Читать онлайн «Технология власти». Страница 66

1) группа Рютина,

2) группа Смирнова,

3) группа Скрыпника.

Хотя между этими группами было много общего по идеологии и программе, они все-таки не были связаны между собою организационно.

Группа Рютина, бывшего секретаря Краснопресненского райкома партии г. Москвы и кандидата в члены ЦК после XV съезда, вообще возникла вне ЦК. В ее состав входили, главным образом, бывшие участники правой оппозиции в среднем звене — Галкин, Астров, Слепков и др.

Группа Смирнова, долголетнего члена ЦК, бывшего секретаря ЦК и одного из деятелей "Петербургского союза борьбы за освобождение рабочего класса" Ленина и Мартова, была наиболее влиятельной. Авторитет А. П. Смирнова в партии был огромен. Он числился в личной гвардии Ленина как один из основоположников большевизма. Сейчас он входил в состав Оргбюро ЦК и поэтому хорошо знал всю закулисную "организационную политику" аппарата.

Группа Смирнова объединяла в себе преимущественно старых рабочих-большевиков, никогда не участвовавших в каких-либо оппозициях. Она имела свои ячейки в рабочей среде Москвы, Ленинграда, Иваново-Вознесенска и Ростова-на-Дону. К этой группе принадлежали некоторые из видных участников гражданской войны (Эйсмонт, Толмачев). Ее поддерживали и весьма видные деятели из среды профессиональных союзов. Программа группы Смирнова мало чем отличалась от программы бывшей группы Бухарина, но была более резкой и определенной. Смирновцы требовали:

1) пересмотреть однобокий курс "сверхиндустриализации", создающей диспропорцию в развитии народного хозяйства;

2) распустить колхозы и совхозы;

3) реорганизовать ОГПУ и поставить его под контроль закона;

4) удалить Сталина и его выучеников из ЦК;

5) отделить профессиональные союзы от государства.

Конечно, группа Смирнова понимала, что она бессильна добиться выполнения этих требований легальным путем. Об этом говорил и опыт всех предыдущих оппозиций. Поэтому она решила перейти на нелегальное положение и организовалась в самостоятельную группу "рабочих-большевиков".

Как я уже указывал, платформа группы Смирнова по существу была новым изданием платформы правой оппозиции Бухарина. Была, однако, и одна существенная разница во времени, которая делала группу Смирнова опасней для сталинского большинства, чем была группа Бухарина. Разница сводилась к следующему.

Бухаринцы выдвинули свою платформу и объединились в группу в условиях, когда ЦК: 1) вместе с теми же бухаринцами только что покончил с левыми (троцкисты) под право-центристским флагом (Бухарин плюс Сталин), 2) хозяйственная и организационная политика Сталина еще не была проверена практикой. Другими словами, бухаринцы предупреждали возможное направление и последствия сталинского плана, не имея еще достаточных данных для его дискредитации, тогда как смирновцы атаковали этот самый план на основе его первых практических результатов.

Результаты эти были весьма серьезны и конкретны:

1. Развал плана принудительной коллективизации сельского хозяйства, катастрофическое падение зернового хозяйства, массовый убой поголовья скота и связанный с этим небывалый голод в стране, особенно на Украине, где, по самым осторожным данным специалистов, погибло от голода до пяти миллионов человек.

2. Образование кричащей диспропорции в развитии промышленности, когда курс на развитие тяжелой промышленности привел к почти полному застою в развитии легкой промышленности и предметов широкого потребления.

3. Превращение ОГПУ в силу, стоящую и над партией и над государством.

Группа Смирнова, реставрируя старую платформу правых, исходила не из теоретических соображений, а из этих практических результатов сталинской политики. При всей своей диалектической изворотливости Сталин был бы беспомощным против таких фактов, если бы ими располагали в свое время бухаринцы. Ими теперь располагали смирновцы. Но зато и Сталин располагал теперь гораздо большим, чем в 1928 году, — "монолитным единством" в ЦК и ЦКК и усовершенствованным партийно-полицейским аппаратом на местах. Однако группа Смирнова и не собиралась апеллировать к партии. В этом заключалась другая и самая важная разница между нею и оппозицией Бухарина.

