Читать онлайн «Том 9. Наброски, конспекты, планы». Страница 90

По низменным местам около Онони расцветала смолистая тополь, роняя с себя почки, одеянные во всю зиму вязкою благовонною смолою, подобной мекскому бальзаму. Птичьи вишни тоже начинали расцветать. Цвели по долинам:

Astragalus biflorus.

Gentiana aquatica, малейшая из даурских трав.

Potentilla fragarioides, клубнике подобная.

Viola pinnata, по горам.»    digitata.

Iris pumila, низкая ирь.

Scorzonera humilia, козелец.

Papaver nudicaule. Мак нагоствольный. Его желтыми цветами испещрена великолепно весной вся Даурия, на чистых местах, сколько можно обнять их глазом.

Река Ононь протекает по каменному дну и потому выкидывает на берега множество сердоликов, халкедонов и кашелоновидных камешков, которые, если бы были покрупнее и без трещин, продавались бы высокою ценой. Куски зеленой, желтой и полосатой яшмы валяются повсюду. Кашолонов и сердоликов по Аргуню еще больше. Попадаются также жемчужные раковины и всякие болотные ракушки, величины огромной, вдоль по Ононю по озерам.

Astragalus depressus, низменный, покрывал все пространства в лесах и был в полном цвету.

Iris an verna, благовонный касатик.

Iris acaulis.

Hemerocaulis, лилеезлатоглавник, морецвет, властоцвет.

Stellera camaejasme.

Вербовник был рассеян повсюду кустами.

Robinia caragana, килижик, горовник, поедомый даурскими овцами, от которого они жиреют.

Lilium pomponicum, сарана или красные полевые лилии, еще не цвели, они поспевают в июне.

Русский и китайский маяк из одного конного караульного на холме, который весь из яшмы темнозеленой, инде почти полупрозрачной, испещренной красноватыми жилками, коей слои в горе, в натуральном их положении, почти видны были наруже.

Ribes diacantha, особый род ежевики, родится в Даурии и по Селенге. Она имела уже листья и цветы, кои у нее бывают сережками. Ягоды во множестве и красноваты, но поспевают не прежде, чем в позднюю осень. Сладки, но меньше смородины, сушеные как коринка.

Iris an spuria? голубой касатик роскошествовал по пескам вокруг озера.

Phaca, узлы, зимние орешки, по земле расстилающиеся.

Potentilla bifurca, серебр<яник> двоевильчатый.

Phaca salsula.

Караулы и цепи караулов. Козаки, расселившиеся по реке Ононю. Род лошадей диких, которых называют мунгальцы джигитеями. Долгоуший. Похож на лошака, но плодится. Дик и быстр, так что никакая лошадь его не угонит. Обонянье столь сильно, что его нельзя никак обойти облавой, как сайг. Приучить сколько ни пробовали, никакими мерами не можно.

1 июня.

Primula farisona.»   rotundifolia, покрывали своими красными цветами солончатые поля.

Плешивец особого рода, с светлыми и желтыми цветами.

Viola pinnata.

Viola lanceolata.

Sophora lupinoides, по сухим песчаным местам.

Stellera camaejasme.

Прекрасный, с белым цветом, касатик.

Pedicularis, вшивник, вошник, гнидыш, желтая.

Potentilla sericea.»       multifida, многораздельный.

Hyosciamus physalodes, блекота, белена одуревающая, одуревающие семена ее (поспевает в июне). Тунгусы жгут как кофий и пьют по утрам.

Отдаленные горы подымаются изумительно какими верхами, похожими на оставшиеся развалины какого-нибудь строения. Многие горы так украшены каменьями, что нельзя не подумать, чтобы это не стада лошадей, коров или верблюдов паслися. Различные гор кабаны положеньем и фигурой приводили в изумленье. Необыкновенно приятные долины, множество оленей, птиц всяких. Всё вокруг было испещрено цветами, кои здесь цвели раньше, чем в других местах. Нигде еще не попадалось такое приятное место. Каменные бараны, аргали, на ногах выше обыкновенных овец, шерсть зимою длинная, летом короткая. Никой елень так не пужлив. В бегу скоры и дюжи, бежит от человека не прямо, но кидаясь в ту и другую сторону. В горах цепляются за ухабы и камни и прыгают с чрезвычайным проворством.

Каменные, леском изобильные, горы на Ононе были все усыпаны цветами. Наиболее изобиловал мак от белого и светложелтого даже до оранжевого и всех смешанных цветов.

Касатик, Iris dichotoma, толь<ко> что пролезал своими листами в великом множестве по камен<ным> горам. Монголы называют его ханчи, ножницы, и употреб<ляют> от зубной боли.

Centaurea, с весьма великими головками, видимая только в одной Сибири, распущала свои первые цветы.

Lychnis alpina, по низменным лугам.

Pyrus baccata, груша ягодоносная, убирала берега и острова своими белыми цветами.

Белый курослепник уже отцвел.

Розы, таволги, лилеезлатоглавники и Orobus tuberosa, цвели посреди березняка, покрывающего высокий хребет.

