Читать онлайн «Крым в период немецкой оккупации. Национальные отношения, коллаборационизм и партизанское движение. 1941-1944». Страница 59

Следует также сказать, что данные формирования были уникальными в своем роде. Дело в том, что в течение всей войны ни одна из групп иностранных добровольцев не имела такой организации, какой были, например, командования Восточных легионов в Польше и Украине. Подчеркнем, что такая организация оправдала себя уже потому, что за период с конца 1941 по конец 1943 года немцам удалось создать и подготовить десятки пехотных батальонов, а также сотни батальонов и рот вспомогательного назначения.

Сформированные командованиями Восточных легионов батальоны и роты активно использовались в ходе войны. Из наиболее значительных театров военных действий, где происходило их боевое применение, можно назвать следующие: Кавказ, Крым, Украина, Белоруссия, Польша, Франция, Нидерланды и Италия. Однако здесь следует сказать, что боевые качества личного состава этих формирований снижались по мере отдаления их от Восточного фронта. Переломный в войне 1943 год стал переломным и для боевого духа легионеров. Большинство из них уже не видели перспектив в войне на стороне Германии. И это резко отрицательно сказалось как на дисциплине, так и на боевом духе многих бойцов Восточных легионов.

Осенью 1941 года на территории Крыма развернулось движение Сопротивления, которое стало ответом на террор оккупантов. 23 октября решением областного комитета ВКП(б) был сформирован Центральный штаб партизанского движения в Крыму (ЦШПД), а командующим партизанским движением утвержден А.В. Мокроусов. Этот выбор не являлся случайным. В годы Гражданской войны Мокроусов уже руководил крымскими партизанами. Комиссаром ЦШПД стал С.В. Мартынов – секретарь Симферопольского городского комитета ВКП(б). Началось создание партизанских отрядов. Для удобства действий все отряды распределялись по партизанским районам. Всего было создано пять таких районов[532]. 30 октября 1941 года командующий партизанским движением Мокроусов издал свой первый приказ, в котором говорилось о развертывании боевой деятельности на коммуникациях врага[533].

Вооруженная борьба крымских партизан началась в исключительно сложной обстановке. Недостатки в организации, поспешность в действиях, а также случаи предательства привели к тому, что партизаны осенью 1941 года не имели в достаточном количестве оружия, снаряжения, продовольствия, топографических карт. Поэтому первые партизанские отряды действовали еще разрозненно. Почти всем отрядам пришлось столкнуться с трудностями организационного характера. Приходилось заниматься строительством землянок, заново укомплектовывать боевые группы, учить людей владеть оружием. Следовало также ознакомить партизан с местностью, дорогами, научить их ориентироваться в лесу[534].

Тем не менее уже 5 ноября 1941 года оккупанты получили первый серьезный удар. Его нанес Ичкинский партизанский отряд под командованием М.И. Чуба. В бою с врагом партизаны уничтожили 123 немецких солдата и офицера, потеряв при этом только два человека. Отряд Чуба был не единственным, кто в эти дни вступил в бой с гитлеровцами. Чувствительные удары по оккупантам нанесли партизаны Симферопольского, Евпаторийского и Бахчисарайского отрядов. Всего же за два первых месяца оккупации крымские партизаны уничтожили почти 1 тыс. солдат и офицеров противника[535].

Практически сразу руководство партизанским движением столкнулось с катастрофическим уменьшением численности отрядов. Шел отсев недостаточно стойких бойцов и командиров, часть из которых дезертировала из леса. Кроме того, Красноперекопский и Сакский отряды были оттеснены врагом в Севастополь и влились в части Красной армии. Несколько отрядов вообще не смогли выйти в лес. Наконец, имели место случаи открытого предательства, когда командиры распускали свои отряды, громили их материальные базы, а в худшем случае – наводили карателей на своих бывших товарищей (например, Албатский отряд)[536].

Многие отряды сильно поредели. Однако наряду с отсевом шло и пополнение. В ноябре личный состав партизанских отрядов значительно возрос за счет бойцов и командиров советских войск, которые были окружены в ходе осенних боев за Крым и не смогли прорваться в Севастополь. Это качественно укрепило ряды партизан, значительно повысило их боеспособность, так как среди вновь вступивших находилось много людей, имевших боевой опыт. Основная масса военнослужащих была включена в уже действующие партизанские отряды. Кроме того, бойцы и командиры Красной армии создали еще три самостоятельных отряда (так называемые «красноармейские»). Ими командовали подполковник Б.Б. Городовиков, капитан Д.Ф. Исаев и политрук А. Аединов[537].

