Читать онлайн «Империи Древнего Китая. От Цинь к Хань. Великая смена династий». Страница 77

В древнем имперском государстве применялось три главных вида наказаний: смертная казнь, физическое увечье и принудительный тяжкий труд. Заключение под стражу наказанием как таковым не считалось, а скорее служило способом задержания подозреваемых и очевидцев преступного деяния на период судебного процесса. Однако заключение под стражей могло продолжаться очень долго, если судебный процесс затягивался. И как минимум один из специалистов в области права, описанный Сыма Цянем, умудрился держать подозреваемых в тюрьме неопределенно долго, когда считал, что император не желал их казни. Бань Гу тоже обращает внимание на то, что при обнаружении чиновниками сомнительного дела, по которому прийти к однозначному вердикту не получается, они держали людей в тюрьме без назначения срока39. Длительное лишение свободы с заключением под стражу без какого-либо судебного предписания считалось в Древнем Китае фактом жизни.

Высшей мерой наказания в тогдашнем Китае считалась смертная казнь, самым распространенным видом которой было отделение головы от туловища приговоренного к ней человека. Весьма часто после приведения такого приговора в исполнение голову, труп или то и другое вместе выставляли на всеобщее обозрение на базарной площади. Гораздо реже применялась казнь в виде рассечения туловища осужденного пополам по талии при помощи огромного лезвия, подвешенного с помощью блока. За особенно гнусные преступления, к которым причисляли казнь трех или девяти (магические числа, означающие всеобщность) семей родственников, главного преступника подвергали всем видам наказания: сначала на его лицо наносили татуировку, потом ему отрезали нос, затем обе ступни и в конце забивали до смерти. После наступления смерти его голову выставляли на базарной площади, а труп в том же самом месте рубили на куски. Число преступлений, караемых смертной казнью в период правления династии Хань, было очень большим, хотя преступления, каравшиеся смертной казнью, так же часто заканчивались амнистией или заменой на военную службу в приграничных районах40.

Вторая категория наказания в виде увечья вызывала большие споры и претерпевала изменения на протяжении всех веков правления династии Хань.

Изначально этими наказаниями предусматривалось нанесение татуировки на лицо преступника, отрезание его носа, ампутация одной ступни или обеих ступней и оскопление. В 167 году до н. э. все эти наказания, кроме оскопления, формально отменили и заменили такими наказаниями, после которых на теле приговоренного не оставалось отметин и увечий на всю оставшуюся жизнь. Нанесение татуировки заменили бритьем головы, ношением железного воротника и принудительной трудовой повинностью. Ампутацию носа или ступни заменили определенным количеством ударов на спине или ягодицам бастонадой (специальной палкой для телесных наказаний). Однако вес бастонады и число назначенных ударов мало кто выдерживал, жертвы обычно погибали по причине обильного кровотечения. Так что мера, объявленная актом милосердия, на самом деле послужила значительному ужесточению наказания.

Количество ударов и вес бастонады впоследствии сократили в 156 году до н. э., а потом еще раз в 151-м. Только когда такие наказания перестали вести к гибели истязаемых, чиновники начали жаловаться на то, что они перестали сдерживать рост нарушений общественного порядка. В ответ пришлось увеличить перечень преступлений, наказуемых смертью, и в более поздний период правления династии Хань количество караемых казнью преступлений превысило тысячу категорий. Оскопление вроде бы отменили как самостоятельное наказание еще до или вскоре после отмены других наказаний, предусматривающих увечье приговоренного. Однако изредка его применяли в качестве исключительной меры при замене смертного приговора другим наказанием (обычно военной службой на границе империи). Его снова отменили во втором десятилетии II века н. э. и, как кажется, после той даты никогда не применяли41.

Наиболее распространенным наказанием в начале истории имперского Китая считались каторжные работы на протяжении от одного года до пяти лет. Их продолжительность в каждом случае определялась особенностью трудовой задачи, такой как «возведение стен и несение часовой службы», «собирание дров для жертвоприношений» или (для женщин) «толчение зерна». Такими архаичными категориями нельзя было описать фактическую выполняемую работу. Она заключалась в строительстве дорог и мостов, службе в государственных мастерских, возведении дамб на реках, перевозке зерна и выплавке железа. Перед отправкой на каторгу всех приговоренных наказывали бастонадой, а за наиболее тяжкие преступления подвергали временному увечью. Приговоренному к пятилетнему сроку мужчине брили голову, а на шею надевали железный воротник, а приговоренному к четырем годам каторги – только сбривали бороду и усы42.

