Читать онлайн «Русский архив: Великая Отечественная: Т. 15 (4-5). Битва за Берлин (Красная Армия в поверженной Германии).». Страница 183

4. Здесь позвольте остановиться на системе обороны противника. В своем докладе начальник штаба фронта генерал-полковник Малинин и командующий 8-й гвардейской армией подробно подчеркнули всю специфичность этой обороны. В частности, наша армия с 16 по 24.4 на 60-километровой глубине, от исходного положения до пригорода Берлина, прорвала 12 промежуточных рубежей, разгромив части двух пехотных, двух танковых и двух механизированных дивизий. Кроме того, в завершении прорыва стоял Берлин, требующий особой организации и планирования боя. Необходимо было на ходу перестраивать боевые порядки и группировки, строить совершенно новую организацию ведения боя в крупном городе.

Маршал Жуков требовал от войск самого напряженного действия и за всякое промедление, а тем более какую-либо паузу, немедленно и [конкретно] реагировал, напоминая, что подобные действия войск поведут только к усилению сопротивления обороны и увеличению сил и средств в Берлине.

Чтобы сделать правильный вывод, необходимо признаться, что мы не учли всех особенностей организации обороны немцев, недостаточно усвоили требования маршала и его указания по организации, планированию и действию войск.

Мы планировали нашу операцию с учетом нормального развития прорыва, как это было в Варшавско-Лодзинско-Познаньской операции. Мы предполагали, что, прорвав оборону противника на всю его тактическую глубину до Зееловских высот (рубежа), дальше все пойдет своим нормальным чередом до самого Берлина.

Мы рассчитывали после прорыва тактической глубины, по примеру прошлых операций, [что] 2 гв. ТА, войдя в прорыв, относительно легко поведет за собой нашу армию, и во взаимодействии с ней [мы сможем] приступить к уничтожению противника в самом городе Берлине.

События показали другое обстоятельство. Пехота во взаимодействии с артиллерией и танками НПП, прорвав оборону противника, вышла к Зееловским высотам и, встретив упорное сопротивление, овладеть с ходу данным рубежом не могла. 2 гв. ТА в обозначившийся прорыв не пошла, опасаясь повиснуть на Зееловских высотах, кроме того, ее боевые порядки к прорыву не соответствовали совместным действиям с пехотой.

Маршал Жуков, ознакомившись с положением, вторично указал нам — немедленно перестроиться в организации наступления, подчеркнув всю особенность обороны немцев не только в Берлине, но и на подступах к нему, где наши войска будут встречать последовательно сильные, глубоко эшелонированные рубежи, занятые войсками, с наличием сильной ПТО и сильно укрепленной местности.

Маршал потребовал:

1) Организовать и вести непрерывное наступление днем и ночью.

2) Танковая армия должна действовать совместно с общевойсковой армией по прорыву всех рубежей и обязательно добиться выхода к Берлину ранее нашей армии, построив соответственно с обстановкой и свои боевые порядки.

Выполняя указания маршала, наступление пошло значительно лучше. Исходя из опыта данной операции, ночные действия дают большое преимущество. Необходимо отметить нашу слабость в организации и ведении общевойскового боя в условиях ночи; в этой области нам нужно еще много работать и, как говорил маршал, «ночь превратить в день» для нас является первостепенной задачей в подготовке войск и штабов в мирное время, уделяя этому не менее 40–50 % общего времени.

Здесь на конференции некоторые товарищи генералы и офицеры в своих выступлениях, в зависимости от принадлежности к тому или иному роду войск, пытаются определить и доказать, что именно их род войск решил победу в Берлинской операции, особенно стараются в этом деле танкисты. Мне кажется, это не целесообразно.

Современная фронтовая операция, которая впитывает в себя все рода войск наших вооруженных сил, успешно протекает только при отличном взаимодействии на всю глубину операции всех родов войск, главных и не главных. Мы можем только отмечать частные недочеты того или иного рода войск с точки зрения решения ими задачи в операции, но искать главный род войск, который сыграл решающую роль в данной операции, мне кажется, будет неверно. На известном этапе операции один или несколько родов войск, например пехота и артиллерия, решают главную задачу, на другом этапе операции, естественно, главная задача может быть переключена на другие рода войск, например на танковые соединения и авиацию; однако взаимодействие решает общее дело и говорить о том, что пехота или артиллерия не выполнила своих задач, будет голословно; если бы это было так, следовательно, не была бы решена успешно Берлинская операция.

