Читать онлайн «История римских императоров». Страница 125

При Тиберии выборы в консулат и претуру осуществлялись уже не populus Romanus, а сенатом.905 Диоклетиан даже расширил эту компетенцию; до него император располагал правом рекомендации, т. е. он составлял список лиц, которые были желательны и из которых следовало выбирать. Начиная с правления Диоклетиана сенаты в Риме и Константинополе располагали свободой выбора, правда, лишь после того, как эти должности потеряли всякое политическое значение и превратились в исключительно городские посты. Только consules ordinarii* были имперскими служащими906 благодаря датировавшимся по ним годам. Однако с этого момента императоры со своей стороны больше не были обязаны предоставлять должности бывшим консулам и преторам. Во всем проявляется чудовищное различие между сенатом Августа и сенатом Диоклетиана. Тот был участвовавшей в соправлении инстанцией, а этот — представительской машиной.

Действительное участие в соправлении, которое, может быть, не четко и зачастую недостаточно подчеркнуто заключалось в вынужденном выборе императорами определенных персон. Раньше существовало строгое разграничение между домашними и придворными служащими императора и сенатскими имперскими служащими. Даже сам praefectus praetorio, [MH. II360] первый и знатнейший придворный служащий, вплоть до правления Александра Севера не был сенатором. Возможно, уже Север и Каракалла сломали эту границу, поскольку при них мы встречаем отдельных praefectus praetorio, бывших сенаторами. Александру же оставалось только постановить, что каждый префект преторских когорт сам (лично) (praefectus praetorio ео ipso) должен быть сенатором. Это стоит воспринимать не как возвышение положения сената, а как повышение гвардейского капитана.

Сам император изначально был сенатором и в лучшие времена принципата выбирался только из самых знатных родов. Вплоть до третьего столетия мы не находим ни одного императора, который не был урожденным сенатором. Пертинакс является первым императором, который в момент восхождения на престол хотя и был сенатором, но происходил из всаднического сословия, и это сравнительно скромное происхождение907 повлияло на его скорое низложение. Затем первым императором из всаднического сословия был Макрин;908 но он все-таки как praefectus praetorio уже был светлейшим мужем (vir clarissimus). С этого времени императоры все чаще происходят из низших слоев общества и вместе с тем исчезает предпочтение привилегированных сословий. Правительство стало плебейским и огрубело. Но чего следует ожидать, если на троне сидит император, который по своим знакам отличия был унтер-офицером!

Начиная с правления Александра Севера из армии исчезают tribuni militum. Военный трибунат был первой школой, которую проходили юноши сенаторского сословия в армии; после нее молодой человек переходил к карьере чиновника. Этому приходит конец [MH. II361] вместе с концом последней династии на римском императорском троне, со смертью Севера. С этих пор выходцы из низов стали в порядке вещей или, скорее, — в беспорядке. По свидетельствам, Галлиен вообще запретил сенаторам служить,909 однако вместе с тем он, вероятно, просто юридически запретил то, что уже стало обычаем 20 лет назад.

Каждый легион и каждая провинция имели в качестве начальника чиновника сенаторского ранга: легата — нечто вроде сегодняшнего адъютанта.910 Начиная со второй половины третьего столетия этот институт прекращает свое существование. Мы располагаем надписью, датируемой где-то 260-м годом, сообщающей о британском легате сенаторского ранга;911 более свежее известное нам упоминание о подобном легате встречается в надписи из Hispania citerior, сообщающей о Валентиниане, сенаторе и vir clarissimus при Карине.912 Вместе с тем существовала уже масса других легатов. Но они и должны были быть, если Галлиен действительно запретил сенаторам службу.

При легионах существует примечательная и достаточно старая институция — префекты лагерей или легионов (praefecti castrorum или legionis).913Это — своего рода дополнение к командующему легионом, который непременно должен был быть сенатором и потому зачастую не мог быть посвящен в детали службы. Поэтому в помощь ему назначался этот praefectus castrorum в качестве второго командующего, который начинал службу с низших чинов и разбирался во всем том, в чем не разбирался первый. Уже в ранней британской надписи praefectus legionis называется рядом с legatus legionis. Позднее должность легата попросту была [MH. II362] упраздена, вместе с этим высшие сословия лишились возможности участвовать в командовании армией. С этих пор командующие легионами, как и императоры, избирались из кругов унтер-офицеров. Возможно, они и были более компетентны, чем прежние знатные мужи, однако дух армии огрубевал все больше.