Еще одним видом наказания, широко применявшимся при династии Цинь, считалась ссылка. Такое наказание можно было часто присуждать преступникам, потому что при династии Цинь существовали малонаселенные и вновь покоренные области, которым шло на пользу переселение туда людей на постоянное проживание. Поразительный случай появляется в «Приемах опечатывания [домов] и ведения расследования»: «Обычный житель А. деревни X. заявил на предъявленное ему обвинение: „Я требую заковать ноги моего собственного сына С., числящегося обычным жителем той же самой деревни, в кандалы и выслать его на границу уезда Шу [провинции Сычуань] с судебным запретом на оставление им места изгнания». Чиновник не нашел возражений на такое требование и выдал подробные указания относительно того, как упомянутого сына следует сопроводить к месту ссылки. При династии Хань ссылки получили меньшее распространение, за исключением тех случаев, когда исполнение смертного приговора откладывали, а приговоренных к нему отправляли на границу43.

В дополнение к амнистиям от многих наказаний в циньском и ханьском Китае можно было откупиться. При этом китайцы применили тот же самый термин как при выкупе рабом своей вольной грамоты. В циньских юридических документах часто встречаются упоминания о возможности откупиться от ссылки, каторжного труда, увечья, оскопления и даже смертной казни44. В подавляющем большинстве случаев искупление принимало форму отказа от титула или внесения штрафа. Если штраф нельзя было внести, искупление могли назначить в виде срока трудовой повинности. Штрафы в строгом смысле этого слова налагались в основном на чиновников за упущения в исполнении своих обязанностей. При этом размер штрафа выражался в количестве приобретаемых в пользу государства комплектов доспехов, о чем говорилось выше. При династии Хань платежи обычно принимались в форме золота.

Какие-либо обобщения по поводу наказаний в Китае рассматриваемого исторического периода даются с трудом. С одной стороны, казни, увечье и даже обращение с волосами и одеждой, которым заменяли увечье, служили мощным фактором публичной демонстрации власти государства над телами его народа, а также его права на изгнание из человеческого сообщества тех, кто допустил тяжкие проступки. С другой стороны, многие наказания приняли вид искупления в обмен на услуги, деньги или титулы, который тщательно сформулировали с точки зрения дифференцированных отношений. Применение трудовой повинности в виде наказания, а также ссылки уголовников на границу или в недавно покоренные области заставляет нас взглянуть на тогдашние наказания как на дополнительный источник трудовых ресурсов государства. Где же здесь отличия от рабов на галерах и скованных цепью каторжников на древней территории нынешней Европы или Соединенных Штатов Америки?! Несмотря на то что писатели времен Хань настаивали на катастрофических последствиях чрезмерно подробных циньских норм и жестоких наказаний, в летописях их собственного периода сложно отыскать какие-либо заметные улучшения в этих областях, внесенные правителями династии Хань.

Существенные элементы судебной процедуры в Древнем имперском Китае получили весьма подробное освещение в дошедших до нас документах. В них отсутствует четкое разграничение между административными и юридическими полномочиями, и, как правило, главное административное лицо области совмещало в себе верховную судебную власть, а окружной судья совмещал в своем районе судебные полномочия и власть начальника гарнизона. Воевода пользовался правом наказания своих ратников, даже мог казнить особенно нерадивых. В письменах на камнях и летописных ссылках говорится о специально назначавшихся юридических советниках, оказывавших помощь чиновникам на местном уровне, однако больших подробностей этого дела не сообщается.

Судебными делами при центральном судебном присутствии занимались специально назначаемые чиновники. Верховным судьей столичной области служил сам организатор обрядов, числившийся верховным управляющим поселками, жители которых ухаживали за императорскими захоронениями. Однако верховным юридическим чином считался председатель суда высшей справедливости. Он вершил как суд по всем делам, имеющим отношение к имперскому дому, ленным царям или князям и высокопоставленным мандаринам. Он к тому же принимал решения по сомнительным случаям, передаваемым ему местными чиновниками. Наконец, высшим судьей, арбитром конечной инстанции и источником самого права выступал китайский император. Притом что подавляющее большинство императоров со всей своей охотой перепоручало юридическим чиновникам фактическую заботу о выработке вердиктов, они могли лично вмешиваться в это дело или уполномочивать на него конкретных наместников (таких, как «жестокие клерки», упомянутые выше) на проведение мероприятий имени владыки45.