В целом к концу ноября 1941 года в Крыму действовало 27 партизанских отрядов общей численностью в 3456 человек (из них около тысячи человек – военнослужащие Красной армии)[538].

В период обороны Севастополя советское командование поставило перед крымскими партизанами задачу парализовать передвижение вражеских войск, оттянуть на себя как можно больше немецко-румынских сил и, таким образом, ослабить удар по городу. С этой целью на шоссейных дорогах, ведущих к Севастополю, было организовано беспрерывное действие партизанских групп, которые уничтожали вражескую технику, боеприпасы и живую силу. Одновременно партизаны совершили ряд смелых налетов на вражеские гарнизоны. В результате за период с ноября по декабрь 1941 года им удалось провести свыше 150 боевых операций, выдержать 55 боев с немецко-румынскими частями и уничтожить при этом около 3 тыс. солдат и офицеров противника. Такая активность партизан вынуждала оккупантов держать значительные силы для охраны своих коммуникаций[539].

Немалые силы гитлеровцев отвлекали на себя керченские партизаны. Они базировались в Аджимушкайских и Старокрымских каменоломнях, где вели борьбу в исключительно трудных условиях[540].

Активно действовали партизаны в период Керченско-Феодосийской десантной операции. В ходе зимне-весенних боев 1942 года они совершили сотни боевых операций и диверсионных актов, постоянно воздействовали на коммуникации противника, его гарнизоны и штабы, отвлекая на себя до двух вражеских дивизий. За время существования Крымского фронта ими было уничтожено 12 тыс. немецких и румынских солдат и офицеров, 1500 автомашин, много другой военной техники и снаряжения[541].

С весны 1942 года наладилась связь партизан с советским командованием. Авиация стала доставлять в отряды оружие, боеприпасы, снаряжение, медикаменты, продовольствие, вывозить на «большую землю» раненых и больных. В результате через полгода после начала боев за Крым в партизанских отрядах насчитывалось 2822 человека[542].

Положение партизан, и без того нелегкое, намного ухудшилось после захвата гитлеровцами Керчи и Севастополя. На время прервалась связь с «большой землей», поэтому перестали поступать оружие, боеприпасы и медикаменты. Захватив Севастополь, немцы перебросили в районы действия партизан высвободившиеся части и усилили блокаду горно-лесистых районов полуострова. А вскоре гитлеровцы предприняли ожесточенную попытку расправиться с партизанским движением. В конце июля 1942 года против значительно ослабленных отрядов, которые насчитывали не более 500 полноценных бойцов, враг бросил 22 тыс. солдат и офицеров. Однако партизаны не только сумели выстоять, но и нанесли врагу ряд ощутимых ударов[543].

Самое тяжелое за весь период оккупации положение сложилось осенью 1942 – зимой 1943 года. Советский фронт отдалился от Крыма на сотни километров, и связь с «большой землей» нарушилась. Кроме того, как раз в это время стала приносить плоды политика оккупантов по привлечению к сотрудничеству местного населения, особенно крымских татар. При содействии мусульманских комитетов немцам удалось создать значительное количество отрядов самообороны и частей полиции, которые включились в активную борьбу с партизанским движением. Из-за этого крымские партизаны, фактически, были отрезаны от предгорного и степного Крыма и изолированы в горах. Создать собственными силами запасы продовольствия, боеприпасов, медикаментов и других материалов они не могли. В отрядах было много раненых и больных, а также ушедших под защиту партизан женщин, стариков и детей[544].

В этой обстановке советское командование предприняло попытку эвакуации части крымских партизан на «большую землю». Эвакуация началась в сентябре – октябре и продолжалась до декабря 1942 года. За это период удалось вывезти из леса 556 раненых, больных и истощенных партизан. Тем не менее вывезти удалось не всех. За это же время 450 человек умерло от голода, а 400 – было решено направить поодиночке и группами в степные районы Крыма на подпольную и диверсионную работу[545].