Даурские степные тунгусы почти выводятся, утесняемые нуждами бедной своей жизни. Лица их плоски, похожи на самоедские, волосы черные, жидкие, бороды почти нет. На голове стригут в кружок, на верхушке заплетают долгую косу, как сказывают, затем, чтобы можно было привязать на голове лук и не замочить его во время плытья через реку. Образом жизни посреди своих юрт мало отличаются от бурятов. Множество тунгусов из нужды живут в русских деревнях. Если мужик согласится платить за тунгуса в год ясак, кормить его и одевать, тогда он работает охотно и с удовольствием. Бодры, свежи, мастера ездить на лошадях и стрелять из лука. Для козацкой службы нет лучшего народу ни в храбрости, ни в верности. Искусство их пускать стрелы изумительно: воткнувши одну стрелу в землю и расскакавшися на лошади изо всей мочи, они перестреливают ее из лука другою. В одно и то же время, сидя на лошади, погоняет плетью, берет стрелы, стреляет, не имея в руках узды, управляя лошадь только одним движеньем своего тела. Держится одной ногой за седло, на скаку всем телом повесится на сторону, опрокинется, стреляет назад, не сворачивая лошади с бегу. Тунгусские роды имеют над собою начальников тойонов, которые делают роспись душам и за всех привозят ясак, отдавая его деньгами, а с тунгусов собирая мехами. Их много истребила в последнее время оспа и венерическая болезнь.

Путь по реке Аге, болотистой своими займищами. Вдоль по Аге кочующие буряты были нам очень благосклонны и гостеприимны. Согнали отовсюду свои табуны на дорогу добровольно, для перемены лошадей, приносили в подарок баранов, молока и молочной водки. От реки Аргалея дорога лежит мокрыми горами, вершины северной половины зарощены были березником. Тень и сырость производили прекраснейшие, в лучшем цвете альпийские травы. Из них примечательны:

Rhodiola rosea, розовый корень, красивейшая из всех и чаще других попадавшаяся на болотах, в 1 арш. вышиной.

Androsace lactiflora. Перелом млечноцветный.

Cortusa Gmelini. Заржица, лечуха, картуз гмелинов, очень редкая.

Mitella nuda, епископская шапка, нагая, тоже редкая.

Cypripedium bulbosum, Венерин башмачок. На сухом черноземе между кустами.

Thalictrum alpinum, золотуха, щелкун, зяблица, лучевая рута. Там же.

Trollius asiaticus, желтоголов, купальница; и другие лесные травки.

Spiraea chamaedrifolia, таволга, лабазник, журан кадилолистный, была вся усыпана цветами, а иглами пуще, чем шиповник.

Anemone dichotoma, ветреница, одномесячник, белок сок (двоераздельная), по болотным займищам.

Pedicularis verticillata, вшивник верхоцветный, коленчатый, там же.

Symphitum tuberosum. Лошаково ухо. Живокость, сальный корень (шишковатый), там же.

Flora sibirica, по холмам.

Следующего дни дорога лежала всё подле реки Ингоды, места были гористые, густым лесом, каменьем и песками изобильные. Дорога становилась узкой от утесов, выходивших в реку. В лесах цвели во множестве:

Cornus alba.»   asiaticus.

Cypripedium calceolus, Венер<ин> башм<ачок> обыкновенный.

Cypripedium guttatum.

Hesperis sibirica, вечерница, вечерняя, ночная фиалка (сибирская).

Hesperis matronalis, вечерница бабья.

Stellera chamaejasme.

Potentilla fruticosa.

Polemonium. Балдырьян троецвет.

Geranium sibiricum.»       columbinum.

Прекрасная желтая ирь цвела по болотам. По холодным же нагорным озерам плавали листы травки, свойственной восточной Сибири, Sagittaria natans. По сырым пригоркам процветали остролистая ольха и многие горные прутняки.

Sysimbrium asperum, расцветал по р. Уде.

Aster alpinus, звездоцвет астр.

Centaurea uniflora, белолист, чертополох одноцветный, тот и другой по горам.

В темных местах цвели:

Кокушкины сапожки, Cypripedium calceolus, трех сортов.

Lilium pomponium, сарана, лилия помпонная.

Lilium bulbosum.

Hemerocallis flava.

Polemonium, усыпал промежутки голубым цветом, а

Trollius оранжевым.

Stellera chamaejasme, мужик-корень, усыпала подошву одной горы в таком множестве, как бы была тут посеяна.

Змеиный хвост, Dracocephalum nutans.

Даурская моховая смородина. По мшистым местам подле реки. Листья как у простой черной смородины, но стебли расстилаются по мху и ягоды особенны.

Cymbaria daurica.

Convolvulus cantabrica, две редкие прекрасные травки росли в излишестве по борам.

На открытых песчаных лугах по Сухаре росло несказанно как много ревеню, Rheum undulatum, с чрезвычайно толстым кореньем.

Крушина, Ramnus erythroxylum, похожий на Ramnus lycioides. Его твердое и как кровь красное дерево, называемое по здешнему яшил, идет на кивоты божкам у здешних народов.