Читать онлайн «Фронт без границ. 1941–1945 гг.». Страница 76

д) срывать мобилизацию мужского населения западных областей БССР в Красную Армию, сдачу государству хлебозаготовок и конского поголовья для нужд Красной Армии;

е) совершать диверсионные акты на железнодорожных путях, автогужевых магистралях и организовывать нападения на проходящие транспорты Красной Армии и др.[759].

Развитие событий на фронтах войны привело к тому, что в июле 1944 года приказом рейхсфюрера Г. Гиммлера было объявлено об образовании самостоятельных формирований латышских, эстонских и литовских националистов. Так, «Армия освобождения Литвы» ЛЛА была создана литовскими буржуазными националистами и гитлеровской разведкой на оккупированной немецко-фашистскими войсками территории Литвы в 1941–1942 гг. с целью борьбы с советскими патриотами-подпольщиками и партизанами. Главари ЛЛА прикрывались демагогическими лозунгами, выдавая себя за «оппозиционеров» и поборников «самостоятельности» и «независимости» Литвы. Ведя двойную игру, они преследовали цель дезориентировать население, удержать его от активной борьбы с оккупантами, заманить в свои сети недовольных фашистским режимом людей для подрыва и разложения партизанского движения и антифашистского подполья.

В конце войны состав банд был неоднороден. Костяк составляли входившие в ЛЛА и другие националистические организации выходцы из кулацких семей, фашистские пособники, служившие в полиции, гестапо, участвовавшие в карательных акциях гитлеровцев.

Штаб ЛЛА, организуя подрывную работу в ноябре 1944 года предписывал своим бандформированиям:

а) собирать точные сведения о количестве частей НКВД, их вооружении, постах охраны, бдительности и т. д.;

б) до начала налета предусмотренный объект изолировать, отрезая линии телефона, телеграфа, обставляя постами охраны все важные направления и коммуникации;

в) при нападении на объект лучше всего играть роль милиции и НКВД, прибывшей из другого уезда. По возможности одевать русскую форму и говорить по русски;

г) отдельных энкаведистов и их небольшие группы ликвидировать без всяких следов, чтобы создалось впечатление, что они пропали без вести;

д) для обеспечения оружием и патронами забирать все вооружение у ликвидированных, входить в контакте немецкими парашютистами, если это нужно, насильно отбирать у населения;

е) в плен не брать[760].

В этой инструкции предписывались жесткие меры в отношении прежде всего военнослужащих и сотрудников НКВД, на которых и была возложена задача по обеспечению тыла наступающей действующей армии, следовательно, и борьба со всеми, кто пытался ее дезорганизовать.

Аналогично литовским буржуазным националистам действовали военно-фашистские организации «Омакайтсе» («Самооборона»), состоявшая из эстонских предателей и пособников фашистов, «Ванеги» (Соколы), состоявшей из националистически настроенной буржуазной молодежи Латвии, а также «Айзсарги» («Самозащитники») — чисто военно-фашистская организация реакционной латвийской буржуазии.

Все эти буржуазно-националистические формирования наносили серьезный вред организации и проведению наступательных операций советских войск, значительно мешали восстановлению жизнедеятельности населенных пунктов и установлении местного самоуправления. Ярким подтверждением этому служат следующие действия литовских буржуазных националистов в последнем квартале 1944 года: 22 октября банда численностью до 50 человек обстреляла здание Тургельского волисполкома Свенценского уезда, затем в одном из селений той же волости отобрала у жителей 28 лошадей с повозками, награбила продовольствие и скрылась в леса; 24 октября в м. Скубята Свенценского уезда бандитами был убит участковый оперуполномоченный НКВД Лысенко; в октябре — в Салдутишской волости было убито 3 и ранено 2 работника волисполкома; 7 ноября группа бандитов в районе дер. Погубри Свенценского уезда срезала 7 столбов правительственной связи; во второй половине ноября банда численностью 30 человек схватила русскую женщину и старика-литовца и зверски убили их за то, что они взяли землю, которая раньше принадлежала помещику. Особой пытке был подвергнут литовский мальчик 16 лет Степойтис Петр. Ему вырезали груди, выкрутили руки, штыком прокололи живот, после чего убили и оставили записку «Убит, потому что он комсомолец и сын милиционера»; 29 ноября банда численностью 40 человек напала на волостной центр м. Ованты Утенского уезда, сожгла дом председателя волисполкома, уничтожила мебель и документы волисполкома, разгромила маслозавод, убила 14 советских граждан; 5 декабря был совершен налет на волостной центр Кринчинас; 8 декабря были обстреляны милиционеры (4 — убито) в районе дер. Бечуна; 10 декабря бандиты схватили девушку-секретаря Калтынянского уезда, надругались над ней, а затем разбили прикладом голову. Вместе с ней бандиты убили и ее отца; в это же время банда в составе двух взводов повторно напала на волостной центр Ованты, разрушила помещение советских органов, жестоко надругалась над семьями советских служащих, убила 14 человек, в т. ч. 6 детей в возрасте от 1 до 4 лет. Одного русского старика сожгли, а председателю сельсовета при пытке отрезали уши, нос, выкололи глаза и после этого убили и т. д. 12 декабря банда совершила налет на волостной центр Панемунис Ракишского уезда, забрала с собой местный партийно-советский актив; 15 декабря банда совершила нападение на волостной центр Дояны, сожгла здание волисполкома, убила двух активистов[761].

