Читать онлайн «Мать Мария (1891-1945). Духовная биография и творчество». Страница 44

В целом, прогноз матери Марии о будущем континентальной Европы – самый неутешительный. У Европы, после грядущего поражения Германии и духовного краха государств, подпавших под владычество фашистов, нет собственной идеи: старый государственный принцип себя изжил, а предложенный Германией и Италией принцип Римского,"языческого империализма" – обречен на провал. Европа после войны и оказалась, как во многом верно предсказывала мать Мария, под влиянием Атлантического блока во главе с США, с одной стороны, и СССР – с другой. Обличая европоцентризм, мать Мария предсказала возрастание роли в будущем мире азиатских стран, которые освободятся из‑под власти империалистических стран Европы[404].

Анализ духа коммунизма, значительно более"вселенского"(хотя не менее тоталитарного), чем дух нацизма, позволил матери Марии в 1941 г., в разгар битвы под Москвой, сделать правильный прогноз о том, что Россия вместе с Англией и Америкой в этой войне выйдет победительницей. Дело, впрочем, не в том, что коммунизм сильнее нацизма. Сопротивление русского народа нацизму, согласно матери Марии, показало, что сталинский режим не абсолютен, что, хотя сейчас он как никогда силен и авторитетен, рано или поздно он должен будет сойти на нет. Русский народ переживет захвативший его дух коммунизма. залогом чего для матери Марии был народный характер войны, пробуждение того чувства личности, личной инициативы, которую она увидела, например, в партизанском движении и даже в ударничестве[405].

В своих попытках разглядеть сквозь сталинизм признаки будущего возрождения России мать Мария как будто выражает свою относительную симпатию к коммунизму по сравнению с нацизмом, в частности, когда пишет, что согласно коммунистическому мифу, принимаемому пролетариями и на Западе,"Москва – Мекка пролетариата, Иерусалим свободолюбия, и этим самым уже гроб деспотизма"[406]. Но это только"тезис"в ее"Размышлениях", которому противостоит"антитезис":"Можно возразить, что все же доктрина красной Москвы по самым принципам своим есть доктрина тоталитаристская… И если это так, – а это действительно так, – то всякий успех России есть успех власти, подготовивший ее, а успех власти есть торжество той доктрины, на основе которой она создавалась"[407]. В этом случае, замечает мать Мария, Советская Россия, ответственная за начало Второй мировой войны (подписанием пакта с Гитлером), победив в ней, принесет Европе диктатуру не меньшую, чем гитлеровская. Тем не менее, мать Мария не принимает как абсолютные ни коммунистический"тезис", ни антикоммунистический"антитезис". Идеологии не могут победить жизнь:"На самом деле, ни одна доктрина в мире, каким бы могуществом она не обладала, как бы она не подчиняла себе целые народы, – никогда не могла себя воплотить в историческом процессе"[408]. Даже если"шигалевщина"воплотилась в России до конца, то"на этой дороге дальше идти некуда. Можно только консервировать достигнутые результаты. Но жизнь никогда не ограничивается консервированием достигнутого, – она идет дальше. Если на одной дороге нет больше возможности идти, она ищет другую дорогу. Эта другая дорога всегда связана со сложнейшим комплексом идей, характерным для предыдущих эпох существования данного народа, и с острым ощущением ущерба в той части жизни, которую угнетала торжествующая доктрина"[409].

Мать Мария не могла знать, когда именно изживет себя коммунизм в России и как это произойдет, но последний отрывок достаточно точно описывает то состояние, в котором Россия находилась в конце XX века и пребывает до сих пор. Таким образом, мать Мария не изменила своей оценки коммунизма как зла и в то же время указала на конечность этого зла. Как и другие деятели"Нового Града", она считала, что коммунизм и породившие его причины должны быть духовно изжиты самим русским народом (в России и в эмиграции) и не могут быть побеждены никакой интервенцией извне[410]. Ее патриотизм в годы войны не был сопряжен с предпочтением коммунизма нацизму, как"меньшего зла". Речь в ее статье идет о том, что коммунистическая идеология сама зайдет в тупик, потеряет силу. Отсюда – понимание матерью Марией войны против Гитлера как необходимой не только для выживания народа, но и для изживания коммунизма. Если народ выживет, во что она верила и за что боролась, коммунизм будет изжит. Этим мать Мария оправдывала свою поддержку Советской России и сотрудничество с коммунистами в войне с фашизмом.

