Читать онлайн «Византийское государство и Церковь в XI в.: От смерти Василия II Болгаробойцы до воцарения Алексея I Комнина: В 2–х кн.». Страница 102

Система воинских участков внесла в военную организацию черты родового и общинного быта. Стратиот имел собственный дом, семью, домашних и слуг; участки родственников соприкасались и к ним примыкали участки лиц хотя и не состоявших в родственной связи, однако же соединенных узами соседства и принадлежности к одной деревне или одной общине. Отсюда естественно произошло, что связь между стратиотами, обусловленная земельно-родовыми отношениями, продолжалась и на войне: они выступали в поход, окруженные родственниками (συγγενείς), домашними и слугами (οικείοι, θεράποντες, ύπηρέται, ύπασπισταί, οπαδοί), в строю располагались родственными группами. Наглядным примером могут служить состоятельные стратиоты, властели, обладавшие достаточными материальными средствами, чтобы иметь слуг, которых у стратиота убогого могло и не быть. В 1049 г. происходила несчастная для греков битва с печенегами, в которой участвовал и Константин Кекавмен. Когда греки обратили тыл и бежали вместе со своими предводителями, один Кекавмен остался геройски сражаться вместе со своими слугами и некоторыми из родственников.[2021] Впоследствии, в 1057 г., подготовляя приверженцев Комнину, замышлявшему восстание против Стратиотика, Кекавмен открыл замысел сначала слугам и родственникам[2022] и потом, найдя сподручников до тысячи человек, стал склонять других. Восставший Исаак Комнин начал продвигаться к Константинополю, имея при себе охранную стражу из своих родственников.[2023] В 1053 г. греческое войско было разбито печенегами при Великом Преславе. В сражении участвовал, между прочим, Никифор Вотаниат, который с небольшой горстью стратиотов предпринял затем отступление, под тучей стрел печенегов, наскакивавших со всех сторон. Лошади у греков были перебиты и они шли пешком, закрывшись щитами. На третий день стратиотам удалось отбить у печенегов три лошади, каковые были предложены Вотаниату и двум его оруженосцам.[2024] Когда в 1067 г. малоопытная в военном деле молодежь, отданная под команду антиохийского дуки, потерпела, как выше сказано, неудачу в борьбе с турками и возвратилась на родину, магистр Никифор Вотаниат (антиохийский дука) стал сдерживать набеги варваров с помощью местных жителей и собственных своих оруженосцев.[2025] Восставший в 1077 г. против Парапинака Никифор Вриенний двинулся из Диррахия в Адрианополь со стратиотами, прислужниками и союзниками.[2026] В городе Редесто в пользу Вриенния стала агитировать Ватацина. Когда историк Атталиот, оказавшийся в тот раз в Редесто, хотел выехать из города в сопровождении своих людей, он нашел городские ворота на запоре и под охраной гоплитов Ватацины. Лишь угроза Атталиота начать войну и боязнь Ватацины и ее сыновей за исход войны раскрыли перед ним ворота.[2027] Затеявший восстание Никифор Василакий насчитывал в рядах своего войска немалое число собственных оруженосцев.[2028] Обычай окружать себя родственниками и вооруженными прислужниками и в сопровождении их выступать на поле битвы практиковался не только у выдающихся властелей военного сословия, но и у обыкновенных стратиотов, как показывает последний поход Романа Диогена, в 1071 г. Из истории этого похода известно, что когда однажды прислужники стратиотов вышли на добычу, турки сделали на них нападение и смяли;[2029] известно также, что каппадокийцы были построены по группам из родственников и соседей, — в таком порядке они отступали после рокового сражения Диогена с турками.[2030]

Естественная группировка по родовым и общинным началам существовала как бытовой факт рядом с искусственным делением войска на отряды для целей военного управления и боевого строя. Почвой деления служили фемы, как военные округи. XI век представляет в этом отношении большую простоту и однообразие, сравнительно с предшествующим временем. Если не обращаться к памятникам военного устройства более древнего времени, ограничиться сочинениями Льва Мудрого и Константина Багрянородного, а также некоторыми новеллами X в., то и данных, в них заключающихся, достаточно, чтобы убедиться, что еще в X в. терминология, применявшаяся для обозначения военных отрядов и лиц, ими управлявших, свидетельствовала о двух порядках, параллельно существовавших и друг от друга отличавшихся. Были отряды войск, носившие название θέματα, и были отряды, называвшиеся τάγματα; одни с другими не смешивались.[2031] Фемы управлялись стратигами и подразделялись на турмы, управлявшиеся турмархами. Из тагм, иначе называвшихся еще бандами, составлялись друнги;[2032] тагмой или бандой управлял комит (сельский староста), а друнгой — друнгарий; комит может быть сопоставляем с турмархом, друнгарий — со стратигом. Для выяснения различия между делениями этих двух порядков, с одной стороны фемами и турмами, с другой друнгами и тагмами, можно обратиться к аналогии старого времени: фема выдержит сравнение с прежним legio, тагма с cohors,[2033] фемами обозначались отряды войск греческих, тагмами — варварских войск,[2034] Не без некоторого основания можно искать объяснения такому различию в истории славянских поселений и основания славянских общин, обязавшихся византийскому правительству военной службой; само название друнг (задруг, дружин) и банд можно производить от славянских корней. Славяне были для греков варвары, поставляемые ими отряды войск греки называли поэтому тагмами, в отличие от фем. Это были отряды селений, входивших в состав известной общины, выступавшие под предводительством сельских старост и в своей совокупности образовывавшие общинную дружину, предводительствуемую волостным старшиной. И подобно тому как фемы и турмы сообщили мало-помалу свое имя административным округам и их подразделениям, точно так же именем друнгов и банд обозначались славянские общины и входившие в состав общин селения.[2035] Но различие между терминами с течением времени сглаживалось, понятия смешивались: как некогда понятия legio и cohors смешались вследствие уравнения варваров в правах с римскими гражданами, точно так же смешение тагм с фемами произошло вследствие полной акклиматизации на византийской почве общинного устройства и того обстоятельства, что общинный строй постепенно начал растворяться в общегосударственном византийском строе. Самые термины удержались, но потеряли свою обособленность: название друнгариев сделалось равнозначным с названием стратигов, с той только особенностью, что оно стало прилагаться к стратигам морских фем; название тагмы, в применении к военному отряду, вытеснило название турмы и фемы. Уже в X в. обнаружились признаки этих перемен;[2036] в XI в. изменение частью является установившимся фактом, частью идет далее.

