Читать онлайн «История спиритизма». Страница 95

Сарду Рише и Мо также отдавали должное трудам Киайа[323]. Благодаря его усилиям, величайший психиатр своего времени Ломброзо начал изучение психических проявлений. После первых своих экспериментов с Эвсапией Палладино в марте 1891 года Ломброзо писал: «Я чувствую стыд и огорчение оттого, что с таким упорством отрицал существование так называемых спиритических фактов». Сначала он уделял внимание только фактам, оставаясь противником каких-либо теорий, их подтверждающих. Однако даже частичное его признание психических проявлений вызвало сенсацию в Италии и во всем мире. Аксаков писал доктору Киайа: «Слава доктору Ломброзо за его благородные слова! Слава вам за вашу преданность!». Ломброзо представляет собой убедительный пример обращения крайнего материалиста в лоно спиритизма после долгого и тщательного изучения фактов. В 1900 году он писал профессору Фалькомеру: «Я чувствую себя маленькой песчинкой на пляже. И вот я обнаружил, что каждая волна относит меня все ближе к морю». К концу своей жизни, став верным последователем учения и убежденным спиритом, он издает свою прославленную книгу «Что нас ждет после смерти?».

Эрнесто Бодзано, родившийся в Генуе в 1862 году, посвятил исследованиям психики тридцать лет. Результаты его работы вылились в тридцать обширных монографий. Он запомнился современникам своей острой критикой[324] недобросовестных ссылок Подмора на работы Стэнтона Мозеса. Свою критическую статью он озаглавил «В защиту Уильяма Стэнтона Мозеса». Бодзано совместно с профессорами Морселли и Порро, провел продолжительную серию экспериментов с Эвсапией Палладино. После обсуждения субъективных и объективных характеристик психических сил медиума ему пришлось «в силу неопровержимости фактов и следуя логике» полностью согласиться с точкой зрения спиритов.

Энрико Морселли, профессор психиатрии из Генуи, многие годы, по его собственному признанию, весьма скептически относился к существованию психических явлений. Начиная с 1901 года он посетил тридцать спиритических заседаний с участием Эвсапии Палладино, в результате чего полностью убедился если не в истинности самой теории, то в реальности происходящих в присутствии медиума явлений. Он опубликовал свой доклад в книге «Психология и спиритизм»[325], метко охарактеризованной профессором Рише как «прекрасный образец эрудированности». Ломброзо приводит самый общий обзор этой книги[326], отмечая скептическое отношение автора к описываемым им примерам психических проявлений. Да, Морселли совершил ту же ошибку, что и Флурной в случае с мисс Смит[327], изобретательно пытаясь найти подтверждение тому, что все увиденное им своими глазами — неправда и не заслуживает доверия. Например, по прошествии нескольких дней после появления духа его собственной матери он признался мне, что действительно видел ее и даже говорил с ней на языке жестов. В этом «разговоре» она с горечью отметила, что он постарел, голова его облысела, вспомнила о том, как он выглядел в то время, когда она покинула этот мир. Тогда Морселли попросил свою мать привести какие-либо доказательства реальности происходящего. Она коснулась своей рукой его лба, нащупывая родинку. Но так как она пыталась найти ее сначала на правой стороне лба, а потом коснулась левой (где действительно была бородавка), Морселли не поверил в то, что это действительно была его мать. Более опытный в общении с медиумами Ломброзо указал ему на все те трудности, с которыми им приходится сталкиваться при первом общении с духами. Правда заключалась в том, что Морселли по непонятным причинам было в высшей степени неприятно появление духа матери через посредство медиума. Ломброзо не мог понять его чувств. Он говорил:

«Должен признать, что я не разделял этих чувств. Например, когда я вновь увидел свою мать, то испытал наивысший духовный подъем и такую радость, от которой перехватило дыхание. Я вовсе не держал зла на медиума, это было чувство признательности к медиуму, благодаря которому мать оказалась в моих объятиях спустя столько лет. Этот случай неоднократно заставлял меня забывать о неразвитости Эвсапии, которая вовсе не была гигантом мысли и психической силы. Но именно благодаря ей я получил возможность встретиться со своей матерью».

Морселли же в своем отношении к психическим исследованиям скорее придерживался точки зрения профессора Рише. Несмотря на это, он, как и упомянутые выше другие выдающиеся ученые, оказывал сильное влияние на общественное мнение, пропагандируя более цивилизованный взгляд на спиритизм.

Морселли возмущался невниманием науки к спиритизму. В 1907 году он говорил:

«Спиритическое учение обсуждается вот уже более пятидесяти лет, и хотя в настоящее время никто не может с точностью предвидеть, чем все это закончится, все соглашаются с тем, что проблемы, оставленные нам в наследство (с начала XIX столетия), имеют огромное значение. В то же время никто не отрицает того, что спиритизм — это мощное движение, имеющее тенденцию к развитию и влияющее на умы современности. Если за прошедшие годы академическая наука не смогла оценить все те факты, которые — честные или сомнительные, полезные или никчемные — накопила история учения и на которых оно базируется, то это невнимание ученых к спиритизму не может вызвать уважения к ним.

Плохо, что ученые оставались глухи и слепы ко всем заявлениям доверчивых сектантов и серьезных, маститых ученых, таких как Крукс, Лодж и Рише. Мне не стыдно признаться, что я сам в свое время упорно поддерживал скептиков до тех пор, пока я не ощутил в себе силы порвать оковы предвзятого мнения, которыми был „опутан“ мой здравый смысл»[328].

Заметим, однако, что большинство итальянских профессоров занимали сходные позиции в признании существования психических факторов, но отказывались следовать выводам тех, кого они называли «спиритистами». Де Весме так объяснял это:

«Необходимо отметить, что возрождение интереса со стороны общественности Италии к этим вопросам могло бы и не возникнуть, если бы ученые, уже провозгласившие однажды объективное существование медиумизма, не дополнили бы свое утверждение осторожным признанием того, что эти факты ни в коем случае не означают принятия всех гипотез спиритизма».

Надо сказать, что понявшие и оценившие по достоинству значение нового Откровения в полном объеме все еще оставались в подавляющем меньшинстве.

огда мы сталкиваемся с описанием некоторых психических проявлений духовной природы, то видим, что их отличает определенное однообразие, из-за чего эти описания принимают форму стереотипов, порожденных их общей природой. Они достаточно пространны для того, чтобы достичь своей цели — показать всем реальность присутствия в нашей жизни невидимых сил, не известных современной материалистической науке. Используя свои собственные методы, эти силы неоднократно проявлялись в разных уголках земного шара, почти в каждой стране, убеждая любого, кто серьезно задумывается об этом, в реальности происходящего и в том, что эти явления подчиняются определенным законам. Это не спорадическая последовательность чудес, а реальная развивающаяся наука. Оппоненты этой Науки грешат невежеством и самонадеянностью. «Они не понимают, что существуют законы», — писала мадам Биссон после нескольких роковых попыток докторов Сорбонны получить эктоплазму в условиях, делавших невозможным их же собственный эксперимент. Как мы уже убедились выше, известные физические медиумы были способны вызывать голосовые сообщения, не используя свои органы речи, телекинез (или движение объектов без вмешательства человека), стук (или сотрясение эктоплазмы), левитации (или передвижения объектов с места на место), аппортации[329], материализацию лиц, частей тела и целых фигур, письменные сообщения или разговоры в состоянии транса, получение письменных сообщений на закрытой грифельной доске, свечение, принимающее разнообразные формы. Все эти действия автор наблюдал неоднократно сам в присутствии ведущих медиумов современности. Он рискнул разнообразить форму своего повествования, включив в него рассказы о своих самых ярких ощущениях и наблюдениях.

Вполне понятно, что некоторые люди могут быть одаренными в той или иной области, но не все могут успешно обнародовать свои способности во всей их полноте. Обладая сверхъестественными психическими силами, вы можете привлечь к себе внимание общественности, но за этим неизбежно последует выбор дальнейшего пути: либо направить эти силы в единое глубокое русло, либо неразумно растратить их. Сегодня мы, как и наши предшественники, не перестаем поражаться удивительным способностям такой выдающейся личности, как Д. Д. Хоум, который блестяще демонстрировал свои богатые медиумические способности. Такое случается нечасто.