Читать онлайн «Всемирная история: В 6 томах. Том 1: Древний мир». Страница 193

Благодаря императорским форумам, общественным термам и паркам рядовые римляне проводили свой досуг в такой роскоши, которой раньше могли пользоваться только немногие богачи.

Римский городской плебс. Неослабевающее внимание принцепсов к благоустройству и украшению Рима объясняется не только тем, что Вечный город был столицей и зримым воплощением Римской державы, но также и особым значением для новых правителей поддержки римского городского плебса. В городе при Августе проживало около миллиона жителей. Еще недавно считалось, что в массе своей они относились к люмпен-пролетариям, кормившимся подачками властей и богатых патронов. Однако сейчас полагают, что большинство из них сами зарабатывали себе на жизнь ремеслом, торговлей и трудом по найму.

Жизнь в громадном мегаполисе, не знавшем себе равных ни в древнем мире, ни в средние века, была очень нелегкой для большинства его обитателей. Непомерно высокая квартплата даже за самое плохое жилье, постоянная теснота и давка, связанная с высокой плотностью населения, неискоренимая уличная преступность и постоянная угроза голода, пожаров и наводнений, обвалов многоэтажных домов (инсул) отравляли их существование и нередко провоцировали массовые волнения и выступления. Эти волнения представляли особую опасность в силу не только многочисленности рядовых жителей Рима, но и их особого статуса. Полноправные обитатели любого италийского муниципия были и сознавали себя в первую очередь гражданами своего малого отечества: перузинцами, нуцерийцами или арпинатами, и лишь во вторую — римскими гражданами. Полноправные обитатели самого Рима были и мыслили себя только римлянами и, следовательно, римским народом, обладателем высшей государственной власти, владыкой всех подвластных Риму стран. На своем городском форуме они избирали не городских, а общегосударственных магистратов и принимали общегосударственные законы. Поэтому они считали себя вправе требовать от избранных ими представителей власти особого внимания к своим нуждам и интересам. Любое массовое выступление в Риме могло рассматриваться не как бунт распоясавшейся черни, а как выражение державной воли всевластного римского народа.

В эпоху гражданских войн городской плебс Рима отличался особой политической активностью, которая была отнюдь небескорыстной. Он открыто торговал своими голосами на выборах магистратов и с помощью своих вожаков — популяров нередко добивался принятия законов в своих эгоистичных интересах. Действуя на народных сходках (конциях) и в народном собрании (комициях) от имени всего римского народа, он фактически узурпировал его верховную власть. Большое значение имели также его близость к главным органам власти, многочисленность и привычка к организованной политической деятельности. В этих условиях принцепсам приходилось с лихвой компенсировать римским плебеям все их потери, дабы использовать их в качестве своей опоры.

Сразу же после установления нового политического режима одной из главных обязанностей принцепсов стала забота о снабжении Рима и его населения предметами первой необходимости: 200 тыс. римских плебеев бесплатно получали от государства зерно из расчета 5 модиев в месяц на человека (легионер получал 3,5 модия). Префект города и его помощники следили за торговлей продовольственными товарами, контролировали цены, а также весы и меры на рынках. Префект анноны и его служащие стремились наладить бесперебойный подвоз в город хлеба из заморских провинций (в первую очередь из Африки и Египта), его хранение и распределение.

При Августе и его преемниках были введены особые привилегии для владельцев судов, привозивших в Рим зерно. В голодные годы, когда случались перебои со снабжением, из Рима изгоняли рабов и чужеземцев с тем, чтобы легче было прокормить оставшихся граждан. Когда однажды в связи с очередной нехваткой зерна римским плебеям стали выдавать хлеб низкого качества, они окружили на Римском форуме императора Клавдия (41–54 гг. н. э.), осыпали его оскорблениями и забросали хлебными корками. Сильно помятому принцепсу с большим трудом удалось ускользнуть во дворец. После этого он принял решительные меры, чтобы наладить бесперебойное снабжение Рима хлебом.