Группа Смирнова решила первый и последний раз в истории сталинизма перенести спорные проблемы хозяйственного и политического курса на суд рабочих и крестьян, именем которых он управлял. Это возможно было сделать только в глубоком подполье, формально не противопоставляя себя партии. Создание нелегальных ячеек в важнейших рабочих центрах и собирание оппозиционных сил в рядах партии — такова была подготовительная работа Смирнова. Свержение сталинского руководства мыслилось как акт восстановления "советской власти". Это уже было второе издание ленинского плана "пролетарской революции", на этот раз против диктатуры партаппарата и ОГПУ. И главный лозунг Смирнова оставался тот же ленинский — "вся власть Советам!" Смирновцы выступали за реставрацию власти Советов, узурпированной сталинцами. На этой платформе группа Смирнова постаралась привлечь к себе бывших лидеров "правой оппозиции". Бухарин категорически отказался вообще вступать в контакт с группой Смирнова. Так же поступили Угланов, Котов, Михайлов и другие. Рыков и Томский, вероятно, имели встречи со Смирновым, но дальше этих безобидных встреч дело не пошло. Уроки 1928–1929 годов пошли на пользу правым.

Но не спал и Сталин. В конце 1932 года чекисты раскрыли группу Смирнова. В январе 1933 года объединенный пленум ЦК и ЦКК по докладу Рудзутака рассмотрел и дело самой группы. Никаких уличающих документов против Смирнова на пленум представлено не было, кроме свидетельских показаний секретных сотрудников того же ОГПУ о противопоставлении смирновцами "советской власти" партаппарату. Правые лидеры, к которым обращался ранее Смирнов, в своих же интересах заявили, что, кроме обычных разговоров "на тему дня", они ничего не слышали от Смирнова. Тем не менее решение пленума было весьма суровым. Оно небольшое, но весьма характерное. Я привожу его поэтому полностью[105].

"Об антипартийной группировке Эйсмонта, Толмачева, Смирнова А. П. и др.

1) Объединенный пленум ЦК и ЦКК ВКП (б) устанавливает, что Эйсмонт, Толмачев, Смирнов и др., заявляя на словах о своем согласии с линией партии, на деле вели антипартийную работу против политики партии. С этой целью они создали подпольную фракционную группу, причем Эйсмонт и Толмачев вербовали своих сторонников среди разложившихся элементов, оторвавшихся от рабочих масс, буржуазных перерожденцев.

2) В момент, когда партия подводит итоги величайшим победам пятилетки, эта группа, подобно рютинско-слепковской антипартийной группировке, ставила своей задачей по сути дела отказ от политики индустриализации страны и восстановление капитализма, в частности кулачества.

3) Исходя из этого, объединенный пленум ЦК и ЦКК ВКП (б) постановляет:

а) одобрить решение Президиума ЦКК об исключении из партии Эйсмонта и Толмачева, как разложившихся и переродившихся антисоветских людей, пытавшихся организовать борьбу против партии и партийного руководства;

б) на основании резолюции X съезда партии исключить из Центрального Комитета ВКП (б) Смирнова, предупредив его, что в случае, если всей своей работой в дальнейшем не заслужит доверия партии — будет исключен из партии.

Объединенный пленум ЦК и ЦКК ВКП (б) устанавливает, что члены ЦК Томский и Рыков и кандидат в члены ЦК Шмидт вместо действительной и активной борьбы с антипартийными элементами за генеральную линию партии и практическую политику ЦК партии стояли в стороне от борьбы с антипартийными элементами и даже поддерживали связь со Смирновым и Эйсмонтом, чем по сути дела поощряли их в их антипартийной работе, причем всем своим поведением давали повод всяким антипартийным элементам рассчитывать на поддержку бывших лидеров правой оппозиции.

Объединенный пленум ЦК и ЦКК требует от Рыкова, Томского и Шмидта коренного изменения своего поведения в вопросах борьбы с антипартийными элементами и предупреждает их, что при продолжении их нынешнего поведения к ним будут применены суровые меры партийных взысканий".

Таким образом, резолюция Сталина — Рудзутака признавала, что

1) группа Смирнова стояла на платформе правых;

2) группа Смирнова опиралась на рабочих, хотя и "обуржуазившихся".

Организационная связь бывших лидеров правой оппозиции с группой Смирнова не была установлена. Несмотря на это, Рыкову, Томскому и Шмидту объявлялось последнее предупреждение (но без упоминания Бухарина, так как Бухарин на пленуме резко отмежевывался от группы Смирнова).

Характерно, что Сталин не решился дать в этой резолюции огласку тому факту, что коммунисты Эйсмонт и Толмачев во время обсуждения их вопроса на пленуме уже находились под арестом как "враги советской власти", а требование самого Сталина (Рудзутака) подвергнуть той же участи члена ЦК Смирнова было отвергнуто пленумом. Ничего не говорила резолюция и об идее "вся власть Советам". По другому поводу на том же пленуме Сталин объяснил, что такое "Советы без сталинцев"[106]: