Читать онлайн «История римских императоров». Страница 105

Центр военного командования, ранее находившийся на Рейне, теперь был передвинут на Дунай. До Веспасиана рейнский берег был оккупирован вдвое большим количеством войск, чем дунайский берег. С подчинением рейнского войска при вступлении на престол Веспасиана и связанными с этим численным сокращением и моральным упадком войска увеличилось число и престиж дунайских армий. Август расположил в Придунайской области 6 легионов: 2 — в Мезии, 2 — в Паннонии и 2 — в Далмации, которые, собственно, не имели никакого отношения к защите границы и были лишь реминисценцией Далматских войн. Ретия и Норик, средняя и верхняя дунайские границы, были свободны от войск, примерно от области выше Вены. Основание было не военным, а политическим: близость к Италии. Большие военные подразделения предпочитали располагать вдали от Италии; Аугсбург или Инсбрук как крупные военные лагеря давили бы на Италию совсем иначе, нежели Майнц или Бонн.

Вероятно, количество дунайских легионов уже при Веспасиане увеличилось с 4 до 10. И кроме того, к этой границе были оттянуты два далматских легиона, что, видимо, не возымело никаких нежелательных последствий для спокойствия тамошних горных долин. [MH. II220] Траян, завоевав Дакию, сформировал еще 1 легион, Марк — еще 2, так что начиная с 70-го года, примерно, до правления Марка численность дунайского войска возросла с 4 до 12 легионов.

При этом оказали влияние два момента: во-первых, соображения внутренней политики. Восхождение на престол Флавиев было по своей сути подчинением рейнского войска объединенным легионам Востока, Иллирии и Италии. После этого подчинения и подавления сопряженного с ним восстания Цивилиса рейнское войско было сокращено и переведено в военном мире на вторые роли. Во-вторых, правда, добавилась необходимость защиты дунайской границы.

С самого начала судьбу мира как во внутренней, так и во внешней политике вершили дунайские легионы. После подчинения Италии африканцем Септимием Севером дунайская армия осуществила то, что прежде не удалось рейнской армии: дунайское войско стало провозглашать императоров. Дунайские легионы состояли из рекрутов, набиравшихся из Иллирика, т. е. иллирййцы правили миром. Рейнская и евфратская армии занимали фланговые позиции, собственная власть находилась у Иллирика. Здесь и в дальнейшем решались судьбы [MH. II221] мира: как восточного, так и западного Рима. Готы продвигались вперед от Нижнего Дуная. Нападение на Галлию было фланговой атакой; после решительного боя между Аларихом и Стилихоном со стороны Дуная совершили нападение свевы и аланы.

Для этих общин вопрос национальностей сложен и более запутан, чем в Галлии и Африке. Иногда мы имеем дело с исчезнувшими народностями, с сильно раздробленным коренным населением, которое смешалось с наводнившими область толпами германцев. Западная граница, Vallis Poenina (название еще сегодня остается неизмененным), примыкала, собственно, почти вплотную к Галлии. Это целиком кельтская область, и лишь Август, который, предпочитая иметь вблизи от Италии незначительные регенства, своей политикой отделил ее от Галлии, которой она в соответствии со здравым смыслом должна была бы принадлежать, и присоединил ее к Ретии. Такие города, как Седун и Эбуродун,558 были явно кельтскими, такова была и их организация как племенных округов. Таким же неестественным было отделение Ретии и Винделиции от Галлии. Эти земли тоже были галльскими; Кемптен и Аугсбург были кельтскими, и эта связь была разорвана только по внешнеполитическим мотивам.

Ретия и Винделиция образовывали сдвоенную провинцию. Винделиция (Бавария) была тогда Галльской областью. Загадкой являются реты, которые населяли Тироль, Восточную Швейцарию [MH. II222] и северо-италийские горные области. Они не были кельтами, но не были и германцами. Возможно, они были иллирийцами, вполне вероятно, что и этрусками.559 Не исключено также, что речь шла о различных коренных жителях.560 Между тем сходство их с этрусками все же достаточно велико: мы находим многочисленные следы культуры этрусков и их надписей.561 Однако были ли это сами этруски или же другое племя, которое всего лишь заимствовало свою культуру у этрусков, определить невозможно, впрочем, это не так уж и важно. Интересно, что еще в императорскую эпоху в области около Вероны существовали sacra Raetica.562 Народ был жестко изолирован и мало доступен для римской культуры: это, должно быть, было своеобразное племя, которое практически невозможно было ассимилировать. То, что сегодня здесь говорят на латыни563, можно объяснить тем, что эти отдаленные, труднодоступные долины были последним оплотом и прибежищем римской культуры, когда германцы наводнили равнины; отсюда начиная с VI в. происходит видимость существования римской культуры в областях, где как раз менее всего она могла быть распространена. Во всеобщей истории ретийский элемент играет лишь незначительную роль.

