Читать онлайн «Вторая мировая: ошибки, промахи, потери». Страница 167

Вместе с началом наступления в Малайе японские войска 8 декабря вошли в Гонконг, британскую колонию в Китае. Вскоре английский парламент услышал о том, как с 50 связанными офицерами и рядовыми японцы зверски расправились штыками. И это был. не единичный случай; больше того, все это осуществлялось совершенно хладнокровно. Обслуживающий персонал и 150 раненых Александрийского госпиталя в Сингапуре провели целую ночь в помещении, настолько тесном, что они с трудом поместились стоя, а наутро их вывели во двор и убили. Редчайшим событием явилось то, что 15 февраля 1942 года генерал-лейтенант Ямасита посетил Александрийский госпиталь и принес извинения за побоище, произошедшее в предыдущий день.

Японские войска, где бы они ни появлялись, были одержимы нечеловеческой жаждой убивать. Как правило, жертв закалывали штыками — это был самый дешевый и быстрый способ; но также людей расстреливали из пулеметов, а иногда сжигали или закапывали живьем в землю. Женщины и дети, монашки и грудные младенцы, священники, врачи и медсестры — все становились жертвами японского террора. Как это уже выяснилось несколько лет назад в Китае, политика террора поддерживалась на самом высоком уровне. Другой особенностью этой политики было полное пренебрежение по отношению к пленным. За время войны в японских лагерях умерло 27 процентов английских и американских военнопленных в сравнении с 4 процентами, погибшими в немецких и итальянских лагерях.

После войны Ямасита был повешен за военные преступления. «На самом деле я виноват в том, — сказал он адвокату, посетившему его в тюрьме в Маниле, — что мы проиграли войну». Он также мог бы сказать, что виноват в низвержении иллюзий о господстве белого человека в Азии. О том, каким ударом это явилось для сознания англичан, можно судить по послевоенным мемуарам генерала Персиваля, военачальника, которого Ямасита разгромил под Сингапуром. Английский генерал не мог поверить, что его войска, насчитывавшие не менее 100 000 человек, были побеждены японской армией численностью всего в 30 000 человек. Он писал: «Безопаснее сказать, что у них [японцев] в Малайе было 150 000 человек, хотя некоторые японские документы позволяют предположить гораздо большую цифру».

Безопаснее?

Смерть и страдания не закончились после того, как прекратились боевые действия. Жизнь в лагерях для военнопленных была ужасной, и смерть в них была обыденным явлением.

В мемориале в Кранджи, где похоронено 4500 человек, на мраморных колоннах высечены имена 24 000 погибших солдат союзников. С восходом солнца ровно через 50 лет после падения Сингапура состоялась официальная церемония поминовения. Оставшиеся в живых бывшие заключенные и родственники погибших приехали из Великобритании и Голландии. Правительство Австралии прислало почетный караул и делегацию священнослужителей. Ни один официальный представитель правительства Великобритании на церемонии не присутствовал.

Единственным утешительным известием явилось сообщение о мужестве защитников острова Уэйк, небольшого атолла в 2000 милях от Гавайских островов. Когда японцы начали укреплять острова Нампо, Марианские, Каролинские и Маршалловы острова, доставшиеся им от Германии после Первой мировой войны, авиакомпания «Пан-Америкен Эруэйз» основала на Уэйке пункт промежуточной посадки для транстихоокеанских рейсов. В дальнейшем на атолле в нарушение международных соглашений был построен военный аэродром, и в 1939 году Соединенные Штаты официально объявили Уэйк базой морской авиации.

Массированный удар с воздуха позволил японцам рассчитывать, что их десант не встретит особого сопротивления. Однако артиллеристы морской пехоты, выжидавшие до самого последнего момента, нанесли повреждения двум транспортным судам. Три японских эсминца, попытавшиеся отвлечь на себя артиллерийский огонь, также получили повреждения. Один из них потонул со всей командой. Еще один эсминец, «Кисараги», был атакован несколькими уцелевшими истребителями Ф-4Ф «Уайлдкэт», совсем недавно доставленными на атолл авианосцем «Лексингтон». От случайного попадания сдетонировали глубинные бомбы, и «Кисараги» буквально разнесло в клочья. После этого японцы, не успевшие высадить на берег ни одного человека, предпочли ретироваться.

