Читать онлайн «Вторая мировая война». Страница 144

Решимость де Голля объединить Сопротивление под своим началом крепла, хотя как кадровый офицер он не очень верил в нерегулярные войска. Но если бы движение Сопротивления во Франции признало его главенство, то англичане и особенно американцы вынуждены были бы с этим считаться. Кроме таких групп, как Нотрдамское братство, которой командовал полковник Реми (военный псевдоним кинорежиссера Жильбера Рено), очень немногие были действительно голлистскими. Но такие группы, как «Сражение», которую основал Анри Френэ, постепенно осознали необходимость совместной работы. С другой стороны, коммунисты не доверяли де Голлю, который, как они считали, превратится в крайне правого военного диктатора.

Осенью 1941 г. в Лондоне появился Жан Мулен, который в 1940 г. был самым молодым префектом во Франции. Прирожденный лидер, Мулен произвел впечатление как на УСО, так и на де Голля, который сразу почувствовал в нем человека, способного объединить французское движение Сопротивления. В первый день нового, 1942 г., Мулен вернулся во Францию с приказом де Голля, назначившим его своим главным представителем в стране. Его задачей была реорганизация возможно большего количества групп в маленькие ячейки, которые были бы не так уязвимы для проникновения в них агентов абвера и СД (службы безопасности) – контрразведывательной службы СС, которую часто путают с гестапо. Задачей Сопротивления ставилось не предпринимать открытых боевых действий, а подготавливать освобождение Франции войсками союзников.

Мулен, который нуждался в профессиональном военном для командования будущей Тайной армией, привлек к этому генерала Шарля Делестрэна. Неустанно работая, Мулен смог взять на себя руководство основными группами Сопротивления в неоккупированной зоне Франции: Combat («Сражение»), Liberation («Освобождение») и Franc-Tireur («Вольный стрелок» – не путать с коммунистической организацией Francs-Tireurs et Partisans, т.е. «Вольные стрелки и партизаны»). Несмотря на эти успехи, английское правительство все равно не было намерено передавать отдел F в состав «Сражающейся Франции». Как ни странно, поддержка американцами Дарлана очень помогла де Голлю договориться с коммунистами. ФКП была недовольна тем, что союзники поддержали Дарлана, бывшего премьер-министра Виши, по распоряжению которого их товарищи были казнены как заложники. В январе 1943 г. Фернан Гренье прибыл в Лондон в качестве представителя ФКП при «Сражающейся Франции». В следующем месяце Пьер Лаваль, подчиняясь германскому требованию об увеличении количества работников для отправки в рейх, учредил Службу принудительных работ. Эта трудовая повинность глубоко возмущала французов и вынудила десятки тысяч молодых людей скрываться в лесах и горах. Группы Сопротивления были переполнены из-за притока людей, и хотя их было сложно прокормить, а тем более вооружить – «маки», как их называли в народе, стали массовым движением.

Весной Мулен создал Национальный совет Сопротивления и вступил в контакт с группами на севере Франции, чтобы убедить их присоединиться. Но в июне началась череда неудач, вызванных в основном слабой конспирацией. СД удалось проникнуть в некоторые группы. Генерал Делестрэн был арестован в парижском метро, а 21 июня Жан Мулен и все члены Национального совета Сопротивления были окружены в доме на окраине Лиона. Мулена так жестоко пытал гауптштурмфюрер СС Клаус Барби, что через две недели он умер, никого не выдав. Напуганные всеми этими провалами и лавиной продолжающихся арестов англичане стали еще меньше доверять BCRA.

Голлисты снова организовали Совет Сопротивления, на этот раз под руководством Жоржа Бидо, честного, но не харизматичного левоцентристского католика. Из-за того что Бидо не хватало четкости и уверенности Мулена, усилили свое влияние коммунисты, в маленькие, но крепкие группы которых очень редко удавалось внедриться немецким агентам. Согласившись сотрудничать с голлистской Тайной армией, коммунисты надеялись получить больше оружия и денег от УСО. Они также пытались внедрить в различные комитеты Сопротивления свои «подводные лодки», как называли коммунистов-нелегалов, скрывавших свою принадлежность к партии. Их представление об освобождении Франции было диаметрально противоположным идее голлистов. Контролируя комитеты и наращивая свои вооруженные формирования в организации «Вольных стрелков и партизан», они надеялись превратить освобождение в революцию. Однако они не знали, что у Сталина были другие заботы, и недооценили политическое мастерство голлистов.