[MH. II223] Чрезвычайно отличается от всего этого Noricum, сегодняшняя Штирия и Каринтия. Здесь была проведена ранняя и решительная романизация. По свидетельству Веллея,564 во времена Клавдия существовали значительные, исключительно римские города. Claudia Celeia (Цилли) или Virunum (у Клагенфурта) — ранние города. Собственно, нам неизвестно определенно, каким именно образом Норик присоединился к Риму. Что странно, область называлась Regnum Noricum в то время, когда королей здесь уже не было. Возможно, что вообще не существовало упорядочения в управлении провинцией (redactio in formam provinciae): какое-то время страна, видимо, управлялась местными королями, те в дальнейшем были заменены прокураторами. Учреждения Клавдия лишь формализировали то, что уже давно de facto имело место. Норик, вероятно, был завоеван не оружием, а при помощи торговых сношений. Aquileia, уже давно бывшая римским городом, и рудники Штирии были важными моментами. В гвардии, о которой нам известно, что она была монополией италиков, так же рано, как и италики, встречаются норийцы и тавры. Вероятно, изначально они были кельтами, но очень рано романизировались.

У истинных иллирийцев, а правильнее, должно быть, паннонцев [MH. II224] по Тациту565, язык отличался от кельтского.566 Этот народ существовал сам по себе, они не относились ни к германцам, ни к кельтам, они были аборигенами. Истрия, Далмация и Паннония были иллирийскими, и восстание в эпоху Августа было решительно национальным движением. Паннонцы заселяли Далмацию, Верхнюю и Нижнюю Паннонию, к ним же относились перемешавшиеся с ними племена — бойи и другие, которые, должно быть, переселились из области, называвшейся «Бойской пустыней»,567 т. е. здесь было в общем и целом разнородное, смешанное население. Сегодняшние албанцы, вероятно, являются последним напоминанием об этом малораспространенном народе.

Фракийские племена населяли области по правую и левую сторону Нижнего Дуная в обеих Мезиях, Дакию, позднее завоеванную Траяном, и области вплоть до Черного моря в направлении Константинополя. Между ними существовали кельтские и германские вкрапления, например бастарны.568Здесь не было таких однородных масс, определяющихся по национальному признаку, как на Западе.

Сюда же относились германцы, имевшие особое положение. Первоначально их здесь не было. Они были переселенцами, и нам известен тот удобный случай, при котором они оказались здесь. Маробод, вождь маркоманов, около 9 г. до н. э. вернулся из своих расположенных на Западе резиденций [MH. II225] обратно на Восток, чтобы избежать римского влияния. Он поселился в области сегодняшней Богемии, которая изначально принадлежала кельтским бойям: отсюда название «Böheim»569. Насколько известно, поражения германцев на Рейне не произошло, хотя его и ожидали в период правления Августа. Не удалось разорвать союз германцев или помешать Марободу. Определенно, после поражения Вара в 9 г. н. э. римляне не решались принимать какие-либо решительные меры. Мы уже отметили ранее, что оно послужило поводом к радикальному изменению римской политики на все времена. Маробод консолидировался. То, что не смогло сделать оружие Августа, сделала политика Тиберия. Он разжигал ссоры между германцами или просто использовал их: гот Катуальда (Кадвальд) выступил против Маробода, это первое упоминание о готах.570 Изгнанные князья подчинились, Маробод был интернирован в Равенну, Кадвальд тоже был схвачен. Эти вопросы, связанные с личностями, несколько туманны, однако не столь уж и важны; главное, что германские племена стали щитом от пограничных соседей, как убии на Рейне. О том, что стало с государством Маробода, определенно ничего на говорится. В любом случае, его люди вплоть до правления Домициана оставались преданными Риму и миролюбивыми.