Свою преступную деятельность буржуазные националисты осуществляли под руководством германской резидентуры. В январе 1945 года на полуострове Виимси ЭССР были задержаны 3 немецких разведчика во главе с резидентом; в Литовской ССР 6 января был захвачен один немецкий парашютист, а 6 убито. Их задача заключалась в том, чтобы поддерживать действия всех бандформирований, направляя их на подрыв боеспособности частей Советской Армии, на отвлечение значительных сил для борьбы с бандитами.

Исполняющий обязанности начальника внутренних войск Н КВД Прибалтийского округа полковник И. Л. Кабаков в своем докладе 6 марта 1945 года указывал, что на территории Латвийской ССР действует 12 банд с общим числом 325 человек[762]. Всего на территории Латвии с 1944 года по 1952 год националисты совершили свыше 3 тыс. преступлений. Ими были убиты 1562 представителя советско-партийного и комсомольского актива, 50 военнослужащих Советской Армии, 64 сотрудника МВД и МГБ, 386 бойцов истребительные батальонов. За этот же период на территории Латвии было обезврежено 702 бандгруппы с общим числом участников 11 042 человека, в т. ч. 2408 убито, 4341 — арестовано, а 4293 — сдались властям[763].

Наличие крупных, хорошо вооруженных, сколоченных в основном из бывших членов партии «Айзсаргов» банд, представляло серьезную опасность для тыла действующей армии и потребовало принятия адекватных мер со стороны советского командования. Задачами войск НКВД по охране тыла 1-го Прибалтийского фронта в период успешных наступательных действий частей Красной Армии продолжали оставаться такие, как:

а) продвигаясь за действующими частями Красной Армии, нести службу по основным направлениям;

б) наводить твердый государственный порядок на освобожденной территории и коммуникациях армий, обеспечивая бесперебойное по ним движение;

в) проводить тщательную проческу лесных массивов в направлении движения батальонов с целью ликвидации групп немцев, власовцев и других бандформирований.

С 23 июня по 14 июля 1944 года войсками охраны тыла этого фронта было уничтожено и взято в плен 1540 солдат и офицеров противника[764].

Для борьбы с буржуазно-националистическими формированиями на территории республик Прибалтики было организовано Управление внутренних войск НКВД Прибалтийского округа и развернута 4-я стрелковая дивизия НКВД. На нее и были возложены задачи по ликвидации буржуазно-националистического подполья, оказания помощи и содействия местным органам власти в проведении восстановительных мероприятий.

Для личного состава войск охраны тыла борьба с буржуазно-националистическими бандами, умело скрывающимися в лесисто-болотистой местности, применяющими различные ухищрения и невиданную жестокость, имела свою специфику. Она требовала не только высокого уровня тактико-боевой и служебной подготовки, но и иной уровень морально-психологической и политической подготовки. Части и подразделения продолжали размещаться гарнизонами и заставами в населенных центрах районного (уездного, волостного) звена. Однако вид служебной деятельности резко изменился. Основными ее видами стали чекистско-войсковая операция (ЧВО), разведывательно-поисковая группа (РПГ), засада и секрет. Все они отличались от традиционных контрольно-пропускных пунктов (КПП), патрульной службы и т. д. Здесь важно было взаимодействие военнослужащих во всех элементах, например, ЧВО: блокирование района поиска, организации служб засад и секретов на путях движения банд, четких действий головного и тылового охранения и т. д. Следовательно, весь личный состав очень серьезно готовился к предстоящим операциям, понимая, что от промаха, ошибки, просчета одного может погибнуть все подразделение.