Читать онлайн «Адмирал Колчак и суд истории». Страница 120

Однако не обходилось и без любопытных исключений, иллюстрировавших случаи отсутствия единого всееврейского подхода к различным политическим событиям, проявлявшимся даже в бурных антисемитизме и погромах. Генерал Г. Семенов был одним из наиболее жестоких казачьих лидеров Сибири. Бандитизм его людей не оправдывался никакими идеологическими соображениями. Тем не менее, показывая свое презрение Колчаку, он поддерживал евреев. Во всяком случае, казалось, он не был заинтересован в антисемитских погромах. Это не мешало грабить и убивать своих же русских братьев. Возможно, Семенов вел переговоры с Национальным еврейским Советом относительно формирования в его армии «еврейского полка». Согласно некоторым источникам еврейская часть действительно существовала. Она состояла из евреев, мобилизованных в Чите и в прилегающих местностях. Некоторые из этих рекрутов участвовали даже в пленении и казни повстанцев и большевиков.

М.А. Новомейский вспоминал, что силы Семенова «жестоко расправлялись с евреями, убивая прямо на местах». Некий русский называл генерала «головорезом». Поль Реинш писал о том, как Семенов, участвовавший в различных интригах, грубо мешал администрации железной дороги, поступая сообразно личной амбиции, подобно шаху монгольской империи.

В 1922 г. Семенов приезжал в Соединенные Штаты просить помощи для кампании против Советов. Конечно же, осужденный многими кругами как садист, он был арестован. Ассоциация сибирских ветеранов, в количестве 18 000 человек, протестовала против его визита… Вокруг тюрьмы в восточной части Нью-Йорка, где содержался атаман, массы людей устраивали демонстрации, потому что компания Fidelity & Deposit аннулировала свое поручительство по «патриотическим причинам» и Семенов не мог найти другой компании, представлявшей бы его интересы.

На сенатском слушании по депортации атамана полковник Чарльз X. Мурров вспоминал, как в Березовке (в Сибири) он допрашивал не специального уполномоченного офицера Никодима Новоселова: «Что Вы знаете об убийствах евреев и евреек?» Новоселов отвечал: «Сначала их грабили… затем расстреливали». Мурров телеграфировал в Госдепартамент, что Семенов «подлый и беспринципный враг Америки… самый большой монстр за все времена», несет ответственность за «предательское убийство американских солдат». Эдвин Л. Эрл, участник британской армии в Сибири, рассказывал сенаторам: «Семенов был воплощением всего того, что мы знали и слышали, в недавнем прошлом, о старорежимной политике по организации погромов и резни евреев».

Семенову не разрешили остаться в Соединенных Штатах. (Хотя он имел нескольких советников из евреев и любовных фавориток из мешуметок.) Его прибытие в Соединенные Штаты для организации кампании против Советов совпало с нападением Японии на Дальневосточную республику. 14 апреля 1922 г. Луи Маршалл писал председателю Комитета по расследованию деятельности генерала Семенова сенатору Вильяму Е. Бораху: «…я получил информацию, что среди тех, с кем [Семенов] поддерживал отношения в этой стране, был Борис Брасол, зарекомендовавший себя как руководитель монархической пропаганды в США. Это он активно распространял так называемые «протоколы Сионских мудрецов». (В декабре 1945 г. генерал Антон Иванович Деникин приезжал в Соединенные Штаты и левацкая организация – Комитет профсоюза еврейского единства протестовал против его визита.)

В июне 1920 г. в Николаевске, во время сражений с большевиками, имелся «еврейский отдел», но, кажется, еврейские офицеры и солдаты пожелали капитулировать. Большевики убили множество «белых» русских и японцев. Последний форпост по распространению их влияния был связан с Дальневосточным Приморьем. Они заняли Сахалин и увеличили силы во Владивостоке. Харбинская социалистическая газета «Вперед» отмечала: «В связи с дезертирством еврейского отдела, который перешел на сторону революционных войск, в Чите произошел погром».

