Читать онлайн «Адмирал Колчак и суд истории». Страница 126

«Она будет объявлена в пределах следующих шести месяцев, между Владивостоком и крайней японской заставой на западе Сибири не останется ни одного японца. Корея и Китай присоединятся к России, и в то же самое время Америка предоставит свою помощь».

В других случаях американская военная разведка докладывала о евреях, сражавшихся в рядах Красной армии против американских сил, но такие сообщения были написаны, по большей части, без злобного или иного антисемитского подтекста. В августе 1918 г. американцы взяли в плен нескольких большевиков в районе Шкотова; среди них был Марк Жеринек, 36-летний опытный школьный учитель. Составленный им отчет констатировал: «Опасный тип этот агитатор-большевик. Усердный читатель социалистической и МИР [мировой индустриально-рабочей] литературы, отпечатанной по-русски и на идише в США, ввезенной в Россию контрабандой».

Спустя сорок лет Синклер, автор романа о сибирских событиях, напишет: «Колчак полагал, пытаясь получить признание Америки, что американское присутствие в Сибири принесет бесчисленный вред. Он был представителем типично антисемитского класса и воспринимал американских солдат в Сибири как отбросы нью-йорских и чикагских гетто, евреями самого низкого пошиба, для которых большевизм имел сильную привлекательность. Хотя он едва ли мог сказать хоть слово [Роланду С.] Моррису или Грэвсу о своей враждебности и подозрительности, однако последнее невозможно было скрывать». В этом романе главным персонажем выступал переводчик-еврей Джо Сильверман. Реальным же прототипом был другой еврей, лейтенант Ира Леверетт, который, по нравственным соображениям, отказывался сражаться с большевиками. «Возможно ли для еврея придерживаться нейтралитета к [российским] евреям?» – такова его дилемма. Его друг спрашивал: «Ты думаешь, что большевики – христиане?» И услышал в ответ: «Они уверены, что ад уж точно нееврейский». В конце концов, Леверетт вступил в конфликт со своими начальниками и дезертировал; и все же от него не отвернулись его товарищи и командиры.

Люди из окружения Колчака и союзнические должностные лица жаловались на засилье переводчиков-евреев в американских экспедиционных частях. Переводчики обвинялись в преднамеренном провоцировании инцидентов между американскими и колчаковскими отрядами. Генерал Грэвс рассказывал Розенблатту: «Они докладывали, что американские части укомплектованы из евреев и что я, как американский командующий, никогда не разговаривал с кем-либо из русских, кроме как через переводчика-еврея. Откуда это взялось, ведь те три переводчика, которых я имею, – не евреи? Однако в нашем распоряжении есть три солдата-еврея, я использую их, когда захочу, и, по моему мнению, эти трое намного превосходят русских и в военных вопросах, и во всем остальном, они не могут сравниваться с русскими, представляя собою прекрасный тип высокообразованных молодых людей».

В 1920 г. британский полковник Джон Уорд повторил сплетню в своей антиамериканской книге о Сибирской экспедиции. Уорд являлся левым членом палаты общин. Он стремился, по выражению Джона Сильверлайта, к «высокой идиосинкразической политической карьере». В 1921 г. на ту же самую историю о засилье переводчиков-евреев, повторенную в Соединенных Штатах Борисом Л. Брасолом, реакционным российским иммигрантом, вовлеченным в антисемитскую кампанию Генри Форда, незамедлительно среагировал Грэвс: «В составе американских штабов мы не располагали достаточным количеством переводчиков. И Соединенные Штаты, и Великобритания, в течение всей войны, с удовольствием использовали на службе евреев. Я никогда не интересовался, был ли солдат евреем или не евреем, не делая абсолютно никакого различия в своем отношении к людям, находящимся под моей командой… Полковник Уорд знал, что евреи были преданы анафеме в самодержавной России, он поддерживает партикулярную партию и своим ложным утверждением заискивает перед товарищами по партии в Сибири».

Состав американских экспедиционных частей в Сибири располагал талантливыми переводчиками-евреями. Некоторые офицеры в Спасском пытались заполучить Дэвида Сильвермана. «Он бесценен для общения с местными русскими и как гвоздь необходим для этой станции», – писал один из офицеров 11 августа 1919 г. Однако другой офицер ранее, 25 марта, из той же самой станции выслал следующую телеграмму: «Здесь крайне необходим опытный переводчик… Желательно человек, не замешанный в политике и не еврей». Американский офицер рассказывал историю о переводчике-еврее по фамилии Рубенович, «истинном американце, по воле сердца» ударившем русского капитана из-за его антиамериканских выпадов. Капитан пытался расстрелять еврея и сам погиб от пули оборонявшегося переводчика.

