Читать онлайн «Полная история христианской церкви». Страница 80

Случился в Едессе сильный голод, а вследствие этого развились болезни. Ефрем усердно помогал страдающим, он убедил богатых поделиться с неимущими, устроил больницу и сам с любовью и заботливостью ходил за больными. Он умер около 380 года.

Заключая наше повествование о подвижниках IV века, скажем несколько слов об их влиянии на общество. Хотя подвижники тщательно старались скрыть свои подвиги и труды, однако их пример действовал сильно и благотворно на весь христианский мир. Их влияние столько же способствовало к распространению христианской веры, сколько в первые века пример мучеников. Мученики самой смертью своей проповедовали истинную веру. Встречая смерть с радостью, они тем доказывали язычникам бессмертие души, величие небесных благ и свое непоколебимое упование на Спасителя. Подвижники, добровольно умирая для мира, отказываясь от всех благ, которых так усердно ищут люди, преданные миру, доказывали тем превосходство благ духовных и жизни духовной. Их пример ясно говорил, что для христианина есть и в сей жизни лучшие радости и высшие утешения, чем все радости земные; что близость души к Богу всего отраднее, а истинно счастлив и свободен тот, кто посвятил свою жизнь Богу. И Господь оправдывал дивным образом доверие служителей Своих. Как некогда Он укреплял мучеников в минуты страданий и смерти, даруя им необычайную силу, твердость духа и небесные утешения, так Он укреплял и подвижников на их трудном пути. Он помогал им в борьбе с искушениями и душевным унынием, чудесным образом наставлял, озаряя их трудный, скорбный путь дивными проявлениями силы и благодати Своей. Кто получал от Него пророческий дух, кто силу творить чудеса именем Его, кто нежданные утешения в тяжкую минуту скорби и смерти. Эти дивные знамения поддерживали и укрепляли веру всех, доказывая постоянное попечение Господа о верных служителях Своих.

А между тем само уединение, постоянное стремление души к Богу, постоянная борьба с искушениями на пути к совершенству — все это укрепляло внутренние силы подвижника. Молитва очищала его душу, изучения Писания умудряли во спасение, неутомимая бдительность над собой делала способным научать и руководить других. Таким образом, в пустыне готовились опытные христианские наставники, твердые и мудрые пастыри Церкви Христовой.

Подвиги и святая жизнь отшельников внушали всеобщее уважение и возбуждали в других христианах ревность к службе Божией. Мы видели и далее увидим, что в борьбе между Православием и арианским лжеучением огромный сонм подвижников стоял всегда за истину; это имело сильное влияние. Один историк того времени пишет, что, когда возникло лжеучение, народ, удивляясь добродетелям и делам иноков, верил, что они мыслят правильно, и потому от людей, мысливших иначе, отвращался, как от зараженных превратным учением. Так было с египетскими монахами. Следуя своим наставникам, они противостояли арианам.

От великих подвигов отшельников, которые из любви к Господу жертвовали всеми радостями мира, перенесемся мыслью к тихой семейной жизни, проникнутой духом хри-стинской веры. Бесконечно разнообразны пути, которыми мы можем служить Богу, но одно необходимо — отдать Господу свое сердце и свою волю. Только при этом условии мы можем угодить Ему в тихой домашней жизни точно так же, как и гражданской деятельностью или пустынным подвижничеством. Примером могут послужить благочестивые семейства двух великих святителей: Василия Великого и Григория Назианзского, называемого Богословом. Эти святые мужи жили и действовали в одно время; их связывала нежная дружба, и потому имена их нераздельны в истории.

Оба родились в Каппадокии, и оба получили от родителей христианское воспитание. Семья Василия издавна отличалась горячей преданностью вере. Дед его матери лишился имения и жизни за имя Христа, родители отца во время гонения скитались семь лет в пустынях и лесах и тоже потеряли все имение, которое было отписано в казну. Но они считали все богатства земные за ничто в сравнении с истинной верой, и это драгоценное сокровище свято передали своему потомству. Отец Василия, уроженец Понта, славился красноречием в судах и в училищах. Его семья была многочисленной, и он сам, со своей женой Емилией, занимался воспитанием детей. Родители старались внушить детям горячую любовь к Богу и дать основательное знание христианского закона. Они постоянно помнили, что воспитывают своих детей не для сей жизни, а для вечности, и прежде всего старались сделать из них верных и усердных служителей Господа. Господь благословил их добрые старания.

Старшей в семье была дочь Макрина. Мать заботливо занималась ее воспитанием, постоянно руководствуясь при этом словом Божиим. Из книг Священного Писания она выбирала все, что могло быть доступно пониманию ребенка: то славословие, то молитву, то доброе поучение, и таким образом Макрина с ранних лет привыкала всегда возноситься мыслью к Богу и во всем руководствоваться словом Божиим. Перед всяким делом она творила молитву и испрашивала благословение Божие. При этом она была постоянно занята: то училась, то работала, то помогала матери в хозяйстве, то давала уроки младшим братьям и сестрам.