5. Теперь позвольте остановиться на понятии «особые эшелоны». Мне кажется, что мы здесь несколько путаем это понятие. В Варшавско-Лодзинско-Познаньской операции, а в Берлинской тем паче, никаких особых эшелонов с точки зрения оперативного построения войск и использования их на всю глубину не было.

Все мы отлично помним указания маршала Жукова по организации и планированию прорыва на Висле, где он потребовал, прежде чем ввести в действие главные силы пехоты и артиллерии, произвести сильную разведку усиленными батальонами от каждой стрелковой дивизии, поддержанными небывалой силы артиллерией. Действие разведывательных батальонов было спланировано непосредственно перед атакой главных сил — это не есть особые эшелоны. Маршал учил: при всякой организации боя или операции «избегайте установившегося шаблона». Практика показала и подтвердила всю полезность этих мероприятий. В операции на Висле мероприятиями фронта мы имели и достигли оперативной и тактической внезапности.

В данной операции мы не имели и не могли иметь оперативной внезапности в силу сложившейся обстановки и времени. Наша стратегическая и оперативная цель противнику была ясна.

Маршал Жуков потребовал от нас — определенными мероприятиями во что бы то ни стало достигнуть тактической внезапности. Благодаря небольшой глубине операции (7 км) тактическая внезапность имела решающее значение.

Штаб фронта спланировал перегруппировку войск и занятие исходного положения в крайне ограниченные сроки. 5-я ударная армия должна была в течение двух суток шестью дивизиями и большим количеством артиллерии произвести:

а) смену войск на плацдармах — передать свои участки 47-й и 3-й ударной армиям;

б) после смены переправиться через р. Одер на восточный берег и совершить марш 25–30 км с новой переправой через р. Одер на плацдармы и занять исходное положение;

в) произвести перегруппировку на плацдарме согласно плану.

Все эти мероприятия необходимо было произвести с соблюдением всех мер маскировки, преимущественно в ночное время в условиях авиационного и артиллерийского воздействия противника.

Поставленные задачи войсками были выполнены блестяще. Это мероприятие заслуживает особого изучения по сложности перегруппировки в короткие сроки в непосредственном соприкосновении с противником и [при] его особой активности.

Действия разведбатальонов перед началом Берлинской операции некоторые из выступавших товарищей пытаются так же, как и на Висле, определить «особыми эшелонами» общего боевого порядка, внося этим самым путаницу в организации, и учреждают «новый» термин.

В целях достижения тактической внезапности и введения противника в заблуждение маршал Жуков приказал за два дня до начала наступления произвести от каждой дивизии первого эшелона сильную боевую разведку усиленными батальонами с танками и поддержанных огнем 2–3 артполков на каждый разведбатальон.

Действия разведбатальонов начать утром 14.4.45, имея основной задачей вскрыть группировку и систему организации обороны противника до рубежа Зееловских высот. Главная цель — создать у противника впечатление действиями разведбатальонов, что мы будем производить прорыв на рассвете или утром.

Фактически, как Вам известно, маршал готовил удар ночью с применением большой массы прожекторов. Практика показала всю состоятельность этих мероприятий, проводимых командованием фронта. Показаниями пленных было установлено, что противник был введен в заблуждение — атаки ждал утром. Ночные действия наших войск с применением прожекторов внесли дезорганизацию.

6. Генерал-полковник т. Малинин поставил перед нами задачу — указать некоторые нормы, вытекающие из нашего опыта проведенных операций. Планируя ту или иную операцию, необходимо исходить из каких-то опытных норм по исчислению необходимого количества сил и средств, обеспечивающих выполнение задач в бою — операции.

Варшавско-Лодзинско-Познаньская, Берлинская и др. операции Великой Отечественной войны показали, что современная фронтовая операция, рассчитанная на прорыв сильно укрепленной, глубоко эшелонированной обороны противника, с достаточным оперативным размахом на глубину свыше 200 км, потребует на 1 км фронта прорыва: