Читать онлайн «Краткая история древлеправославной (старообрядческой) церкви». Страница 54

После смерти инока Павла большую печаль причинил русским старообрядцам и вообще всей старообрядческой Церкви и сам митрополит Кирилл. Под влиянием и по настойчивому внушению одной раздорнической партии он рукоположил на Москву 24 июня 1864 г. другого епископа, Антония 2-го, чем нарушил канонический порядок и за что сам подвергся осуждению как со стороны Российского Собора старообрядческой Церкви, так и со стороны митрополита Амвросия. Впоследствии м. Кирилл осознал свое преступление и подверг Антония 2-го, как незаконно поставленного и учинившего раздор церковный, конечному извержению из сана на состоявшемся в Белокриницкой митрополии Соборе 5 июня 1871 г.[296]

Дожил м. Кирилл до глубокой старости - 88 лет, управлял митрополичьим престолом 26 лет и почил о Господе благочестно 2 декабря 1873 г. За два дня до смерти он призвал к себе священноинока Феодосия и сказал ему: "Исповедуй и причасти меня". Феодосии исполнил его желание. Пособоровали же его за три часа до смерти. Погребение состоялось 7 декабря. Совершали его: наместник Афанасий, архиепископ Аркадий Васлуйский и Иринарх, архиепископ Славский с несколькими архимандритами, игуменами и иереями. Было множество народа из разных мест[297].

2. Почившего м. Кирилла заместил новый митрополит Афанасий. В мире Аггей Феодорович Макуров, он долгое время священствовал в большом приходе села Писк, отстоящем от г. Браилова в трех верстах. Став вдовым, он был избран епископом на Браиловскую епархию и 3 июня 1871 г. был рукоположен в это достоинство м. Кириллом, тогда же наречен был и наместником митрополии. Девятого мая 1874 г. был всесоборне возведен в митрополиты Аркадием, архиепископом Измаильским, Иринархом, архиепископом Славским и Виссарионом, епископом Тульчинским. Характера уравновешенного и спокойного, Афанасий управлял Белокриницкой митрополией благоразумно и мирно в течение 32 лет. Он так же, как и предшественник его, имел честь быть на аудиенции у австрийского императора, того же Франца-Иосифа I, в Радауцах. Эта встреча митрополитом императора была еще торжественнее и задушевнее. Царь пожал руку Белокриницкому святителю и низко поклонился ему в ответ на его приветствие. Инокини женского монастыря Белокриницкого пели императору многолетие и молитву Святому Духу "Царю Небесный", и поднесли ему две шитые золотом лестовки. Царь тепло их благодарил, а лестовки надел на руку и так с ними сел в карету, показывая их народу. Так как об этом царском приеме было напечатано в заграничной старообрядческой газете "Старообрядец", откуда узнали о нем и русские старообрядцы, то у последних любезное и покровительственное отношение австрийского императора к их зарубежным братьям вызвало печальную зависть. Они писали в названную газету: "У вас в Австрии митрополит Афанасий встречает царя, и царь берет его за руку и, любовно пожимая, благодарит с поклоном за встречу и поздравление. А у нас в России все епископы под полом, в погребах или где-нибудь в непроходимых лесах и болотах сохраняются. Но чтобы явно выйти поздравить государя нашему епископу - Боже, сохрани! Не позволит совершить такой соблазн духовенство господствующей церкви... Старообрядцы в Москве только помолились Богу за царя, и то митрополит Московский Макарий было с ума сошел по этому случаю: бегал ко всем министрам с жалобой на раскольников и самого царя просил слезно - подражать своему отцу, Николаю Павловичу"[298]. В своем месте мы сообщали о том возмутительном факте, что Московская консистория, с благословения митрополита Макария, знаменитого церковного историка, привлекла старообрядцев Рогожского Кладбища к ответственности за напечатание в московских "Полицейских Ведомостях" объявления о молебствии за царя в Покровском храме Рогожского Кладбища. В России - это уголовное преступление, а в Австрии сам император принимает старообрядческого митрополита как законного святителя и отдает ему соответствующую честь.

В 1889 г. неизвестно по какой причине, думаем, по внушению из России, Императорская Королевская Центральная Комиссия в Вене запросила старообрядческую митрополию: в каком состоянии она находится в настоящее время, на каком основании существует, какое ведет просвещение, ведутся ли метрики? На эти вопросы ответил м. Макарий обширной докладной Запиской от 27 февраля (11 марта), того же года[299]. Мы воспользуемся ею, чтобы познакомиться с тогдашним состоянием митрополии.