Американский консул в Архангельске Лесли А. Дэвис ходатайствовал в апреле 1919 г. перед британским генерал-майором сэром Виллиямом Эдмундом Айронсайдом, чтобы тот разрешил русскому еврею Льву Лейбсону стать его переводчиком. «Он представляет еврейскую национальность, младше девятнадцати лет, но я ручаюсь за его порядочность», – отмечал Дэвис. Вместо назначения Лейбсон был мобилизован в армию Колчака. Чарльз X. Таек, представитель американской комиссии по сельскому хозяйству во Владивостоке, писал 1 мая 1919 г. послу Роланду С. Моррису, что разыскивает «переводчика, не еврея, имеющего индустриальное образование и разделявшего идею по оказанию помощи фермерам. Это особенно важный пункт, поскольку Вы знаете, что имеющееся огромное количество переводчиков, используемых американскими силами в Сибири, состоит из евреев, не сочувствующих крестьянству». Российский еврей по фамилии Мейтин просился на должность переводчика. Военная разведка докладывала, что отец Мейтина – меньшевик, не заслуживающий доверия; «кроме того, сам [он] – еврей».

10 марта 1919 г. капитан Гарольд В.В. Фэй сообщал своим командирам из Харбина: «Вопрос использования нами такого количества евреев в различных службах становится все более острым. Молодежная христианская ассоциация открыто обвиняется в принадлежности к еврейской организации. Я сказал Аснаку, который помог мне и, по крайней мере, является евреем, что он должен быть начеку после 1 апреля… До тех пор пока мы нанимаем евреев, мы никогда не сможем заручиться полным доверием русских или совместно с ними работать». «Голос Приморья» напечатал в статье «Наше отношение к Америке и американцам», что переводчики-евреи ведут антибольшевистскую пропаганду.

7 апреля 1919 г. официальный агент отмечал в своем докладе «Еврейский элемент в России»: «Еврей наиболее сомнительный и ненавистный человек в России. Его только терпят: российское мнение постоянно склонно подозревать еврея в скрытности и мошенничестве. Он всегда всеми расценивался с глубоким подозрением. Если подобное явление имеет место с евреями на их отчизне, то возникает вопрос – насколько сильно ненависть русских будет проявляться по отношению к иностранным евреям, когда даже обычных иностранцев не очень-то русские и привечают? Наличие евреев в рядах американских армии, Красного Креста и Молодежной христианской ассоциации может рассматриваться только как чрезвычайно пагубное для интересов Америки в усилиях по реализации ее политики в России – оказанию помощи россиянам».

Спустя два дня, 9 апреля 1919 г., агент военной разведки В. Добровидов докладывал: «Русские рабочие, склонные к интернационализму, весьма благожелательны к евреям как образцам их идеала. Присутствие евреев в рядах американской армии импонирует им. Крестьянство же к евреям безразлично. Торговцы и землевладельцы евреев недолюбливают и полагают, что те станут их опасными и способными конкурентами. Офицеры и более высокие должностные лица евреев не переносят. Присутствие евреев в рядах американской армии рассматривается офицерами и торговым классом более чем отвратительным, поскольку они считают их (и не без причины) основоположниками революции и социализма…»

9 апреля 1919 г. лейтенант разведслужбы в Сибири Х.А. Морган писал полковнику Эйчелбергу, что в крупных городах Соединенных Штатов лидерами коммунистического движения являются евреи, они же – авторы и агитаторы, задействованные советской пропагандой. Он объяснял: «Более 90 % евреев, служащих в армии Соединенных Штатов, – выходцы из России; большинство из них – лингвисты и прирожденные агитаторы. Обе американские организации – Молодежная христианская ассоциация и Красный Крест, работающие в Сибири, в своем составе имеют значительный процент российских евреев, совсем недавно принявших американское гражданство». Он рекомендовал произвести замену или пополнение в американских экспедиционных частях, Красном Кресте и Молодежной христианской ассоциации с целью устранения евреев. 17 мая 1919 г. лейтенант Морган повторно писал, что для русских или других крайне небезопасно общаться с американцами посредством военных переводчиков-евреев. Тем не менее не то еврей, не то русский, по фамилии Романов, подозревался в том, что он являлся двойным агентом, работавшим и на американцев, и на большевиков. И все же лейтенант Морган рекомендовал заменить переводчиков-евреев на поляков или других людей нееврейского происхождения, говорящих по-русски. 27 мая 1919 г. полковник Эйчелберг инструктировал офицера тайной разведки 31-го пехотного полка: «Немедленно организуйте проверку оперативными сотрудниками честности и лояльности всех полковых переводчиков. Вследствие антипатии русских к евреям, рекомендуется не прибегать к услугам переводчиков еврейского происхождения, особенно в делах, связанных с русскими офицерами или русскими гражданскими ведомствами и должностными лицами».