Наши сведения об этом времени в данном отношении исключительно скудны: многое утеряно, списки служащих фальсифицированы. Если основываться на изложенной в них информации, то можно увидеть, какую шаткую почву они из себя представляют. Особенно вводит в заблуждение употребление слова praeses (поручитель, гарант) для обозначения провинциальных наместников: они обозначаются одинаково вне зависимости от того, были ли они сенаторского ранга или нет.914 Между тем в общем следует полагать, что это титулование используется главным образом в связи с несенаторскими служащими: единственным настоящим критерием для обозначения сенатора является титул vir clarissimus,915 и если он отсутствует, то вероятнее всего речь идет не о сенаторе. Преемниками легатов, которые должны были иметь ранг сенатора, стали praesides, от которых не требовалось быть сенаторами. Замена производилась не по инструкции, а постепенно, когда личные или любые другие обстоятельства делали эту замену необходимой: например, в Паннонии это произошло на 20 лет раньше, чем в Испании. Когда при Галлиене сенаторы были выдворены из военных лагерей,916 не произошло никакой органичной замены этого института другим. Можно говорить лишь о тенденции.

Однако если где-то сенаторский наместник и оставался у руля, то он лишался военного командования, и тем самым было введено разделение военной и гражданской службы, которое является визиткой карточкой государства Диоклетиана и с которым не были знакомы ни Республика, ни ранняя Империя. Мы имеем очень интересную надпись из Паннонии917[MH. II363], в которой говорится, что командование было передано в руки префекта (легиона), исполняющего обязанности легата (praefectus (legionis) agens vices legati), и исходя из этих обстоятельств следует дополнить фразу, но словом legionis, а не provincia. Хотя можно было бы просто поставить перфектиссим или высокородный (perfectissimus или egregius) рядом с legatus, этого не произошло, так как замещающее лицо принимается на службу в качестве agens vices legati или praesidis. Легат лишился таким образом военного командования из-за разделения полномочий между ним и его номинальным заместителем. Иногда обе должности отдавались двум людям несенаторского ранга.918 Это было абсолютно чудовищной мерой.

Впрочем, чисто гражданские должности остались за сенаторами. И так уже было достаточно скверно, что они лишились всех военных постов и лучших должностей в гражданском управлении. Поворот был примерно таков, как если бы сегодня дворянство объявили неспособным занимать подобные государственные посты. Так что в сфере гражданских должностей компетенция сенаторских мужей даже была расширена, поскольку с этого времени Италия также считается провинцией и, следовательно, как все свободные общины (civitates liberae) подчиняется наместникам (correctores), которые, не имея никаких военных компетенций, выбираются из сенаторских кругов.919

При Диоклетиане, великом реформаторе, был организован этот переворот, вследствие которого гражданские посты занимали в основном сенаторы, а военные посты — несенаторы, т. е., короче говоря, произошло разделение военной и гражданской властей. Вместе с ними вдруг [MH. II364] разделились также военные и гражданские округа, которые до того полностью совпадали друг с другом. Для военного командования были назначены так называемые «ducate». «Dux» — слово, которое уже употреблялось раньше, но не несло в себе военно-иерархического смысла. Когда говорилось о dux, имелось в виду не определенное звание: это мог быть император или военный интендант (primipilus), а слово соответствовало примерно нашему «военачальник» или «командующий». Такие ducati militum, что-то вроде пограничного командования, теперь были введены на всех границах. Правда, в общем и целом старое разделение при этом осталось в силе. Дунайская граница (чтобы привести специальный пример), или limes Danubiensis, получила 8 duces, 4 из них принадлежали к Восточному Риму, другие 4 — к Западному Риму. В географическом отношении восточные части совпадали с провинциями, западные — нет.920 Duces никогда не принадлежали к сенаторскому сословию: Аммиан921 ясно говорит, что еще Констанцием ни разу не был назначен dux, который являлся бы clarissimus vir. Здесь господствовал простой солдат, который смог выслужиться.