В XI в. войско набиралось в фемах,[2037] которые были сухопутными или морскими, давали конных и пеших стратиотов или гребцов и экипаж для флота, морских стратиотов, пловцов.

Отряды сухопутных войск, выставляемых фемами, носили название тагм, с присоединением того прилагательного, которое отличало одну фему от другой. Таким образов получались: тагма колониатов,[2038] тагма халдиев,[2039] тагма армениаков,[2040] тагма харсианитов,[2041] тагмы анатоликов,[2042] тагма каппадокийцев,[2043] тагма опсикийская,[2044] тагма фракисийцев,[2045] тагмы фракомакедонян,[2046] тагма болгар[2047] и пр. Иногда тагма называется еще фалангой, например, фаланга харсианитов,[2048] но такое словоупотребление встречается очень редко, преимущественно у писателей, претендующих на изящество речи и подражающих классическим образцам.[2049] О численности тагмы можно судить по тому, что протоспафарий Катакалон Кекавмен, предводитель тагмы армениаков, защищавший Мессину в 1040 г., имел в своем распоряжении 300 человек конницы и 500 пехоты.[2050] Некоторые фемы выставляли одну такую тагму, следовательно, здесь тагма соответствовала прежней феме, как отряду войска; другие, более населенные и обширные фемы выставляли несколько тагм, например, Анатолик не менее двух,[2051] — в этом случае тагма соответствовала прежней турме, как военному отряду. В фему Анатолии входили, между прочим, две древние области: Писидия и Ликаония;[2052] стратиоты этих областей соединенными силами поставляли одну тагму, которая называлась поэтому тагмой фидератов,[2053] а также тагмой писидийцев и ликаонцев.[2054] Италийская фема выставляла, по-видимому, три тагмы: одна состояла из калабрийцев, другая из апулийцев, третья из жителей Капитанаты.[2055] Каждая тагма делилась на части (μέρος), которые могли получить разное назначение,[2056] так что присутствие тагмы в полном составе в одном месте не было необходимостью. Самый состав тагмы из всадников и пехотинцев неизбежно вел к выделению двух главных частей: пехоты и конницы. Кроме этих двух крупных частей, тагма дробилась на так называемые лохи. Лох обыкновенно состоял из 16 человек, но это число не было непременным условием и в случае нужды могло быть уменьшено: у Торника при осаде Византии в лохах было менее чем по 16 человек.' Особенно сокращалась численность, когда по каким-нибудь соображениям делались сокращения в стратиот — ских реестрах, как, например, при Константине Дуке. Когда Роман Диоген, по вступлении на престол, прибыл в фему Анатолик, и по его приказу собрались тагмы стратиотов с их предводителями, можно было видеть лохи, состоявшие лишь из нескольких человек.[2057] Деление на лохи, наряду с делением на тагмы, было существенной принадлежностью византийского военного строя,[2058] отличавшей его от строя наемников.[2059] Тагмами предводительствовали стратиги, лохами — лохаги.[2060] Именем стратигов назывались и командующие всеми тагмами, входившими в состав фемы, — обыкновенно это были правители фем, стратиги в собственном смысле,[2061] и командующие каждой отдельной тагмой — обыкновенно турмархи (если фема выставляла более одной тагмы),[2062] и командующие частями тагмы, всадниками или пехотинцами, иерархи.[2063] Таким образом все вообще предводители войска, снаряжавшегося в сухопутных фемах, были или стратиги, или лохаги, и Никита Стифат выражается совершенно правильно, когда, доказывая необходимость для ищущих отшельнического жития испробовать предварительно свои силы в общежитии, под руководством других, и заимствуя для этого сравнение из военного устройства, называет только стратигов и лохагов и говорит: разве может выйти на единоборство с мириадами врагов и совершить нечто доблестное тот, кто неопытен в войне и кто, сражаясь в царском строю под командой стратигов и лохагов, не в состоянии показать никакой доблести и молодечества и одолеть хотя бы одного врага?[2064]