20 апреля 1918 г. из Харбина Мэйсон писал в Еврейское общество содействия иммиграции, что с беженцами-евреями в Сибири большевики дурно обращаются, подозревая их в буржуазности и антибольшевизме, потому что Троцкий был евреем. Он сообщал, что во время выборов на Всееврейский конгресс, прошедших по всей России с 7 по 9 января 1918 г., результаты по Дальневосточному региону, включая Маньчжурию, принесли поражение для большевиков: 2400 голосов было отдано за основных сионистов, 180 – за рабочих сионистов, 300 – за еврейский социалистический рабочий Бунд и 181 – за Народную партию. 10 июня 1918 г. Мэйсон писал Маршаллу: «В Харбине и Владивостоке я получил информацию, что влиятельные русские щедро развлекают иностранных торговцев и других значительных людей соответствующих сфер, а когда приезжает иностранный газетный корреспондент, он ангажируется этими людьми, чьи жены и дочери окружают его заботой. Такой газетчик, уезжая из России, как правило, переполнен ненавистью к евреям».

Согласно Мокдони буржуазные еврейские элементы сыграли значительную роль в так называемой сибирской контрреволюции. Большинство сообщества волжских торговцев состояло из евреев. Они были главным образом из числа недавно приехавших, обогатившихся на войне. Не обладая либеральными традициями российских купцов, они влились в местное общество, требовавшее установления военной диктатуры против социализма. Согласно данным американской военной разведки в таких городах, как Бийск и Барнаул, едва ли проживали евреи, а если и проживали, то «не принимали никакого участия в политической жизни».

Видный еврейский сибирский торговец Симон Л. Скидельский посетил Японию для расширения ее коммерческих отношений с Приморским районом, богатым древесиной. В своем интервью для Japan Advertiser Скидельский с большим оптимизмом рассматривал будущее России и выражал свою неограниченную веру в Колчака и окончательный триумф «белой» армии. Он был уверен в том, что быстрейшее признание его правительства союзническими правительствами так усилит моральный дух армии, что за короткий период времени большевики сдадутся.

Только девятнадцать из 148 членов Сибирского Совета были евреями, и только один из пятидесяти двух – после свержения большевиков 6 ноября 1918 г. Еврейская община Владивостока приняла антибольшевистскую резолюцию. С ней во многом было схоже заявление еврейской общины Архангельска: «Пусть обвиняют и осуждают большевиков из евреев в равной степени с их соотечественниками других национальностей, но нет никакого повода для обобщенного и огульного обвинения тех людей, которые невиновны».

События в северной России, Сибири и соседних регионах представляли лучшее доказательство отсутствия единого всееврейского отношения к политическим катаклизмам, удостоверяя, что большинство российских евреев было антибольшевистским. В то же время нельзя игнорировать факты наличия среди большевистских лидеров нескольких евреев. Когда Казань была занята антибольшевиками, два еврея, Шенкман, председатель Совета местных рабочих, и Бройде, комиссар правосудия, руководившие защитой города, были казнены. Милч, литовский иммигрант-еврей, провозгласил в октябре 1917 г. советский режим и руководил главными силами Красной армии. Другой еврей и большевик Л. Сосновский – активист в уральских событиях. Конечно, руководители-евреи были также среди социалистов-революционеров и в других антибольшевистских партиях. Два еврея, А. Бат и Бернштейн, помимо своего участия в общинных национальных делах, возглавляли казанских кадетов. Большинство евреев и беженцев-евреев северной России и Сибири жили счастливо под социал-революционным режимом, который соответствовал их политическим взглядам и экономическим интересам. В ответ на обращение казанских социалистов-революционеров, адресованное ко всем гражданам, невзирая на национальности и религиозные убеждения, ряды армии пополнились несколькими сотнями евреев, главным образом студентами и добровольцами. Евреи Челябинска не признавали Октябрьской революции 1917 г. Только единственный беженец по фамилии Звилинг пополнил ряды большевистских лидеров. Приверженцы Звилинга любили его, «белые» же, против которых он героически боролся, руководя небольшой красной частью, ненавидели. Когда казаки его схватили, то, после мучительных пыток, разорвали на части.

В. Иосифов, посетивший Россию и вернувшийся в Америку, рассказывал комиссии сената о своих сибирских впечатлениях: «Во время большевистского переворота, расколовшего местный Совет, фракция левых большевиков (52 члена) организовала свой Совет. Среди этих активных большевистских повстанцев числился только один еврей, другие же восемнадцать сохраняли лояльность к старой организации». Он цитировал многих еврейских лидеров антибольшевиков. Даже среди тех, кто поддерживал генерала Семенова, имелось «много евреев».

Спустя несколько лет Александр А. Фадеев воспел еврейский героизм в борьбе против армии Колчака. В своей повести «Разгром», написанной в 1925–1926 гг., автор в деталях описал сражения в сибирских степях красноармейской части под командой еврея Левинсона.