Пятнадцатилетняя Макрина славилась красотой, и самые знатные и богатые юноши сватались к ней. Один из них полюбился и ей, и родителям. Их обручили, но отложили свадьбу по молодости ее лет. Господу угодно было испытать девицу тяжелым горем: ее жених внезапно умер. Макрина глубоко скорбела о любимом женихе, но безропотно покорилась воле Господней. Она уже не захотела выйти замуж, и, когда ее уговаривали избрать себе супруга, отвечала: «Желаю хранить верность обрученному мне жениху; ибо в надежде воскресения не считаю его умершим, но живым у Бога и как бы отшедшим в далекую страну, где опять увижусь с ним».

С этих пор Макрина, забыв о себе, стала жить лишь для своей семьи. Она усердно занялась хозяйством и воспитанием детей, для которых сделалась как бы второй матерью: нянчила их, учила читать, занималась образованием до их юношеского возраста. После смерти отца на нее легло еще больше забот. Имение было небольшое, а содержание и воспитание семейства — шести сыновей и четырех дочерей, — требовало значительных издержек. Макрина взяла на себя все хозяйство и подавала всему дому пример деятельности, распорядительности, разумной бережливости. Она трудилась, как служанка, пекла хлеб, иногда работала за плату, чтобы доставить семье все нужное, не оставляя при этом и забот о воспитании. Когда все подросли, когда все братья избрали себе звание и сестры устроились, Макрина позволила себе отдохнуть и вести жизнь, какую ей давно хотелось. Она убедила мать удалиться с ней от мира. Емилия раздала имение детям и поселилась с Макри-ной в уединенном месте близ реки Ириса, в Понтийской области. К ним присоединилось несколько благочестивых жен, и таким образом устроился как бы монастырь, в котором подвижницы вели жизнь тихую, бедную, всю преданную трудам и молитве. Емилия тут скончалась, а Макрина дожила до глубокой старости. Ее брат Григорий, епископ Нисский,[146] оставил нам описание ее мирной кончины, озаренной радостным упованием на милосердие Божие и на вечную жизнь.

Приблизившись к тому месту, где жила Макрина, Григорий от встретившегося ему узнал, что она занемогла. Встревоженный, он ускорил свои шаги, но, прежде чем пойти к ней, он вошел в церковь, ибо в это время шла Божественная служба. Макрины в церкви не было; это еще более встревожило Григория. Затем он вошел в тесную келию сестры. Она лежала на полу, покрытая ветхим рубищем. Обрадованная прибытием брата, она воскликнула: «Благодарю Тебя, Владыко Боже мой, что даровал мне эту радость!» Она не могла привстать от сильной слабости, но тихо беседовала с братом, стараясь скрыть от него свои страдания, хранила спокойный и веселый вид, чтобы не опечалить его. Она говорила о дивном Божием Промысле, о мудрости и благости Господа, о том, для чего создан человек и как он из сей временной, скорбной жизни переходит к жизни нескончаемой. Настроив таким образом брата к спокойному воззрению на смерть, она уговорила его отдохнуть от долгого пути. Через некоторое время она вновь призвала его к себе. Полная духовной радости, она беседовала с ним, припоминала благодеяния, явленные Богом всему ее семейству, славила и благодарила Бога. «Как от некоего источника, текла благодать от уст ее, — пишет Григорий, — и весь ум ее был на небесах. Я с наслаждением слушал ее, думая: "О, если бы продлился день сей; чтобы долее насладиться ее беседой". Но уже преклонялся день; вечернее пение призывало в церковь, больная отпустила меня, и сама стала молиться».

На следующее утро, увидев сестру, Григорий понял, что видит ее в последний раз. Она, видя его скорбь, стала его утешать, ибо сама была полна духовной радости. Не было в ней ни страха смерти, ни сомнений, но лишь твердое упование укрепляло ее сердце. Долго беседовала она с братом и с окружавшими ее женщинами, потом всецело отдалась молитве. Все хранили молчание, прислушиваясь к ее словам. «Благодарю Тебя, Господи, — говорила она. _ Ты отстранил от нас страх смерти, ибо из конца нашей временной жизни сделал начало новой вечной жизни!.. Ты сном смерти успокаиваешь на малое время тела наши и вновь пробуждаешь их последней трубой!.. Как сокровище вверяешь Ты земле бренной наши тела и то, что Ты ей даешь. Ты взыщешь опять, преобразуя смертное и безобразное в бессмертие и благолепие! Ты избавил нас от греха и гибели! Ты сокрушил врата ада и, поправ силу смерти, сотворил нам путь к воскресению!.. Господи Боже вечный, к Которому привязалась я с детства, Которого возлюбила всеми силами души, помяни меня во Царствии Твоем, как помянул разбойника, вверившегося милосердию Твоему, и прости мне, что согрешила перед Тобою словом, или делом, или помышлением!»