Самостоятельное существование старообрядческого (липованского) вероисповедания основано на целом ряде официальных документов, начиная с Высочайшей грамоты Императора Иосифа II (от 9 октября 1783 г.) и Высочайшего декрета императора Фердинанда (от 18 сентября 1844 г.) и кончая разными определениями Высокой Надворной Канцелярии и ее предписаниями губернской власти об утверждении и признании Белокриницких митрополитов и их наместников. "Итак, липованская старообрядческая церковь, существуя самостоятельно, не имеет никаких отношений к греко-восточной церкви". Дальше излагается различие старообрядческой церкви с греко-российской. Ярко говорится о бывших в царствование Алексея Михайловича проклятиях и осуждениях на православных христиан и на древнерусские обряды, обычаи и книги, что и совершило церковный раскол. "Начиная с 1656 и 1667 гг. все двести с лишком лет не могли ослабить оскорбленной памяти миллионов русского народа. Двести с лишком лет, несмотря на всевозможные виды преследований и гонений, несмотря на соблазны материальных выгод, на обольщение цивилизации, с изумительною цепкостью, твердостью, настойчивостью, мужеством удерживаются эти массы народа на историческом своем пути". Что касается церковного устройства старообрядческого вероисповедания, то оно таково: митрополит как верховный святитель, его наместник, хоть также епископ, состоит в зависимости у митрополита; затем священнослужители: иеромонахи, иеродиаконы и прочие церковнослужители и иноки - всего числом от 40 до 50 человек, жительствующие в Белокриницком монастыре. Все они находятся в подчинении у митрополита; и сам митрополит состоит под духовной зависимостью Собора своих единоверных епископов, которые существуют преимущественно в России под названием старообрядческих епископов (не признанных официально русским правительством).

В обществах липованских, т.е. сельских, существует духовенство так называемое белое: священники, диаконы и прочие церковные причетники, все женатые (по правилам греко-восточной церкви), поставляемые от Белокриницкого митрополита и священнодействующие под его зависимостью. Липованские общества, или селения в Буковине суть следующие: 1) Белая Криница, 2) Климоуцы, 3) Липовень (или Соколинцы), 4) Лукавец (или Лукавцы) и 5) Мехиздра. Во всех этих селениях существуют школы, в которых наука простирается не далее, как только читать книги на церковно-славянском языке и писать самым простым, ненаучным способом. Преподавание высших наук в этих школах невозможно за неимением средств, достаточных для содержания учителей, получивших образование. Под управлением Белокриницкого митрополита состоят липованские общества и их духовенство и в разных городах и селениях Румынии. Метрические книги в липованских обществах Буковины ведутся самостоятельно через своего писаря по форме, изданной губернским управлением.

Настоящая докладная Записка отправлена за подписью митрополита Афанасия. Императорская Комиссия вполне удовлетворилась данными объяснениями.

Замечательное событие произошло в митрополии в 1901 году. В январе этого года ее посетили три духовные особы римско-католической церкви: 1) французский епископ, 2) сопровождавший его монах-священник и 3) граф Андрей Шептицкий, тогда только просто монах (чина св. Василия), впоследствии знаменитый униатский митрополит в Галиции (кафедра в г. Львове). Принял их в Белокриницком монастыре митрополит Афанасий, а беседовал с ними от его имени о. Пафнутий Овчинников. Переводчиком был граф Шептицкий, прекрасно знающий русский язык. Беседа шла о двух предметах: 1) о причинах, разъединяющих старообрядчество с русской синодальной церковью и 2) об отношении старообрядчества к римско-католической церкви.

По первому пункту о. Пафнутий указал на:

а) проклятия и анафемы Московских соборов 1655, 1656 и 1667 гг. на православных христиан, не принявших нововведенных Никоном церковных обрядов и книг;

б) полемические книги, изданные синодальной властью в обличение старообрядчества и

в) жестокие гонения в России против старообрядцев.

По этим предметам беседа велась весьма обстоятельно. О. Пафнутий, превосходный знаток в этой области, разъяснил высоким гостям, что никоновские реформы, вызвавшие раскол русской церкви, заключались не только лишь в отмене старых вековых обрядов, но и в признании их "злобожними" ересями злейших еретиков: "ариан, савелиан, несториан, духоборцев, аполинариан, армян и прочих проклятых еретиков". Никон и его соборы провозгласили, что и "староцерковное славословие: аллилуйя, аллилуйя, слава Тебе Боже будто бы не прославляет Бога в троичности Лиц и потому - богомерзко и противно вере православной". Самый Символ Веры, то есть, "Верую во Единаго Бога...", в древнецерковном произношении Никон и новые соборы осудили как отступление от подлинного текста греческого Символа, подлежащее "наистрашнейшим клятвам и анафемам святых отец и святых Вселенских Соборов". Довольно подробно рассказал о. Пафнутий и о "жестоких, бесчеловечных гонениях, воздвигнутых никоновской церковной властью против приверженцев церковной старины: о страшных пытках, мучениях, смертных казнях, сожжениях в срубах и на кострах". "Гонительное действие против старообрядцев усилилось еще, - продолжал о. Пафнутий разъяснять своим собеседникам, представителям римо-католической церкви, - и такими учреждениями, как, например, "Духовная Декастерия" - ужасное судилище, по существу своему инквизиция, которая развилась в России во всей своей ужасающей силе. С инквизиционной целью были учреждены инквизиторы и протоинквизиторы по духовному управлению". Это разъяснение о. Пафнутия было собственно ответом и по второму пункту собеседования: об отношении старообрядчества к римо-католической церкви, так как инквизиция в самых чудовищно-жестоких ее проявлениях и применениях есть порождение именно римской, западной церкви; русская лишь пересадила этот душеубийственный плод на свою почву, обильно полив ее и пропитав потоками русской крови - крови древлеправославных мучеников. За сим о. Пафнутий, перейдя ко второму пункту собеседования, указал и на другие догматические погрешности Римской церкви, главным образом на