Правильность выбора матери Марии очевидна, но ясно, что преодоление коммунистического наследия произойдет только тогда, когда коммунизм не просто потеряет силу, а когда Россия по–настоящему освободится от этого духа. Именно за это умирали христианские мученики в России, как об этом писала и мать Мария. К сожалению, в"Размышлениях"это важное соображение отсутствует. Вместо него мы встречаем надежды на то, что Россия, когда в ней будет изжит коммунизм, принесет миру то, что сумеет его обновить. Идея о том, что Россия спасет Европу, берет начало от славянофилов и Достоевского[411] и остается у матери Марии нераскрытой. Есть только намеки на принцип"соборности", в котором преодолеваются индивидуализм и коллективизм, и который, будучи внесен в общественно–политическую жизнь, сможет обновить мир. Но ведь принцип соборности на самом деле – церковный, и как возможно внести его в мир без превращения мира в Церковь?.. Но об этом и говорила в самый критический момент истории XX века (когда мир меньше всего походил на Церковь!) мать Мария. Неосуществимое и утопичное в плане социально–политическом, пророчество матери Марии о России и мире осуществилось в плане личном в ее собственной жизни и в жизни ее соратников. Они и были вместе с мучениками и всеми христианскими подвижниками на Родине и в эмиграции в тот момент Россией, ставшей Церковью, – Телом Христовым, ломимым ради спасения"дальних и близких".

Обратимся теперь к важнейшей для понимания мыслей и судьбы матери Марии второй части"Размышлений", посвященной судьбам еврейства. Эта тема у матери Марии встречается в нескольких произведениях:"Размышлениях", в пьесах–мистериях"Солдаты"(1942) и"Семь чаш"(1942), в стихотворении"Два треугольника, звезда"(1942). Биографы матери Марии подробно описали, как вместе со своими соратниками, в первую очередь, о. Димитрием Клепининым, она спасала евреев от уничтожения нацистами, снабжая их справками о крещении, укрывая и переправляя в безопасное место[412]. О теоретических взглядах матери Марии на судьбу еврейства тоже написан уже ряд статей[413]. Вместе с тем, есть несколько важных аспектов данной темы, которые до сих пор не раскрыты.

В отличие от многих русских мыслителей, писавших по"еврейскому вопросу"[414], мать Мария до того момента, когда сама включилась в дело спасения евреев, о них ничего не писала. Как заметила сестра Иоанна Рейтлингер:"Что касается евреев, то у матери Марии не было какого‑то к ним специфического интереса… они были для нее такие же братья, как и все другие… у нее скорее было"несть эллин, ни иудей"[415]. Среди друзей матери Марии, как говорит сестра Иоанна, было немало выходцев из еврейской среды, но их вообще было много среди русской интеллигенции[416], и никакой специфической любви (или нелюбви) к евреям у матери Марии не было.

Но сказать это явно недостаточно. Как мы писали в первой главе, всю свою жизнь, размышляя о судьбе русского народа, мать Мария пользовалась такими словами–понятиями, как"Израиль","мессианство","богоизбранный народ", которыми пользуются и иудеи. В свою очередь, эти понятия прошли у нее знаменательную эволюцию. Так, до революции, в"Руфи"мать Мария говорила о православном русском народе как об"Израиле", позднее, в двадцатые годы, понятие Израиля у нее соотносится не с русскими вообще, а с теми русскими, кто сохранил православную веру, остался в Церкви. Наконец, после принятия монашества и особенно в период полемики с о. Киприаном (Керном) мать Мария приходит к концепции, согласно которой внутри этого Израиля тоже происходит разделение на"ветхий"и"новый"."Ветхий Израиль"в определенных ситуациях оказывается судящим и казнящим"новый","новый"же, в свою очередь, является вызовом,"соблазном"и светочем для"ветхого".

В"Размышлениях"матери Мария использует это понимание"ветхого"и"нового"Израиля для объяснения, почему большинство евреев не приняли Христа и христианство. В самом деле, если при крещении, допустим, Руси, мог образоваться"ветхий"и"новый"Израиль – большинство крещеного народа и истинные"подражатели Христа", то у евреев место"ветхого Израиля"было уже занято – в нем находились те, кто не принял Христа и Его Церковь. При этом новым"ветхим Израилем", живущим по определенным канонам и правилам, христиане из языков могли быть, как считает мать Мария[417] и как пишет один из современных авторитетов по истории Церкви[418], в первую очередь, благодаря наличию христианских государств, заинтересованных в удержании народов в рамках канонов и правил, в соблюдении среди них нравственности и благочестия.