Адмирал Киммель, командующий Тихоокеанским флотом, немедленно распорядился отправить к Уэйку все три имевшихся у него авианосца, чтобы воздушными налетами поддержать гарнизон. Поскольку силы вторжения были в замешательстве, удары с воздуха могли превратить отступление в паническое бегство. Но Киммель был отстранен от командования, и его заместитель адмирал Пай, до прибытия нового командира, решил, что подобная операция может быть очень рискованной для драгоценных авианосцев. Местонахождение ударного соединения Нагумо было неизвестно, и проба сил у Уэйка, возможно, была хитрой ловушкой. Возможно, разделявший взгляды Пушкина — не стоит рисковать необходимым ради излишнего, — Пай решил, что лучше он встретит нового командующего известием о потере Уэйка, чем сообщением о потере авианосцев. Пай отдал приказ авианосцам держаться на безопасном удалении от мест боевых действий.

Оглядываясь назад, мы видим, что появление авианосцев в водах у Уэйка скорее всего принесло бы американцам победу, однако этого не произошло. Вскоре японцы вернулись, и дерзкие защитники атолла не устояли перед многократно превосходящими их численностью захватчиками.

23 декабря японцы начали операции в Бирме, также являвшейся важным нефтепроизводителем. Вначале боевые действия ограничивались опустошительными воздушными налетами на Рангун, и сухопутные силы вторжения пересекли границу в конце января 1942 года.

Бирма наглядно продемонстрировала противоречия между англичанами и американцами. Англичане хотели защищать эту страну, потому что она им принадлежала. Американцы не хотели защищать империализм, но им было нужно Бирманское шоссе, по которому осуществлялись поставки войскам Чан Кайши в Китае. Англичане не верили в Чан Кайши, но поскольку они зависели от американской помощи, то спорить не стали.

Генерал Уэйвелл, недавно назначенный главнокомандующим вооруженными силами в Индии, поспешно вступил в командование союзными англо-американо-австрало-голландскими силами в юго-западной части Тихого океана — обширном районе, простиравшемся от Северной Бирмы до Северной Австралии. Потерпев поражения в Африке и Греции, Уэйвелл при определенной доле везения мог бы отдохнуть и успокоиться в Индии. Но теперь ему пришлось иметь дело с еще более страшным противником. Не прошло много времени, как на посту верховного командующего союзными силами в юго-западной части Тихого океана его сменил американский генерал Макартур.

Первые успехи японцев вызвали резкие обвинения со стороны руководства Австралии. Правительство страны было недовольно, что без консультаций с ним австралийские части под командованием иностранных военачальников отправляются сражаться во все уголки земного шара. Возможно, разногласия можно было бы смягчить, если бы не острая длительная взаимная неприязнь Уинстона Черчилля и Джона Кертена, премьер-министра Австралии, лидера социалистической партии.

Многие специалисты считают австралийскую пехоту лучшей из всех, сражавшихся на фронтах Второй мировой войны по обе стороны линии фронта, и Кертен был из тех, кто считал, что австралийцы несут на себе основную тяжесть жестоких боев на Ближнем Востоке. Кертен не очень-то выбирал выражения. Черчилль язвительно замечает: «Наши переговоры по смене австралийских частей в Тобруке были безрезультатны». Недовольство австралийцев усиливалось тем, что австралийский генерал Блейми считал, что его обманом заставили дать согласие на участие в кровопролитной кампании в Греции, оказавшейся такой же бессмысленной, как и сражение за Крит. Теперь Блейми выражал опасение, что сражения на Тихом океане будут «повторением Греции и Крита». Кертен был недоволен тем, что Малайя осталась без сухопутных, военно-воздушных и морских сил, в то время как австралийские дивизии были переброшены на Ближний Восток. Если решение Черчилля направить линкоры «Рипалс» и «Принс оф Уэльс» в Сингапур имело своей целью ублажить Кертена, оно не увенчалось успехом. 27 декабря 1941 года в газете «Мельбурн геральд» была опубликована пронизанная болью статья премьер-министра Австралии: «Мы отказываемся подчиняться требованию рассматривать войну в Тихом океане как второстепенную составляющую мирового конфликта». Кертен с горечью добавил, что Австралии следует ждать помощи не от Великобритании, а от Америки.

Черчилль пожаловался, что эту статью «раструбили по всему миру наши недруги». По мнению Черчилля, австралийские социалисты в прошлом не сознавали опасности, а в настоящем не видят действительности.