В эпоху принципата достигает своего высшего расцвета система раздач денег и подарков римскому городскому плебсу. Денежные раздачи (конгиарии) устраивались в связи с каким-либо важным событием в жизни принцепса или его годовщиной: приход к власти, рождение ребенка или похороны в семье самого правителя или его ближайших родственников, триумф по случаю одержанной на войне победы, государственный праздник. На монетах этого времени часто изображается раздача конгиария гражданам самолично принцепсом. Это могли быть корзинки с едой или жетоны беспроигрышной лотереи, по которым можно было выиграть плащ, фазана, а если повезет — дом или поместье.

Впрочем, для завоевания симпатий городского плебса важнее всего были не хлебные раздачи и не конгиарии, а зрелища. Как в Риме, так и в других городах державы они пользовались наибольшей популярностью и привлекали гораздо больше граждан, чем любое народное собрание. Как сообщают, Август во время празднеств расставлял по всему Риму воинскую стражу, чтобы обезопасить обезлюдевший город от грабителей. По словам Цицерона, именно на зрелищах было легче всего узнать мнение и суждение римского народа.

И в отношении строительства предназначенных для зрелищ сооружений, и в отношении разнообразия, многочисленности и великолепия самих зрелищ эпоха принципата не знает себе подобных. В это время римские магистраты устраивали не меньше зрелищ и раздач, чем раньше, но принцепсы намного превосходили их всех вместе взятых. При Августе на празднества приходилось 66 дней, занятых в основном публичными играми и зрелищами. К концу принципата праздничные дни занимали почти полгода.

По мнению римского оратора, писателя и государственного деятеля Фронтона (середина II в. н. э.), устройство зрелищ было одной из самых важных обязанностей правителя. Как правило, когда принцепс находился в Риме, он обязательно присутствовал на зрелищах вместе со всеми магистратами. Во время путешествий он устраивал за свой счет великолепные празднества в тех городах, которые посещал. Большинство принцепсов разделяли любовь к зрелищам с остальными римлянами.

Август приказал зрителям из числа римских граждан посещать зрелища в тогах, причем для разных категорий выделил особые сектора: отдельно для граждан и неграждан, для взрослых и детей, для мужчин и женщин, для военных и штатских. Среди граждан — отдельно для сенаторов, всадников, зажиточных и бедных плебеев. Таким образом, театр и амфитеатр как в Риме, так и в других городах, стали наглядной моделью римского общества. Благодаря своей многолюдности и раздельному размещению разных категорий зрителей зрелища могли использоваться для массовых манифестаций единства всех граждан любого сословия и статуса и их сплоченности вокруг принцепса. Когда тот входил в цирк, театр или амфитеатр все зрители вставали и устраивали ему овацию. Его также приветствовали хоровыми выкриками (аккламациями).

Во 2 г. до н. э., когда Август вошел в театр, увенчанные венками зрители провозгласили его «отцом отечества». Он принял это почетное звание, а в своих «Деяниях…» заявил впоследствии, что она была ему вручена единодушно сенатом, всадниками и всем народом.

Поскольку считалось, что римский народ обладает высшей властью в государстве, такие массовые манифестации рассматривались как свидетельство всенародной поддержки политики правящего принцепса и, следовательно — законности его власти. Рассказывают, что один из сыновей императора Веспасиана специально подстраивал манифестации на зрелищах с требованием казни того или иного тайного противника императора. После таких демонстраций «народной воли» незамедлительно проводились аресты и казни.

Но и рядовые граждане могли использовать зрелища в своих интересах, обращаясь к присутствующему принцепсу с просьбами и требованиями от имени всего римского народа. Зрители могли вести себя более свободно, чем где бы то ни было еще (словосочетание «театральная вольность» стало в Риме крылатым выражением), а принцепс и другие представители власти, наоборот, вели себя очень предупредительно и нередко шли народу навстречу. Просьбы и требования зрителей чаще всего были связаны с теми же зрелищами, раздачами и подарками, но иногда они принимали характер политических манифестаций. Принцепса могли просить о снижении податей, отмене непопулярного закона или изгнании ненавистного всем фаворита. Если к такого рода просьбам не прислушивались, они могли иногда перерастать в массовые демонстрации, когда громадные толпы выплескивались за стены театра, сметая все на своем пути.