Читать онлайн «Падение Запада. Медленная смерть Римской империи». Страница 62

Армия «нового образца»

Как мы уже знаем, под контролем Диоклетиана и Константина параллельно гражданской административной реформе прошла масштабная реструктуризация армии. Войска разделили на два отдельных класса: comitatenses и limitanei. Последние получали меньшую плату, требования к физическому развитию солдат были ниже, но они состояли из профессионалов, посвящавших все время военной службе. Название их происходило от слова, обозначавшего военную дорогу (limes), хотя относительно его точного смысла есть некоторые разногласия. Limitanei иногда также именовались riparienses (от ripa — «берега реки»). Они дислоцировались в провинциях, в основном в приграничных районах; командовали ими «вожди» — duces. В их обязанности входило патрулирование и поддержание правопорядка близ тех мест, где располагались гарнизоны, а также отражение не слишком крупных нападений — в том числе нападений банд налетчиков, насчитывавших несколько десятков, максимум двести человек. В одном исследовании отмечено, что у нас нет никаких сведений о набегах банд численностью менее четырехсот человек; отсюда делается вывод, что меньшие группы систематически задерживались силами limitanei{293}.

Командная структура comitatenses была полностью автономна; вероятно, эти войска предназначались для перемещения из одной области в другую. Наименование происходило от слова comitatus (императорский двор), и, очевидно, согласно первоначальному замыслу, они должны были состоять в распоряжении императора. Не исключено, при Константине они составляли отдельную армию, готовую вести кампанию везде, куда бы он ни направился. Когда три его сына в 337 году поделили империю, comitatenses также расчленили на три самостоятельные армии. Со временем появились новые самостоятельные армии, дислоцированные на конкретных территориях. На практике командование comitatenses обычно вверялось военачальникам, имевшим, подобно Сильвану и Урзицину, титул magister militum (магистр войска, доел, воинов). Существовали варианты этого титула: magister equitum (магистр конницы) и magister peditum (магистр пехоты), но его обладатели командовали не исключительно пехотой или кавалерией, а смесью того и другого. В качестве подчиненных при magister militum находились офицеры в ранге комитов (comes, во множественном числе — comites; от него происходит английское count — «граф»). Опять-таки слово восходит к обозначению граждан, традиционно составлявших свиту императора во время путешествия или кампании. В некоторых случаях комиты получали в распоряжение небольшие независимые отряды[44].

Magister militum обычно командовал значительными силами, хотя маловероятно, чтобы эти войска были больше, чем армия, какими в I—II веках руководили сенатские легаты в крупных провинциях, имевших важное стратегическое значение. Их было всего три (к концу столетия их численность удвоилась, но никогда не превосходила шести), и это позволяло императору удерживать над ними постоянный контроль. Однако эпизод с Сильваном показал, что этого может быть и недостаточно. Безопасность императора в большей мере обеспечивало сложное распределение ответственности и власти в провинциях. Армия делилась на две части, одна из которых (limitanei) превышала по численности другую. Однако сотрудничество между limitanei и comitat-enses, несомненно, было распространенным явлением, и на практике высшие офицеры могли одновременно командовать в ходе кампании войсками обоих типов. Куда более резкая граница пролегала между армейским начальством и гражданскими властями.

Армия зависела от гражданских чиновников, обеспечивавших ее деньгами, продовольствием и одеждой. Даже оружие и другое снаряжение, которое в Ранней империи производилось в собственных крупных мастерских легионов, теперь изготавливали на государственных оружейных фабриках под надзором префектов претория. Magister militum, планировавший сместить императора, должен был сохранять в тайне не только тот факт, что солдаты поддерживают его, но и сотрудничество с большим количеством чиновников (или то, что их заместили другие). Одному человеку было куда труднее познакомиться со всеми «нужными» людьми и расположить их к себе. В то же время люди, служившие в независимых друг от друга структурах, могли послать доносы (как основанные на подлинных фактах, так и сфабрикованные), где говорилось о нелояльном поведении других. Система обеспечивала императору некоторую защиту — ценой снижения эффективности своего действия. Из-за того что полководцы не контролировали обеспечение продовольствием и прочими припасами, ход кампаний подчас тормозился или они вовсе откладывались{294}.

