной из переселенческих колоний Англии оставалась Канада, в которой к середине века проживало уже около 2,5 млн. человек и куда шел наиболее сильный поток эмигрантов. Английское население здесь сначала сравнялось по численности с французским, а затем и значительно превзошло его. Быстро развивалось земледелие и лесное хозяйство, причем пшеница и лес экспортировались в Англию. В конце 40-х годов канадская буржуазия получила самоуправление; вскоре в ее руки перешел весь земельный фонд. Наконец, в 1867 г. завершились длительные переговоры между отдельными канадскими провинциями, а также между ними и представителями английского правительства, и был издан «Акт о Британской Северной Америке». По существу, это была конституция объединенной Канады. Канада становилась централизованным федеративным государством с единым парламентом и правительством, хотя провинции сохраняли автономию в местных делах. Центральное правительство не получило права вступать в дипломатические отношения с другими государствами. Законы, принятые канадским парламентом, подлежали утверждению английского генерал-губернатора. Граждане Канады считались подданными английской короны. Таким образом, подлинной независимости, чего требовал народ, Канада не получила.

Опираясь на свое бесспорное экономическое превосходство, на могущество флота и - не в последнюю очередь - на островное положение, Англия придерживалась тактики, которую принято было называть «блестящей изоляцией»: она не связывала себя сколько-нибудь длительными союзными обязательствами с какой-либо страной, предпочитая сохранять свободу дипломатического маневрирования и поддерживать в каждый момент ту державу, которая соглашалась играть роль «солдата на континенте» для борьбы с более опасным (опять-таки в данный момент) противником Англии. Эта политика порождала частую перемену внешнеполитического курса, разрывы с недавними союзниками и сближения с вчерашними врагами, что снискало Англии сомнительную славу «коварного Альбиона».

Внешняя политика Англии была агрессивной и целиком определялась хищническими устремлениями буржуазии. В интересах банкиров Сити и ланкаширских фабрикантов Англия не только вела захватнические войны, но и поддерживала самые реакционные империи в Европе - Османскую и Австрийскую. Но респектабельный английский капиталист, читавший по вечерам Библию в кругу семьи, откупавшийся филантропией от бедствий своего и других народов, хотел, чтобы эту политику ему представляли в «приличной оболочке». Вряд ли кто-нибудь из государственных деятелей справился с этой задачей лучше, чем человек, свыше тридцати лет оказывавший решающее влияние на английскую внешнюю политику, - лорд Генри Джон Пальмерстон. С 1830 г., когда он среди других торийских политиков перебежал к вигам, и до своей смерти в 1865 г. Пальмерстон 15 лет занимал пост министра иностранных дел в вигских кабинетах, 9 лет возглавлял эти кабинеты, а в течение 8 лет, когда у власти находились тори, был главным оратором оппозиции по внешнеполитическим вопросам. Уже один этот послужной список Пальмерстона свидетельствует о том, насколько он пришелся ко двору со своим изысканным лицемерием и мастерством политического интригана. Маркс писал о Пальмерстоне: «Если он не для всякого дела хорош как государственный деятель, то, по крайней мере, как актер он годится для любой роли. Ему одинаково хорошо дается как комический, так и героический стиль, как пафос, так и фамильярный тон, как трагедия, так и фарс, впрочем, фарс, пожалуй, больше всего соответствует его душевному складу». Пальмерстон «перенял по наследству от Каннинга доктрину о миссии Англии распространять конституционализм на континенте», что не мешало ему «противодействовать революции в других странах».