Сам де Голль, который находился почти в полном забвении после сделки союзников с Дарланом и проталкивания американцами генерала Жиро, вскоре взял реванш над своим соперником. Рузвельт направил Жана Моне советником Жиро, но Моне, хотя и был противником де Голля, теперь проявил реализм. Втайне он работал над тем, чтобы облегчить передачу власти. Тридцатого мая 1943 г. де Голль приземлился на аэродроме Maison Blanche («Белый дом») в Алжире, где Жиро встречал его с оркестром, игравшим «Марсельезу». Англичане и американцы наблюдали за всем со стороны и участия не принимали. Вскоре последовали яростные разногласия, слухи о заговорах и даже похищениях людей. Все эти интриги привели генерала Пьера де Бенувиля к заключению, что «Алжир больше всего похож на Виши».

Третьего июня был основан Национальный комитет освобождения Франции, и де Голль диктовал почти все действия этого органа, который являлся вероятным будущим правительством страны. Де Голль, с его замечательной способностью предвидения, также посчитал необходимым попытаться провести переговоры со Сталиным, и не только для того, чтобы лучше ладить с французскими коммунистами. Он решил направить своего представителя в Москву. «Сражающаяся Франция», единственная среди западных союзников, уже направила на Восточный фронт группу истребителей. Первого сентября 1942 г. эскадрилья «Нормандия» уже готовилась в Баку к началу учений и переподготовки на истребители Як-7. Вступив первый раз в бой 22 марта 1943 г., полк «Нормандия-Неман» до окончания войны уничтожил 273 самолета люфтваффе. Де Голль рассчитывал, что хорошие отношения между СССР и Францией дадут Сталину дополнительный козырь в отношениях с Западом и укрепят позиции самого де Голля в общении с англосаксами.

После завоевания Бельгии Гитлер приказал, чтобы с фламандцами обращались хорошо. У него была идея, что при будущей реорганизации Европы они смогут стать некой зависимой территорией германского рейха. Часть территории Бельгии к югу от Аахена, как и Великое герцогство Люксембургское, была включена непосредственно в рейх. Потребность в большем количестве солдат на Восточном фронте заставила Гиммлера в 1942 г. увеличить численность войск ССчастями из «германских» стран, которые включали скандинавов, голландцев и фламандцев. В дополнение к легиону «Валлония», сформированному фашистом Леоном Дегреллем, видевшим себя будущим лидером Бельгии при «новом порядке», был также создан и Фламандский легион. Всего около 40 тыс. бельгийцев из обеих общин страны служили в войсках СС – в 2 раза больше, чем количество французов в дивизии СС Charlemagne («Карл Великий»).

Подавляющее большинство бельгийцев ненавидели эту вторую за четверть столетия германскую оккупацию своей страны. Выходило множество подпольных газет, а юные участники Сопротивления писали на стенах лозунги против оккупантов. Как и в других оккупированных странах, на стенах появлялись нарисованные мелом знаки V, означавшие победу союзников (Victory). Когда в 1941 г. Рудольф Гесс перелетел в Британию, они писали на стенах Heil Hess! («Да здравствует Гесс!»). Немецкая армия прагматически игнорировала эти булавочные уколы. Но когда серия забастовок стала угрожать промышленному производству, отношение оккупационных властей изменилось к худшему.

Вооруженное сопротивление было бы самоубийственным, поэтому многие высокопоставленные бельгийцы, включая бывших офицеров разведки, делали все, что могли, шпионя на союзников. Со временем была образована подпольная Тайная армия, насчитывавшая около 50 тыс. членов, но ей пришлось выжидать, пока освобождение не будет уже у ворот страны. Бельгийское правительство в изгнании в Лондоне и отдел УСО, курировавший страну, глубоко не доверяли друг другу. Самым толковым руководителем отдела был Харди Эймис, принявший дела в середине 1943 г. Позднее он стал официальным дизайнером одежды для королевы Великобритании Елизаветы II.

Более боевой организацией был руководимый коммунистами Фронт независимости, бойцы которого, кроме организации забастовок, убивали коллаборационистов на улицах бельгийских городов. Другие группы отважных патриотов спасали летчиков, сбитых во время бомбардировок Германии, помогали им выбраться с оккупированных немцами территорий, прокладывая специальные маршруты. Самым удачным был маршрут «Комета», организованный молодой женщиной Андре де Йонг (подпольная кличка – Деди). Многие бельгийцы, рискуя жизнью, скрывали у себя бельгийских евреев. Беженцам-евреям из других стран, оказавшимся в стране, повезло меньше. Они составили большую часть из 30 тыс. евреев, депортированных из Бельгии в концлагеря.