Численность римской армии IV века была так велика, что по сравнению с ней раздувшийся бюрократический аппарат по-прежнему выглядел небольшим. Подавляющее большинство людей, получавших жалованье и находившихся под контролем императоров, составляли солдаты. Точные размеры армии нам неизвестны. В основном исследователи полагают, что она была больше, нежели армия II века — быть может, на пятьдесят или сто процентов, — но имеющихся свидетельств недостаточно, и вследствие этого вычисления во многом строятся на догадках. Доподлинно известно то, что соединений в армии IV века стало больше; у нас также имеется полный список тех из них, что существовали в самом конце IV — начале V века. Некоторые соединения расформировали в период правления Констанция II, вместо них появились новые, но этот список дает нам ясное представление о том, какова в его дни была армия в общем и целом. К несчастью, нет четких свидетельств о размерах каждой боевой единицы, и мы не можем, основываясь на этом списке, подсчитать численность армии{295}.

Limitanei представляли собой весьма пеструю смесь различных типов войск. Некоторые соединения появились еще во времена Марка Аврелия и даже ранее — легионы, а также когорты ауксилиариев и кавалерийские алы; другие возникли недавно. В целом в limitanei кавалерии было больше, чем в comitatenses, — несомненно, из-за того, что они использовались для патрулирования. Соединений, в которые были бы одновременно включены пехота и кавалерия (как в когортах Ранней империи), не имелось. Ряд легионов дислоцировался на нескольких аванпостах; часть была разделена на пять гарнизонов, а в начале V века в состав Тринадцатого Сдвоенного легиона (Legio XIII Gemina) входило пять гарнизонов на Дунае, еще один в Египте, а также одно соединение comitatenses. Но несмотря на это, они насчитывали куда меньше солдат, чем пятитысячные легионы времен Ранней империи. Также можно почти с полной уверенностью утверждать, что в основном соединения были меньше когорт и ал ауксилиариев II века (насчитывавших примерно по пятьсот человек). Большинство фортов, занятые limitanei, были очень малого размера — крохотного по сравнению с фортами, где в прежние времена квартировали ауксилиарии. Египетский папирус, датированный началом 300 года, также свидетельствует об очень малой численности соединений. В нем упоминается кавалерийская ала численностью сто шестнадцать человек (через год она увеличилась до ста восемнадцати человек); кавалерийская вексилляция, приданная легиону, состоявшая из семидесяти семи человек, и отряд конных лучников, куда входил сто двадцать один человек. Часть соединений приписанной к легиону пехоты достигала пятьсот человек, но войска на верблюдах, похоже, включали всего пару десятков солдат{296}.

Ситуация с comitatenses столь же туманна, хотя такого разнообразия, как в случае limitanei, здесь не было. Пехота состояла из легионов и нового типа войск, известных под названием auxilia. Последние (а также часть первых) относились к разряду palatina; это наименование было весьма престижно, причем такие войска пользовались рядом преимуществ в оплате и разного рода поощрениями. Однако по функциям они не отличались от остальных. Все кавалерийские соединения назывались вексилляциями (vexilla-tiones); они были меньшего размера, нежели пехотные полки. Согласно общепринятым оценкам считается, что кавалерийские отряды насчитывали шестьсот, а пехотные — примерно тысячу—тысячу двести человек. Однако некоторые упоминания в наших источниках подразумевают меньшую численность соединений: триста пятьдесят — четыреста и восемьсот соответственно. Непонятно, отражают ли вышеуказанные цифры действительную численность отрядов, сокращавшуюся из-за болезней и смертей, или их теоретические размеры. В паре источников упоминаются командиры, сохранявшие в списках своих отрядов имена выбывших, чтобы получать предназначавшееся тем жалованье и довольствие. Пехотные соединения comitatenses составляли пары между собой и, по-видимому, постоянно действовали совместно. Это, очевидно, создает дополнительные затруднения, так как нельзя с уверенностью сказать, что имел в виду наш источник: численность одного соединения или двух, которые автор рассматривает как неразделимую пару{297}.[45]